Фантомная гимназия в Ферапонтьевке: зачем депутат Односталко «спасает» школу, где почти нет учеников

Влада Вершинина

20 марта 2026, 19:00

Владимир Односталко с трибуны Парламента выступает против реорганизации школ, но на конкретные вопросы nokta аргументов не нашёл и отказался отвечать. Коллаж nokta

В гагаузском селе Ферапонтьевка в местной школе учатся 18 учеников, по 3-4 в классе. При этом на содержание школы уходит более 3 млн леев в год, из которых 94% — на зарплаты персонала. Несмотря на это, уроженец Ферапонтьевки депутат-социалист Владимир Односталко публично выступает против реорганизации школы и называет это «вопросом выживания села». Почему «спасение» школы, из которой сами жители давно увозят детей в соседнюю Авдарму, превратилось в дорогостоящий политический фарс — в расследовании nokta.

Школа «мертвых душ»: 18 учеников на 36 сотрудников

Ферапонтьевская школа сегодня существует скорее формально, чем как полноценное образовательное учреждение. В 2025–2026 учебном году здесь учатся всего 18 детей. При этом штат включает 36 сотрудников:

17 педагогов
1 административного сотрудника
18 работников технического и вспомогательного персонала

Так, в 2026 году в школе Ферапонтьевки сложилась уникальная ситуация: на каждого ученика приходится два сотрудника школы.

При этом гимназическая ступень, за сохранение которой ведётся политическая борьба, практически исчезла:

В 5, 6 и 7 классах — ноль учеников.
В 8 классе — 4 ребенка.
В 9 классе — 3 ребенка.

Три класса отсутствуют полностью, ещё два существуют номинально. После выпуска 9 класса школа де-факто останется только с начальным звеном.

Почему мало учеников — это плохо? В таких условиях, считают специалисты, образовательная среда ограничена:

отсутствует устойчивая конкуренция между учениками
невозможна полноценная групповая работа
снижается уровень социализации

К примеру, на предтестировании по математике в 2025 году двое из трех сдававших учеников не справились с заданием, а средний балл составил всего 4,67.

Да и кадровая структура также указывает на уязвимость системы. Как сообщили nokta в Министерстве образования:

13 педагогов (из 17) не имеют квалификационной категории — даже второй дидактической степени, не говоря уже о первой или высшей;
часть учителей ведёт несколько предметов одновременно;
есть преподаватели пенсионного возраста.

Расписание удерживается за счёт совмещения дисциплин, и даже незначительные кадровые изменения могут привести к сбоям в учебном процессе, отмечают в Минобразования.

Зарплаты вместо знаний: куда уходят 3 миллиона

Мы проанализировали бюджет учебного заведения за последние два года. Картина выглядит пугающе — почти весь бюджет школы уходит на зарплаты сотрудников.

2023 год:

бюджет — 3 682 800 леев
зарплаты — 83%

2024 год:

бюджет — 3 004 700 леев
зарплаты — 94%

Это означает, что на развитие школы, новые книги, компьютеры или лабораторное оборудование денег нет физически. Почти 3 млн леев в год уходят на содержание штата сотрудников, большинство из которых — люди пенсионного возраста или педагоги без квалификации, ведущие по 3–5 разных предметов одновременно.

В итоге обучение одного ребёнка здесь стоит бюджету 187 000 леев в год. Для сравнения: это в несколько раз больше, чем субсидия на ученика в любой современной крупной школе страны.

«Этот человек уничтожил школу»

Несмотря на плачевную ситуацию в этой и подобных гимназиях, фракция социалистов в парламенте регулярно протестует против оптимизации малокомплектных школ. Так, депутаты собрались 9 декабря 2025 на протест перед зданием правительства. Среди выступавших был и депутат родом из Ферапонтьевки Владимир Односталко. Школа в его родном селе тоже попала в программу реорганизации.

