«Другой родины у гагаузов нет и не будет» — Гросу о будущем автономии
Председатель парламента Молдовы Игорь Гросу стал гостем кулинарно-политического шоу Gustul Neamului на nokta с ведущим Михаилом Сиркели. Спикер откровенно высказался о гибридном влиянии беглого олигарха Илана Шора в Гагаузии, объяснил происхождение искусственной антимигрантской истерии, раскрыл детали нового Кодекса парламента и обозначил стратегию Кишинева по реинтеграции Приднестровья после разрушения его газовой автономии.
Про Гагаузию
Спикер парламента Молдовы Игорь Гросу в кулинарном шоу Gustul Neamului рассказал о ситуации в Гагаузии, влиянии сети Илана Шора, антимигрантских фейках, реинтеграции Приднестровья и перспективах вступления страны в Евросоюз. По его словам, Кишиневу приходится исправлять ошибки прошлых лет, а будущее Гагаузии он видит только в составе Республики Молдова.
— Как вы думаете, действия, которые предпринимают сейчас власти Республики Молдова, — в частности, вы в парламенте, в президентуре, в правительстве, — достаточны для того, чтобы нормализовать ситуацию [в Гагаузии]? — спросил ведущий шоу Михаил Сиркели.
— Мы должны сейчас компенсировать то, что не было сделано много-много лет центральными властями. Потому что я говорил публично и готов повторить: подход «давайте оставим их, пускай делают, что хотят, только было бы спокойствие и мир» не привел к хорошему сценарию. Это привело к тому, что ситуация ухудшилась, и самое плохое, что случилось — это то, что, к сожалению, бандитское формирование Шора при помощи Российской Федерации купило политиков из Гагаузии и коррумпировало очень большую часть населения, наших граждан.
И вот сейчас мы должны исправлять всё это, мы должны вести диалог, даже если где-то нам это не нравится, потому что есть очень сложные вопросы, которые нужно решать, и это нужно делать. И сейчас мы более конкретно, более плодотворно к этому подошли, потому что Гагаузия — это неотъемлемая часть Республики Молдовы. Республика Молдова — это родина гагаузов, другой родины нет и не будет. Поэтому решать вопрос нужно сообща, говорить правду, признавать ошибки, которые были допущены, и строить наше государство, наш дом. Не работать на бандитов и на другие страны, которые, к сожалению, нам добра не хотят.
— Говоря о бандитах. Утверждают, что Шора нет в Гагаузии. Как вы относитесь к такому утверждению?
— Физически нет, но дух присутствует, — ответил Гросу. — Потому что сетка никуда не ушла. Эта группировка может быстро активироваться. И не надо забывать, что там есть люди, политики, которые очень настойчиво продвигали эту коррумпированную модель.
— Константинов (Дмитрий Константинов, экс-спикер Народного собрания Гагаузии последнего созыва, осужденный на 12 лет и сбежавший от правосудия — прим. nokta).
— Да, вот мой визави, как говорится, на протяжении определенного времени, с которым у нас были хорошие государственные отношения. Мы разговаривали очень часто.
— Говорят, что вы ему помогали. Как вы это прокомментируете? — спросил ведущий.
— Ну, мы сотрудничали, потому что мы люди, которые были избраны, и наша обязанность — решать те вопросы, которые поднимают наши граждане, — ответил спикер. — И перед тем, как он примкнул, к сожалению, к этому бандформированию, у нас были хорошие, доверительные рабочие отношения. Но тогда, когда он поехал в свое турне [к Шору], я узнал, что потом по возвращении он бравировал аргументом перед депутатами, что он как бы согласовал со мной. После этого общение оборвалось.
Про антимигрантские фейки
— В последнее время очень активно раскручивается антимигрантская истерия. Это искусственно или люди действительно беспокоятся? Как вы это объясняете? — спросил Сиркели.
— Нет, это искусственно. И она исходит из двух направлений.
