«Претендовать на ”государство” после того, как признали, что не могут выплачивать зарплаты и пенсии, они не могут» — Курэрару о Приднестровье

Саша Турифер

14 мая 2026, 13:00

Андрей Курэрару эксперт — Политический аналитик Андрей Курэрару. Фото: IPN

В эфире nokta политический комментатор Андрей Курэрару высказался об экономическом кризисе на левом берегу Днестра, новом благотворительном фонде, нежелании Кремля содержать Приднестровье и о том, надолго ли хватит помощи «Шерифа».

«Не “вместе“, а “вместо“»

В эфире «Цены свободы» Андрей Курэрару, эксперт в сфере безопасности сообщества WatchDog, высказался о запуске «властями» Приднестровья благотворительного фонда «Вместе».

— Там, наверное, есть ошибка: не «вместе», а «вместо». Вместо так называемого государства должны платить люди. И понятно, что вот так выглядит победивший коммунизм, когда все вместе скидываемся и платим зарплаты, пенсии и так далее. Ну, признак, я думаю, очень серьезный. Мы говорим скорее даже о худшей ситуации в экономике, чем тогда, когда господин Гушан по доброте своей душевной оплатил один месяц зарплат и пенсий для Приднестровья.

По мнению эксперта, руководство региона может впоследствии объявить, что достаточно денег собрать не удалось и выплатить лишь часть положенных пенсий и зарплат бюджетникам.

— Но это еще и возможный формат прессинга на Кишинев, потому что мы понимаем, что [они могут сказать] «вы вместо того, чтобы помогать выходить из этой ситуации, делаете новые экономические барьеры типа Фонда конвергенции». Это тоже возможный аргумент. Посмотрим, как они его будут использовать, особенно на международных площадках, потому что они их очень эффективно используют. Но в то же время надо понимать, что даже претендовать на наименование псевдогосударства после того, как они сами признали, что не могут выплачивать зарплаты и пенсии, они не могут.

— Ну то есть они на самом деле не могут выплачивать пенсии и зарплаты? Это не просто какой-то пиар-ход, я правильно понимаю? — уточнил ведущий программы Михаил Сиркели.

— Мне кажется, тут два трека. Они не хотят менять условия работы для своих же миллиардеров, своих же очень серьезных экономических агентов. Мы помним, что даже есть какая-то госпомощь для бизнеса, который производит черную икру на реке Днестр. В то же время они пытаются как-то сохранить этот курс на так называемое социальное государство, на то, что «вот, мы помогаем тем и этим», и так далее. И поэтому получается такая ширма политическая.

— Но в целом деньги закончились или нет? Вот, что я хочу понять.

— В «банановой республике», где деньги можно печатать, деньги никогда не заканчиваются, — ответил Курэрару. — Проблема в том, как ты будешь оформлять то, что у тебя пойдет вот эта инфляция и так далее. Мне кажется, что первый и самый главный элемент, на который потом надо смотреть — это скачок цен. То есть «Шериф» вернет себе эти деньги, [6 млн евро, которые пожертвовал в фонд «Вместе»], через большие цены на те же продукты, которые будет продавать тем же людям, которым они выплачивали эти деньги.

Возможность напрямую финансирования со стороны Кремля всегда есть, но, кажется, ей не хотят пользоваться. И не хотят пользоваться ни со стороны Приднестровья, ни со стороны Кремля. И вот тут такой цугцванг: сколько сможет «Шериф» отдавать своей дойной корове ее же молоко. Это, мне кажется, не система, которая может работать вдолгую. Это скорее начало конца этого экономического режима, который, понятно, что страдает от того, что нет ни газа, ни прямых исчислений со стороны Кремля в тех же количествах, которые им нужны.

«Кремль не видит резона содержать Приднестровье»

— Насчет газа я бы поспорил, — сказал Сиркели. — На самом деле, газ-то не прекратил туда идти. Единственное, что изменилось, это то, что Молдова перестала покупать электроэнергию. То есть исчезла возможность, что называется, монетизировать этот газ, конвертировать его в живые деньги, в наличку, которая шла на левый берег на протяжении многих лет.

Можем ли мы утверждать то, что фактически весь этот режим содержался за счет двух вещей.

То, что они бесплатный газ могли монетизировать благодаря тому, что мы закупали у них электроэнергию — это один источник.
Второй источник — это контрабанда, которую «Шериф» завозил в основном из Украины, и после начала полномасштабной войны, понятное дело, граница со стороны Украины закрыта именно на приднестровском участке. И теперь единственный способ завозить туда какие-то продукты и товары — это через территорию, контролируемую конституционными властями Республики Молдова.

Являются ли эти два обстоятельства решающими в том, что Приднестровье оказалось в этой ситуации?

— Я бы сказал, что был и третий фактор — вот эти надбавки к пенсии, которые давал напрямую Кремль. <…> Прямое финансирование опять же никто не отменял, но я бы сказал, что сейчас даже если бы они хотели нам продавать электроэнергию, они не получают такое количество газа, чтобы они могли производить столько электроэнергии, сколько нужно правому берегу.

Мне кажется, что тут еще проблема в том, что во всей этой мутной схеме отмываются какие-то деньги Кремля, потому что есть вот все эти кредиты из Дубая. Сейчас посмотрим еще, как новое правительство Венгрии будет смотреть на эту фирму, которая подает Приднестровью этот газ. Очень много факторов говорят о том, что у них возможности сейчас нет.

И вот нам говорят, что давайте возвращаться на дешевую электроэнергию из Приднестровья. Нет дешевой электроэнергии из Приднестровья. Они покупают ее на европейском рынке задорого, и просто очень быстро растет так называемый внешний долг Приднестровья, который они хотят потом удачно передать нам. Ну это, я думаю, не получится, потому что у нас уже позиция как у государства — понятно, что мы эти долги не признаем, и пусть их оплачивает тот же «Шериф», который десятилетиями богател из-за этого газа, и те же правители этой «губернии».

<…> Понятно, что если бы Кремлю это надо было, то нашлись бы какие-то пару десятков миллионов евро в год, чтобы продолжать [поддерживать] вот это бутафорское государство Приднестровье. Их не выдают, я думаю, потому что просто не видят резона. <…> Мне кажется, что политически они понимают, что не смогло Приднестровье дать тот эффект, который хотелось на выборах. В военном смысле не представляет какую-то серьезную угрозу для Украины и для Республики Молдова. Это такой чемодан без ручки, который в принципе нужен для того, чтобы держать Молдову в узде. Но нужен по минимальной цене, и поэтому говорят, что вот есть ремень, новую дырку в нем надо проколоть, потому что денег нет, но вы держитесь, говоря опять же цитатами «великих».

nokta