«Что будет с селами? Захочет ли кто-то строить дом там, где нет школы?» — заявил Односталко на протесте.

На заседании парламента 13 февраля, где министр образования Дан Перчун представлял проект изменений, Владимир Односталко также выступил с речью. В своей речи он обвинял власти в «разрушении системы образования», связывал проблемы отрасли с Кодексом об образовании «времён Майи Санду» и говорил о вымирании сёл и массовой эмиграции, рассуждал о демографии и диаспоре, однако конкретных решений для системы образования он не предложил.

Обращаясь к Дану Перчуну, депутат упомянул школу в своём родном селе:

– По поводу школы в моем селе: я поставлю памятник и напишу, что этот человек уничтожил эту школу.

Говорить — одно, делать — другое

Владимир Односталко обещает «поставить памятник» тому, кто закроет школу. Но сам депутат давно вывез свою семью из родного села. Тот, кто «борется» за сохранение школы в родном селе и заявляет, что главная проблема такой школы — отсутствие детей и миграция, сам выбрал для себя и своих детей другой путь.

Владимир Односталко родился в 1984 году в селе Ферапонтьевка в Гагаузии. Да, школу окончил в родном селе, но сразу уехал в Кишинёв. Высшее образование получил в ULIM, затем окончил Академию публичного управления при президенте Республики Молдова. После чего решил остаться в Кишиневе и тут развивать свою политическую карьеру. Сейчас Односталко уже в четвертый раз является депутатом парламента во фракции социалистов.

Односталко родился в Ферапонтьевке, но живёт и строит карьеру в Кишинёве. Его профессиональная деятельность, доходы и имущество связаны со столицей. Ни он сам, ни его семья, ни тем более его дети не планируют возвращаться в Ферапонтьевку, чтобы там жить и учиться. В этом контексте его протесты против реорганизации звучат по меньшей мере не очень честно, по большей — лицемерно.

Политический театр: кто на самом деле закрывает школы?

С другой стороны, хотя пророссийская оппозиция обвиняет партию PAS в массовом закрытии школ по всей стране и «убийстве сел», решения о фактическом закрытии школ принимают местные советы. И тут снова версия политиков расходится с реальностью.

По данным Министерства образования, за последние 5 лет в стране реорганизовали около 50 школ. Анализ Ziarul de Garda показал, что решения об их закрытии или реорганизации принимали районные советы, где большинство было у следующих партий:

ПСРМ — 14 районных советов;
PAS — 11;
ACUM — 5;
Демпартия — 2;
«Наша партия» — 1;
советы без большинства — 20.

То есть чаще других такие решения принимались именно при участии социалистов, которые активно «бунтуют» с парламентской трибуны и заявляют о геноциде народа. При этом на отношение к местным властям реорганизация никак не повлияла. В большинстве населённых пунктов, где школы закрывались в 2020–2023 годах, жители на выборах 2023 года вновь поддержали те же политические силы.

Эксперт: «В школе с 3 учениками в классе ни о каком качестве речи не идет»

Доктор исторических наук, эксперт сообщества Watchdog.md и в прошлом учитель истории в Гагаузии Штефан Бежан считает, что ситуация вокруг Ферапонтьевской гимназии — это прежде всего вопрос качества образования, а не политики.

Он напоминает, что министр образования представил в парламенте отчёт, где на основании цифр показано: в школах с менее чем 100 учениками результаты экзаменов существенно ниже, чем в крупных учебных заведениях (средний балл в малокомплектных школах — 5,7 против 7,1 в крупных).

«Это подтверждено статистикой. В школе, где 18 учеников или по 3 ученика в классе, качество образования более чем низкое. Здесь вообще нельзя говорить о качестве», — подчёркивает Бежан.

По его словам, даже гипотетически сильный педагог не способен компенсировать системную проблему малокомплектности.