Это кремлевская пропаганда, потому что обычно мы наблюдаем, что новые пропагандистские нарративы там разрабатываются, тестируются в определенных кругах, потом уже их закидывают и продвигают. И я вижу это даже в парламенте от прокремлевских партий.
И второе направление — со стороны определенных политических сил из Румынии, у которых есть связи с Российской Федерацией. Мы говорим о румынской оппозиции, которая эксплуатирует этот нарратив и в Румынии, и я также вижу это в парламенте со стороны той партии, которая имеет очень близкие отношения с этой оппозиционной партией из румынского парламента.
— То есть, это та же российская рука, но с другой стороны?
— Абсолютно. Невооружённым глазом видно, что они воспринимают этот регион, Молдову и Румынию, как одно целое. Но целое в каком смысле? Одна культура, одна религия, традиции, обычаи. Часто бывает так, что они тестируют это на нашей почве, и потом уже закидывают дальше в Румынию и в другие балканские страны, и так далее.
Конечно, это искусственно, потому что даже по нашим подсчетам в прошлом году, если говорить о мигрантах, которые сейчас работают в Республике Молдова, — это [4600]. Мы их видим в городах, мы видим их на полях, потому что наши фермеры нуждаются в рабочей силе, особенно в сезоны, когда нужно собирать урожай. Черешню, виноград или яблоки быстро надо собрать, потому что там счёт идёт не на месяцы, а на дни.
У нас [тему мигрантов] притягивают за уши, потому что, во-первых, мы [непопулярное] направление для потока мигрантов. <…> Нам нужно делать так, чтобы обезопасить их присутствие здесь и чтобы мы были спокойны, что они потом не будут использовать страну как трамплин для Европы. Потому что Румыния — это Шенгензона, это уже Европейский Союз. И здесь мы должны отвечать вот этим запросам или требованиям, и в то же время быть внимательными и приглашать ту рабочую силу, которая нам нужна.
Про новый кодекс парламента
— Сейчас, когда мы записываем это интервью, в парламенте рассматривается новый кодекс. В новом регламенте русский язык вообще не будет приниматься как язык общения, язык рабочий, язык выступления. Будете ли вы позволять Диане Караман говорить на русском языке и дальше? — спросил Михаил Сиркели.
— Она понимает румынский, она на нем говорит, — ответил Гросу. — У нас был случай, когда разговаривали, мне надо было еще раз повторять. Я сказал: вы понимаете румынский? Она сказала «да». Потом поправила себя: «молдавский». Проговорилась, как говорится. Все депутаты владеют необходимым минимумом румынского языка.
<…> Конечно, будут те, которые вопреки кодексу будут целенаправленно пытаться провоцировать, но, я думаю, это дело времени и депутаты будут соблюдать [регламент]. Языковая проблема — это самая такая излюбленная тема для тех, которые хотят ускользнуть от более важных проблем.
Кроме того, спикер парламента назвал ещё одно изменение в кодексе, которое обеспокоило оппозицию — борьба с перебежчиками из одной партии в другую. Депутаты, избранные по спискам одной партии или блока и решившие их покинуть, не смогут создавать новые фракции или депутатские группы. Такие парламентарии смогут продолжать работу только в качестве неаффилированных (независимых) депутатов. По мнению Гросу, эти лимиты законны и необходимы, чтобы остановить практику «торговли» мандатами.
Про реинтеграцию Приднестровья
— Мы видим признаки того, что в Приднестровском регионе, оккупированном российскими войсками, дела обстоят всё хуже и хуже с экономической точки зрения. Готова ли Республика Молдова к реинтеграции? С законодательной, экономической, социальной и других сторон, — спросил Сиркели.
