Гагаузия саботирует турецкий колледж ради русского языка | Nokta Live TEXT
Почему современный колледж в Комрате, построенный при поддержке Турции, годами простаивает пустым? В новом выпуске своей авторской программы Михаил Сиркели рассуждает о языковом споре вокруг учебного заведения и последствиях этой политики для молодежи Гагаузии. Перед вами — текстовая версия Nokta Live.
«Это не колледж имени Путина»
— Уже который год власти Гагаузии саботируют открытие в Комрате колледжа с румынским языком преподавания. Речь идет о колледже, построенном при финансовой поддержке Республики Турция. Это один из нескольких крупных инфраструктурных проектов, реализованных Турцией в Гагаузской автономии.
Казалось бы, протокол между Турцией и Республикой Молдова подписан, здание построено, согласованы программы обучения и языки обучения: румынский, турецкий, гагаузский и английский. Так в чем же проблема? Почему этот колледж не может быть запущен уже который год подряд и новые красивые здания и современная инфраструктура приходят в негодность и постепенно превращаются в призрака?
Как оказалось, власти Гагаузии отказываются передавать это здание для сдачи в эксплуатацию. Камнем преткновения оказался язык обучения. Власти Гагаузии настаивают на том, что языком обучения в этом учреждении должен быть русский вопреки двустороннему протоколу между Республикой Молдова и Турцией, где четко указано, что языками преподавания в колледже будет румынский. Гагаузский и турецкий будут изучаться в обязательном порядке, а некоторые дисциплины будут вестись на гагаузском, турецком и английском языках. Про русский язык обучения в протоколе между Республикой Молдова и Республикой Турция, на основании которого и был построен этот колледж, ничего не говорится.
Оно и понятно: Турция не стала бы вкладывать деньги в строительство учебного заведения, где преподавание будет вестись на русском. Я не знаю, о чем договаривались представители Гагаузской автономии с Турцией, когда убеждали турецкие власти строить этот колледж в Комрате, но я абсолютно уверен в том, что турецкий или гагаузский язык обучения был одним из аргументов, который использовали в качестве наживки. Ну и название колледжа — Молдо-турецкий колледж имени Реджепа Тайипа Эрдогана. Не колледж имени Путина, а колледж имени Эрдогана. Само название указывает на то, каким там должен быть язык преподавания. И понятное дело, что русскому языку там не место.
Получается, что гагаузы продали Турции идею и привлекли деньги под строительство колледжа с гагаузским и турецким языками преподавания, а когда получили колледж, решили всех кинуть и наплевать на договоренности, меморандумы и соглашения, подписанные между Молдовой и Турцией. А потом все удивляются, почему же Турция не хочет иметь никаких дел с Гагаузской автономией и бесконечно жалуются на предвзятое отношение к Гагаузии. Позвольте спросить: а чего вы хотели после таких выходок?
«Пусть молодые люди из Гагаузии сами решают, на каком языке им учиться»
— Интересно то, как в Гагаузии аргументируют отказ передавать это здание для ввода в эксплуатацию. Например, еще в прошлом году Исполком выпустил заявление, где говорится следующее: «Гагаузию лишили права участвовать в судьбе учреждения, построенного на её земле». Подождите. Что значит на её земле? Разве у Гагаузии есть своя отдельная земля? Административно-территориальное образование Гагаузия (Гагауз Ери) создано на суверенной территории Республики Молдова. Земля, недра, вода и всё движимое и недвижимое имущество на территории Гагаузии являются собственностью народа Республики Молдова. Это черным по белому написано в Законе об особом правовом статусе Гагаузии.
Поэтому аргументация «построено на нашей земле и нас лишили права» не совсем обоснована. Земля, на которой построили колледж, принадлежит гражданам Республики Молдова, от имени граждан Республики Молдова соглашение с Турцией подписали власти Республики Молдова, точка. Все договоренности между Турцией и Молдовой были известны заранее. Гагаузия на них согласилась, когда приняла дар от Турецкой Республики, а теперь прикидывается, что всего этого не было и вообще всё будет так, как скажет Илья Узун или его кураторы из Москвы.
Следующий аргумент, который приводит Узун, звучит следующим образом: без русского языка детям из Гагаузии в этом колледже не будет места, потому что они якобы не знают румынский. А почему Узун решает за всех детей Гагаузии? Может, он судит по себе и считает, что раз не говорит по-румынски, значит, все не говорят? Но спешу огорчить Илью Узуна: молодежь Гагаузии умнее его. Пусть сами молодые люди и дети из Гагаузии решают, где им учиться и на каком языке получать образование.
