Исчезновение «бабушек Шора» с улиц не означает, что сети влияния перестали работать — Лилиана Вицу

Александр Турифер

17 октября 2026, 08:30

шоровский протест — Шоровский протест в Комрате 26 апреля 2026 г. Фото nokta

Сети влияния в Молдове переходят от заметных уличных акций к менее открытым способам работы, считает директор StratCom Лилиана Вицу. По её словам, после выборов возникает ложное чувство спокойствия, хотя организаторы вмешательства изучают ответ государства и готовятся к новым атакам.

Подкуп избирателей и непрозрачное финансирование остаются предметом расследований в Молдове. В июне 2026 года мы рассказывали об отчёте Promo-LEX о финансировании партий за 2025 год, в котором рассматривались и схемы, связанные с Иланом Шором. Ранее Лилиана Вицу говорила о смене публичного образа российских посредников в Молдове: вместо откровенно пророссийской риторики они могут использовать суверенистскую или евроскептическую.

В новом выпуске «Цены свободы PLUS» глава Центра стратегической коммуникации и противодействия дезинформации объяснила, почему менее заметная активность не означает исчезновения угрозы.

Вицу напомнила, что раньше часто можно было увидеть шоровские протесты возле государственных учреждений и судов.

— Не знаю, как их правильно назвать… «Бабушки Шора»? Эти сети были видны на всех оплаченных митингах и организованных протестах — псевдопротестах, потому что это не были настоящие протесты. Это были группы активисток и сторонниц, которые получали деньги. Они были на виду. Их можно было увидеть перед судами, где выносили решения по делам ставленников Шора, таких как Таубер, или перед парламентом и президентурой. Теперь, после того как государство приняло меры по защите демократии, понятно, что они больше не будут выходить на улицы. Но это не означает, что они не работают. Это не означает, что сеть сторонников не найдёт другие формы общения, взаимодействия и противодействия принятым мерам.

По оценке эксперта, организаторы учитывают опыт предыдущих кампаний и ограничения, в которых действуют государственные органы.

— Ведь так же, как мы изучаем методы, которыми нас атаковали, агрессор изучает наш ответ как государства. И они тоже будут думать, как атаковать нас в следующем году так, чтобы власти, например, не смогли быстро отреагировать или применить другие способы защиты демократии. Потому что методы, которые применяет государство, тоже должны оставаться в правовом поле и соответствовать установленным процедурам. Прежде всего — процедурам Совета Европы и Европейского союза. Поэтому я и говорила, что тогда всё было на поверхности. Теперь понятно, что всё перейдёт в скрытые формы. В частности, мы ожидаем активного использования технологий.

Вицу ожидает продолжения фишинговых атак, краж паролей и документов. В сфере информационных манипуляций она отдельно выделяет алгоритмы и искусственный интеллект.

Глава StratCom также предупредила о ложном ощущении спокойствия после выборов. При этом она подчеркнула, что объединение оппозиционных сил вокруг политических инициатив само по себе ещё не доказывает внешнего управления.

— Появляется ложное ощущение спокойствия, ложное впечатление, что можно заняться чем-то другим. Дело не в том, что мы чего-то не видим. С другой стороны, и агрессор сейчас чувствует, что ещё не время для определённых действий, потому что он их планирует. Они тоже присматриваются: на кого сделать ставку, кто будет участвовать, в какой конфигурации действовать. Мы видели, как всё выходит на поверхность, когда все объединяются вокруг определённых инициатив по отстранению президента.

Тогда понимаешь: ага, пока они все вместе. Но является ли это формой вмешательства? И здесь снова может возникнуть вполне закономерный вопрос: а может, оппозиция просто так понимает свою роль? Возможно, это решение, принятое на местном уровне, и за ним не стоит иностранное вмешательство? Мы можем это допустить. И, думаю, как минимум должны оставить место и для такого анализа и оценки ситуации.

Тем не менее эксперт считает, что работа государственных органов должна включать прогнозирование способов финансирования и обхода санкций, даже когда открытых действий ещё не видно.

— Но, как я уже говорила, если с другой стороны тоже нет никаких действий, предвидеть происходящее становится сложнее. Это не означает, что мы не должны предвидеть, в каких формах нас будут атаковать. Понятно, что будут использоваться грязные деньги. Ещё в прошлом году мы предвидели, что будет использоваться криптовалюта. Но как именно она используется сейчас? Как обходят международные санкции? Какими методами? Здесь нужно прогнозировать уже более детально, опираясь на дополнительную информацию, поступающую по оперативным каналам, в ходе разведывательных расследований и так далее.

Что такое StratCom?

StratCom Moldova — это официальное название Центра стратегической коммуникации и противодействия дезинформации (Centrul pentru Comunicare Strategică și Contracarare a Dezinformării, CCSCD). Центр создан законом №242/2023 как административный орган национального уровня и подчиняется президенту Молдовы.

StratCom — это государственная структура, которая должна:

выявлять и анализировать дезинформацию, манипуляции и иностранное информационное вмешательство;
координировать реакцию государственных учреждений на информационные угрозы;
развивать медиаграмотность и критическое мышление;
заниматься стратегической коммуникацией государства — то есть не только опровергать ложную информацию, но и заранее объяснять государственную политику и формировать устойчивость общества к информационным атакам.

У центра есть также методологии мониторинга информационного пространства и взаимодействия с технологическими платформами при сообщении об онлайн-контенте.

С 5 августа 2026 года директор StratCom — Лилиана Вицу, бывшая председатель Совета по телевидению и радио Молдовы.