— Мы всегда обсуждали проблему реинтеграции. И все задавались вопросом, когда это будет реально возможно. И, по правде говоря, [много лет назад] ответ был очень правильный: тогда, когда граждане левого берега увидят разницу между тем, как обстоят дела на левом и на правом берегах, тогда они и поймут преимущество. Разница в чем? Есть разница, которая касается прав человека, возможность волеизъявления, политической конкуренции. Бизнес-климат. И есть еще одна разница — бытовая. Когда открываешь холодильник или смотришь счета и сравниваешь с доходами, тогда уже это всех касается.
Этот сепаратистский режим держали и держат две составляющие: это бесплатный газ и иностранная армия, которая незаконно находится на нашем территории. Вот один [столп, бесплатный газ], исчез. Он превратился в долг в 11 млрд долларов. Это уже проблема России, это не наша проблема, поэтому мы с вами комфортно сейчас обсуждаем.
И мы видим, как десятки тысяч людей каждый день приезжают на правый берег, и эта цифра увеличивается. Идёт большой запрос на медицинские услуги, пенсионное страхование. По медицине последние цифры, которые я видел, были порядка 75 тыс. человек, которые купили страховой полис и пользуются правобежной системой.
Я недавно был в Варнице и посетил медицинское учреждение, там было много людей. Говорил с докторами, они сказали, что большинство из пациентов из Бендер и Тирасполя. Говорят, там очень большая разница между теми услугами, которые они могут получить [в поликлиниках на левом и правом берегу]. То есть, возвращаясь к вашему вопросу, сейчас появилась эта разница, люди видят, люди чувствуют. Конечно, на этом уровне, мы можем создать условия для того, чтобы доступ к услугам был более доступный тогда.
То же самое Игорь Гросу рассказывает и про образовательные учреждения в Варнице — большой запрос для школ и детских садов у жителей Приднестровья. Причины — лучшие условия и румынский язык для обучения детей.
— То есть, родители, уже думают на перспективу, о будущем своих детей.
Что касается второго «столпа», на котором, по словам Гросу, держится приднестровский режим, российской армии, — спикер ставит на разрешение ситуации после установления мира в Украине. Вопрос вывода войск должен быть поставлен при помощи западных партнеров.
Про вступление в ЕС
— Молдова, можно сказать, семимильными шагами идёт по пути европейской интеграции. Обозначается дата 28-30 год для завершения переговоров. Дальше уже останется политическое голосование по странам. В этом процессе очень большую роль играет парламент, это приведение законодательства Молдовы в соответствии с европейским. И мы видим, что парламент работает практически не покладая рук. Справится ли он с этой задачей? — спрашивает ведущий шоу.
— Мы обязаны. Вот и этот кодекс, о котором мы говорим, во-первых, тоже часть этого процесса. И во-вторых, он должен усовершенствовать, дисциплинировать, сделать более предсказуемой работу парламента в этом процессе. Очень много надо будет голосовать, и у нас постоянный контакт с правительством, потому что то, что мы сейчас видим, правительство самую большую часть пытается оставить на осень. Мы с этим не согласны, потому что они предоставят нам проекты в конце года — и разбирайтесь. Нужно сделать так, чтобы были более предсказуемы все эти процессы.
Я обратился к коллегам со всех фракций. У нас есть открытость для диалога, для усовершенствования закона, мы будем поощрять быть открытыми. Но когда я увижу, что просто тянут время [в парламенте], а у меня есть такая возможность увидеть это и почувствовать, тогда у нас приоритеты разные. Я вижу это на пленарных заседаниях: «давайте отложим», «давайте ещё проведём какие-то консультации», и т.д. Даже если уже повторяется тот же самый нарратив, те же самые вопросы и претензии.
Да, 28-й год остаётся в силе, как и 30-й, поэтому мы будем двигаться согласно этому календарю. И я очень надеюсь, что в июне <…> мы получим официальное открытие переговоров с Евросоюзом.
Читайте также:
- «Нам нужно говорить об этом каждый день» — Ната Албот о жизни в зоне безопасности на Днестре
- «Я верю, что мы в Молдове — нормальное, адекватное, сплоченное общество» — интервью Даниела Водэ
nokta
