Ирина Ромалийская: «К сожалению, честная журналистика — для тех, кто ещё сомневается»
В эфире nokta украинская журналистка Ирина Ромалийская высказалась о том, почему миллионы людей по всему миру до сих пор верят российской пропаганде, какой бы абсурдной она ни была. По этой же причине многие в Молдове до сих пор не могут ответить на вопрос, кто начал войну в Украине.
В эфире программы «Цена свободы» украинская журналистка Ирина Ромалийская порассуждала о том, почему в Молдове многие до сих пор не могут ответить на вопрос «Кто начал войну в Украине?».
— Я думаю, что это несколько составляющих. Одни люди не могут расстаться со своим видением России и великого могучего Советского Союза, как всё было хорошо и как всё будет ещё круче. Как бы им что бы об этом ни говорила реальность, они её не готовы принять. Это исключительно мои наблюдения, я не психолог или социолог. Не готовы принять то, что идеальная картинка, которая годами или десятилетиями формировалась в их голове, на самом деле не такая.
Другие люди, часто политики или какие-то активисты, просто осознанно играют на этих чувствах. Третьи не готовы терять свои какие-то, я не знаю, экономические, например, выгоды, которые получают от России. Четвертые не верят в то, что «всё однозначно», Россия — агрессор и ищут какие-то подводные камни.
Ну и огромное количество людей просто поддалось и поддается российской пропаганде. Там эта машина налажена очень хорошо, и нужно признать, все мы — журналисты, блогеры, кто угодно — проиграли и продолжаем проигрывать эту войну с российской пропагандой. Десятки миллионов людей, если не сотни, по всему миру верят в российскую пропаганду, какой бы абсурдной она ни была. Верят в «распятого мальчика в трусиках», верят, что это Украина хотела напасть или напала на Россию, что Запад воюет с Россией при помощи Украины, что геи — это самое страшное зло, которое есть в Европейском Союзе или вообще в так называемом западном обществе.
Эти все нарративы десятилетиями властвуют над умами десятков, если не сотен, миллионов людей — конечно, мы проиграли эту войну. Есть много исследований по этому поводу, что людей, которые уже отравлены пропагандой, нельзя переубедить честной журналистикой. К сожалению, честная журналистика — для тех, кто ещё, возможно, сомневается. Вот их можно перетянуть на сторону добра, информационной гигиены, правды, фактов и так далее. А с теми, кто уже отравлен, по моему глубокому убеждению, может работать только контрпропаганда — но это уже другая профессия, не моя.
Ромалийская вспоминает, как война в Украине начиналась тоже с российской пропаганды — например, с «ущемления русскоязычных», это был один из главных нарративов.
— Я украинка, у которой родной язык — украинский, а первый мой язык — русский. Я та самая русскоязычная украинка, которую, по мнению Путина, нужно защищать. Меня не надо защищать. Его защита превратилась в то, что мой родной дом в оккупации, моя мама в свои 73 года вынуждена была покинуть город, где она родилась, выросла, где вся ее жизнь прошла, и жить сейчас в Праге. Не самый, конечно, плохой город для жизни, идеальный, отличный, но ее вся жизнь осталась там. Она должна была свою старость встречать среди своих друзей в обществе, которое её ценит, а не скитаться.
Я каждый раз, говоря своём Приморске, срываюсь на слёзы. Тысячи, десятки тысяч людей убиты. Это трагедии каждый день. Множество людей остались без домов, без рук, без родственников, без близких. Путин и не только Путин, а вся Российская Федерация и весь российский народ таким образом защитил меня, русскоязычную. Спасибо, не надо.
Читайте также:
- «Я увидел пропаганду о Молдове – во Франции»: как Omerta сделала молдаван «жертвой Сороса и Макрона»
- Зеленский и Трамп встретились в Белом доме: Украина рассчитывает на лицензии по Patriot и визит Уиткоффа в Киев
nokta
