«Подписываются на этот длинный рубль и короткую жизнь» — Святченко о вербовке на войну
Обещания крупных выплат, российского гражданства и оплаченной поездки не означают, что завербованный человек сможет воспользоваться заработком, считают Михаил Сиркели и Иван Святченко. Обсуждая расследование о вербовке жителей Молдовы в российскую армию, ведущие подкаста «Это вам не мешки таскать» поговорили о расходах на экипировку, вымогательстве и риске не вернуться с войны.
Ziarul de Gardă опубликовала расследование о том, как граждан Молдовы вербуют в российскую армию для участия в войне против Украины. Журналисты выяснили, что потенциальных новобранцев привлекают рекламой в Facebook, а затем переводят общение в Telegram, где объясняют условия контракта и организуют поездку в Россию.
За подписание контракта вербовщики обещают единовременную выплату в размере 482 тыс. леев, а затем — от 37 до 47 тыс. леев ежемесячно. Кроме того, предлагают оплатить дорогу, проживание, питание и оформление документов, а после заключения контракта — возможность подать заявление на российское гражданство в упрощённом порядке.
Это расследование Михаил Сиркели и Иван Святченко обсудили в подкасте «Это вам не мешки таскать». Ведущие поговорили о том, что может скрываться за обещаниями крупных выплат: расходы на экипировку, сообщения о вымогательстве со стороны командиров и риск не вернуться с войны. Сиркели также рассказал об известных ему случаях исчезновения выходцев из Гагаузии, отправившихся воевать.
— Я точно знаю, что очень многие контрактники в Российской Федерации, которые подписываются на этот длинный рубль и короткую жизнь (их родственники, конечно, очень радуются неожиданно свалившемуся богатству), половину этого богатства тратят на экипировку. Шлемы всякие — нормальные шлемы, не какие-то картонные, — приходится покупать за свой счет, — рассказывает Святченко.
— Ну подожди, это первое. Второе: есть множество свидетельств, и это, кстати, выдают Z-блогеры, Z-телеграм-каналы, о беспределе, который творят командиры, — отмечает Сиркели.
— Да, карточки тут же забираются, а дальше уже как Бог распорядится: зарплата-то может идти, а человека может не быть.
— И если ты не хочешь идти в мясной штурм, то ты должен заплатить, — добавил Сиркели. — Ямы, привязывание к деревьям, все вот эти прелести жизни на «нуле» («на передовой», военный жаргон — прим. nokta). И это, кстати, не я говорю, это говорят Z-блогеры. И очень много возмущаются этими практиками.
От общего обсуждения ведущие перешли к жителям Молдовы. Сиркели рассказал об известных ему случаях исчезновения людей, отправившихся на войну:
— Есть случаи, что из Гагаузии люди пошли и просто исчезли. Кого-то там завербовали в обмен на обещание гражданства для него и для всей семьи. Уехал, не вернулся.
Ранее nokta со ссылкой на украинскую разведку рассказывала о Викторе Табырце — гражданине Молдовы, который, по данным спецслужбы, подписал контракт с российским Минобороны после угрозы депортации и погиб в Украине.
Святченко затронул финансовую сторону вербовки.
— Единовременная выплата — это много. И по молдавским меркам, и по российским меркам, по меркам российской глубинки — прям очень много. Но потом — труп. И что ж тебе эти двадцать тысяч евро? Что с ними делать?
Ранее nokta рассказывала об исследовании WatchDog: его авторы обнаружили четыре объявления о наборе, ориентированные на Молдову, и ещё 86 — на другие страны. Объявления ведут на сайты и в мессенджеры, где потенциальным кандидатам предлагают продолжить общение с вербовщиками.
Читайте также:
nokta