«Даже если учитель будет максимально хорошо подготовлен, а я сомневаюсь, что хорошо подготовленные молодые специалисты стремятся идти работать в такие школы. Чаще всего речь идёт о переквалифицированных преподавателях или людях пенсионного возраста. И у них уже нет прежней мотивации, нет стремления профессионально развиваться».

Отдельный аспект — экономический. Содержание школы на 18 учеников, по его оценке, обходится почти так же, как школы на 200. «Здание всё равно нужно отапливать, кабинеты содержать. Расходы практически те же. Эти затраты не оправданы».

Бежан обращает внимание и на логистику: ближайшая школа находится всего в 6 км.

«Это 10–15 минут на машине. Некоторые дети в более крупных сёлах идут пешком дольше, чем ученики из Ферапонтьевки ехали бы на автобусе. Объективной проблемы здесь нет».

«Это дешёвый популизм и кража будущего у детей» — о лицемерии Односталко

Эксперт убеждён, что вокруг школы разворачивается политическая риторика, которая заменяет профессиональную дискуссию.

«У нас в Молдове есть тенденция: политики разбираются во всём — и в сельском хозяйстве, и в медицине, и в образовании, и даже в организованной преступности. Но такие чувствительные темы, как образование, должны оставаться в ведении специалистов».

Заявления о «спасении школы», по его оценке, не решают проблему качества обучения.

«То, что говорит господин Односталко и его однопартийцы, — это дешёвый популизм».

Бежан предлагает простой критерий искренности позиции. «Есть ли у него дети? И отдал бы он своих детей в такую школу? Если да — пусть поедет в Ферапонтьевку и отдаст их учиться туда. Тогда посмотрим, насколько его это устроит».

По его словам, речь идёт не о символах и не о политических лозунгах, а о будущем детей и страны. «Мы хотим, чтобы у нас были квалифицированные специалисты — чтобы получать качественные медицинские услуги, чтобы любой мастер был профессионалом. Везде нужна квалификация. Поэтому популизм нужно отложить в сторону и заниматься реальными проблемами».

Примар: «Раньше тоже так было»

Примар Ферапонтьевки Елена Односталко согласна с депутатом-однофамильцем (на вопрос, не родственники ли они, примар ответила отрицательно), что потеря школы станет шагом к постепенному исчезновению населённого пункта. Хотя признаёт, что больше на это влияет отсутствие инфраструктуры. В частности, ужасное состояние дорог, из-за которых инвесторы «обходят стороной» село.

По её данным, сейчас в селе числится 980 жителей, однако фактически проживают около 607 человек. Треть из них — 218 жителей являются пенсионерами, а молодежи в селе немного.

Примар признаёт, что ситуация со школой сложная. Сейчас в ней около 16 учеников, а учителя ведут сразу несколько предметов, и это действительно негативно влияет на качество образования. Тем не менее примар поддерживает политика-однофамильца.

«Ну да, это, конечно, некачественное обучение. Но что делать? Раньше как было? Раньше тоже так было. Это, конечно, плохо, особенно для нашего села. Школа уйдёт, ещё кто-то уйдёт — и следующее, что будет, село просто умрёт», — сказала она.

Депутат Односталко использует тему школы как аргумент против реформы. Но объективные данные показывают, что кризис этой гимназии начался задолго до предложения Минобразования о реорганизации малокомплектных школ. Даже 10 лет назад в Ферапонтьевке обучалось 47–58 учеников, а в прошлом году — всего 16.

Но это не значит, что за 10 лет в селе резко сократилось число детей. Просто часть детей уже сейчас учится за пределами Ферапонтьевки. По словам примара, около 30 школьников ежедневно ездят на занятия в Авдарму — и возит их туда школьный автобус лицея Авдармы.

Фактически, как признаёт сама Елена Односталко, значительная часть семей уже сделала выбор в пользу другой школы.

«Люди хотят лучшего образования для детей. Их можно понять», — отмечает она.

