«Я к вам пишу – чего же боле?». Как спикер НСГ письмо Канду написал и что с этим обращением не так

Летом 2017 года Президент Игорь Додон отклонил два «гагаузских законопроекта», разработанных ранее в рамках Рабочей группы депутатов Парламента и Народного собрания Гагаузии. Молдавским народным избранникам предстоит заново рассмотреть документы с учётом замечаний, сформулированных Главой государства. В свою очередь, спикер НСГ Владимир Кысса направил своему коллеге Андриану Канду письмо с просьбой приглашать на заседания профильных комиссий, на которых повторно будут рассматриваться гагаузские инициативы, и членов Рабочей группы. Обращение господина Кысса, несмотря на абсолютную уместность и справедливость просьбы, тем не менее, заслуживает детального разбора. Содержащиеся в нём утверждения и сделанные выводы носят, мягко говоря, неоднозначный характер и, в целом, отражают удручающее состояние официальной политики Гагаузии в отношениях с центральными властями Молдовы.

Начинается обращение Владимира Кысса, как это принято, с вежливого приветствия, после которого сразу же следует сомнительный комплимент:

Историчность роли, наверное, правильнее было бы оценивать исходя из степени историчности результатов Рабочей группы. Пока по этой части хвастаться нечем, поэтому Андриан Канду, при всём к нему уважении, является всего лишь автором законопроекта об учреждении Рабочей группы. При этом, за несколько месяцев до регистрации его проекта, в парламенте обсуждался и другой аналогичный законопроект, предусматривающий создание Рабочей группы с большими полномочиями. А в период деятельности предыдущего созыва законодательного органа, при содействии тогдашнего спикера Игоря Кормана тоже действовала аналогичная Рабочая группа. Впрочем, о предыдущих «платформах взаимодействия между Парламентом и НСГ», речь впереди.

Далее господин Кысса даёт понять, что к РГ можно относиться по-разному, но нужно принимать в расчёт два момента:

Мы уже упоминали о существовании аналогичной депутатской группы в предыдущем созыве Парламента. Но и она не была первой. Если брать период, который обозначил спикер НСГ, то есть, с момента образования Гагаузии, то можно вспомнить ещё, как минимум, о двух совместных комиссиях. Так, в 2001 году Парламент принял Постановление №146 о создании Смешанной комиссии, главной целью которой была «выработка предложений по приведению законодательства в соответствие с положениями Конституции РМ в вопросах, касающихся особого правового статуса Гагаузии». По итогам работы Комиссии было разработано два проекта закона о внесении изменений в Конституцию РМ, которые были проанализированы Венецианской комиссией. В 2003 году отдельные пункты этих проектов были внесены в Конституцию.

Конституционные изменения, однако, не решили вопрос функционирования Гагаузской автономии. Поэтому в 2005 году была создана ещё одна смешанная рабочая группа, которая была призвана решить вопросы разграничения полномочий и соответствия национального законодательства Закону №344/1994. Данная группа просуществовала до 2007 года и, к сожалению, так же не добилась своих целей.

Что касается второго тезиса Владимира Кысса о «интегрированности НСГ в структуры Парламента», то, как известно, оно и на сегодняшний день в них не интегрировано и никакой связи здесь с деятельностью РГ быть не может. Если только господин спикер не руководствовался каким то особым пониманием «интеграции».

Так или иначе Владмир Кысса исходя из этого делает заключение:

Строго говоря, механизм коммуникации между НСГ и Парламентом существовал всегда и деятельность совместных депутатских групп – лишь один из форматов этой коммуникации. Что касается нынешней РГ, то она в той или иной мере — лишь «реинкарнация» прежних аналогичных групп.

Далее автор письма приводит подробное перечисление «совместных достижений»:

Данные вопросы действительно обсуждались на заседаниях РГ. Однако это говорит, скорее, не в пользу эффективности этой структуры, главные цели которой, уместно будет напомнить, — обеспечение функциональности Гагаузской автономии и разработка соответствующего Плана действий. Перечисленные же в письме достижения – компетенция исполнительной власти, на уровне которой и утверждались все эти решения.

Нельзя не обратить внимания и на следующий смелый тезис:

Речь, видимо, идёт о поправках к законопроектам о библиотеках и о музеях, а так же о ряде других документах, которые были разработаны членами РГ. Однако интерпретировать эти законопроекты как «процесс разграничения полномочий» едва ли будет корректным.

Разграничение полномочий происходит на уровне конституционных законов, в которых определяются сферы ответственности и компетенции центральных властей, региональных властей и те вопросы, которые регулируются совместно. Однако РГ рассматривала ординарные законы, в которых всего лишь упоминаются некоторые региональные аспекты правового регулирования.

Показательным можно считать одно наблюдение, касающееся Закона о музеях, которое было отмечено в публикации об итогах деятельности РГ за 2017 год и опубликованное на сайте Nokta. В отдельной статье этого закона приводится классификация учреждений, где музеи Гагаузии, вместе с районными музеями выделены в отдельную категорию. На этом, по большому счёту, «разграничение полномочий» и заканчивается, поскольку регистрация и аккредитация музеев осуществляется, согласно этому нормативному акту, Министерством образования, культуры и исследований РМ.

Заключительные тезисы комплиментарной части письма, посвящённой «достижениям» РГ, не менее оригинальные:

Впрочем, в данном случае речь идёт о субъективной оценке действительности, и если господин Кысса связывает всё это с РГ, будет неправильным это опровергать.

Далее автор обращения сожалеет, что Парламент так и не захотел принимать «гагаузские инициативы» в изначальной редакции, на которой настаивало НСГ, и отмечает, что тем самым были перечёркнуты все плоды деятельности РГ. На основании этого Владимир Кысса обращается с уже упомянутой в начале статьи просьбой о приглашении членов РГ на повторное рассмотрение гагаузских законопроектов.

Что важно понимать в свете вышесказанного? Официальная корреспонденция – это не просто письмо с печатью и подписью официального лица. Это отражение официальной позиции власти и, не в последнюю очередь, показатель политической культуры и профессионализма руководства. Так же это «междустрочные» сигналы адресату, на основании которых он формирует отношение и выстраивает стратегию поведения. Поэтому обращения должны быть взвешенными и продуманными, с одной стороны, достаточно подробно излагающими цель обращения и общий «месседж» автора, но, с другой — без лишних сентенций, способных навредить его интересам.

Что мы имеем в данном случае? Рядовую просьбу, в которой нет видимых оснований отказывать, окутали в «простынь» заискивающих комплиментов и приписываемых заслуг. Это письмо можно рассматривать в контексте внутрипартийных «многоходовочек» демократов. Можно искать в нём электоральную логику и попытку выжать из деятельности РГ хоть какую-то пропагандистскую пользу. Но, что касается государственного подхода и темы продвижения интересов Гагаузской автономии, то предмет разговора, как таковой, отсутствует.

В обращении спикера НСГ не изложена чёткая позиция Народного собрания относительно деятельности РГ, не озвучены предпочитаемые приоритеты и возлагаемые Народным собранием надежды. Возможно, все эти детали двусторонних отношений в данном конкретном письме, в принципе, были бы неуместными, но тогда таковыми нужно признать и все процитированные выдержки.

Увы, но это письмо власти, которая не понимает приоритетов гагаузской политической повестки, которая лишена политической воли и которая не способна отстаивать субъектность Гагаузии, как политической автономии.

фото: halktoplushu.md

Вячеслав Крачун 

nokta