В Гагаузии, на минуточку, два лицея с преподаванием на румынском языке, оба заполнены до отказа, а разве там не учатся гагаузские дети? Ну а для тех, кто не владеет в достаточной степени румынским языком, но хочет поступить в новый колледж, министерство утвердило программу адаптации, причем не только для детей, но и для преподавателей. Благодаря этой программе желающие могут подтянуть румынский язык до нужного уровня.
«Власти автономии саботируют не только румынский, но и гагаузский язык»
— Мы видим, что власти Гагаузской автономии встали в позу и саботируют открытие колледжа, если в нем не будет русского языка. Причем они настаивают на русском как единственном языке преподавания, аргументируя это тем, что иначе дети будут лишены качественного образования. Может быть, в Гагаузии не заметили, но в Республике Молдова в школах с румынским языком преподавания образование не хуже, а зачастую лучше, чем в школах с русским языком преподавания. И самая пикантная часть всей этой истории состоит в том, что власти Гагаузской автономии саботируют не только румынский, но и гагаузский язык. Причем этот саботаж гагаузского и турецкого языков выглядит как плевок в лицо Турции и лично Эрдогану.
Этот саботаж следует воспринимать как позицию действующих властей Гагаузии, которая заключается в следующем: «Мы не хотим здесь продвигать гагаузский язык. Мы не хотим интегрировать жителей и молодежь Гагаузии в молдавское общество, расширяя сферу образования на румынском языке в Гагаузской автономии. Мы хотим, чтобы Гагаузская автономия и гагаузские дети и дальше оставались резервацией русского мира в Республике Молдова». Иными словами, это признание в том, что Гагаузия и дальше ждет «русский мир» столько, сколько понадобится.
У меня в связи с этим вопрос ко всем «ждунам». Ваш «русский мир» сюда не придет, это уже очевидно. Потому что ему не позволит сюда прийти Украина. И что вы будете делать с вашим русским языком? Что будут делать ваши дети, вы об этом подумали? Расширять сферу образования на румынском языке в Гагаузии нужно было давным-давно. Например, ни для кого не секрет, что преподавателей на русском языке становится всё меньше и меньше. Потому что нынешние стареют и уходят на пенсию, а новых русскоязычных преподавателей нет, особенно преподавателей точных наук. Через 10 лет это выльется в серьезный кризис.
Эту проблему можно решить внедрением обучения на румынском языке. Это логический вывод, к которому приходишь, если заботишься о будущих поколениях. Но если ты служишь какой-то несбыточной мечте о русском мире, то ведешь себя как Илья Узун и его свита, которые спускают в канаву будущее гагаузских детей ради того, чтобы угодить своим московским хозяевам.
Речь ведь идет о колледже, где будут готовить специалистов востребованных специальностей в современном мире — это IT, электроника и электромеханика. И его выпускники будут владеть как минимум тремя языками — румынским, который открывает доступ к рынку труда не только в Республике Молдова, но и в Румынии, турецким, который дает доступ к рынку труда Турции, и английским, который открывает доступ к международному рынку труда. А куда пойдет работать выпускник, который владеет только русским языком? В Тирасполь? Так там зарплаты никому не платят. В дроновые войска Путина? Вряд ли дети Гагаузии хотят для себя такую судьбу.
«Поражает нерешительность Кишинева»
— Весь этот дешевый спектакль с одной стороны выглядит как балаган, но с другой стороны — это совсем не смешно. Какой-то уголовник, за которого никто не голосовал и который сдал Гагаузию по три лея за пучок беглому вору и преступнику Шору, решает, каким должен быть язык преподавания в молдо-турецком колледже, и позволяет себе играть судьбами будущих поколений Гагаузии.
С одной стороны, можно бесконечно возмущаться наглости уголовников у власти в Гагаузии, но, с другой стороны, поражает нерешительность Кишинева и это бесконечное желание вести диалог с теми, кто не хочет никакого диалога и с кем бесполезно и бессмысленно его вести, потому что они сами себе не принадлежат. Участвуя в этом диалоге, они просто водят Кишинев за нос, причем не они, а их кураторы из Москвы.
И получается, что Турция выделила деньги, построила колледж, в котором преподавание должно быть на румынском. Таким образом, Турция помогает Республике Молдова расширять в Гагаузии сферу образования на государственном языке. Но Кишинев не может этого сделать, потому что какой-то Илья Узун сказал: «румынского в Гагаузии не будет, будет только русский».
Причем речь идет о человеке, который нелегитимен как башкан, за него никто не голосовал, уголовнике и члене ОПГ Шора, который позволяет себе диктовать Кишиневу условия. И максимум, что может ответить ему Кишинев, — это пожаловаться на него в пресс-релизе. Вот так и живем.
Читайте также:
Власти Гагаузии блокируют открытие турецкого колледжа — Минобразования
nokta