И это вполне объяснимо. В лицее Авдармы в прошлом году абсолютно все выпускники сдали БАК. Депутат Александр Тарнавский писал, что в этом лицее за всю его историю не было ни одного провала на БАКе. В 2025 году году лицей выиграл грант на $36 тысяч на внедрение современных методов обучения и стал единственным сельским лицеем в Гагаузии, кому это удалось.

Так, пока Односталко «защищает» стены, 30 семей из этого же села уже давно возят детей в Авдарму, не дожидаясь реформ. Потому что они действительно думают о будущем своих детей, а не о политических играх депутатов.

Что предлагает Минобразования…

В рамках масштабных изменений в Кодекс об образовании Министерство образования предлагает реорганизовать малокомплектные школы, где обучается менее 35 учеников. Главная причина — низкое качество образования в таких школах.

К примеру, в гимназиях с менее чем 30 учениками средний балл на экзаменах в 2025 году составил 5,77. В крупных школах — более 7,1. (Это при том, что раньше гимназисты экзамены сдавали в своих учебных заведениях. Теперь экзамены в 9 классах будут проходить в экзаменационных центрах, как и БАК. А значит, будет меньше условий для списывания и «помощи» со стороны учителей, и реальные результаты будут ещё ниже.)

Исследование PISA фиксирует аналогичный разрыв: ученики крупных школ имеют более чем втрое больше шансов получить качественное образование.

Под критерии реформы подпадают 73 школы, и только три из них закроются, остальные:

10 станут детскими садами;
43 — начальными школами;
17 — начальными школами-детскими садами.

Реформа затронет около 1328 учеников — менее 0,5% от более чем 330 тысяч школьников. 76% детей будут добираться до новой школы менее чем за 10 км. Только 7% (87 детей) — более 15 км.

…и как это коснётся школы в Ферапонтьевке?

Министерство образования предлагает:

Изменить статус школы на начальную школу-детсад (1–4 классы). По сути, оставить в селе начальную школу и садик (чтобы малышам не нужно было никуда ехать).
Перевести гимназистов (в этом году всего семь человек!) в современную школу Авдармы (6 км пути, 10 минут на автобусе).
Обеспечить бесплатный транспорт.
Выплачивать родителям по 1000 леев в месяц на каждого ребенка-школьника — деньги, которые пойдут напрямую семье, а не на зарплаты раздутому штату техперсонала.
Предоставить педагогам приоритетное трудоустройство и компенсацию транспорта.

Односталко ушел от ответов

Редакция nokta попыталась услышать аргументы депутата Владимира Односталко напрямую, поскольку он лично выступает борцом за сохранение школы в Ферапонтьевке.

25 февраля журналистка nokta пришла на заседание парламентской комиссии по социальной защите, здравоохранению и семье, где Односталко занимает должность заместителя председателя и обратилась к нему после заседания за комментарием. Депутат отказался разговаривать, заявив, что спешит, и предложил взять его номер телефона у секретаря комиссии, чтобы договориться о беседе позже.

Редакция получила номер и попыталась связаться с депутатом, однако на звонки он не ответил. Журналистка написала ему в Telegram и предложила встретиться на следующий день, 26 февраля, когда проходило заседание парламента. Односталко попросил сначала прислать вопросы, чтобы он мог подготовиться.

После того, как мы предложили обсудить это в личной беседе, депутат больше не ответил, а затем удалил переписку в Telegram у обоих участников диалога — такая функция предусмотрена самим мессенджером.

2 марта редакция направила депутату официальный запрос. В нем мы просили ответить на следующие вопросы:

— когда он окончил школу в Ферапонтьевке и сколько учеников училось вместе с ним;
— считает ли он сохранение малокомплектной гимназии приоритетнее, чем доступ детей к современной образовательной инфраструктуре в крупных школах;
— не ограничивают ли такие школы возможности сельских детей для дальнейшего образования;
— каким он видит решение проблемы нехватки педагогов в малых школах;
— считает ли рациональными расходы около 3 миллионов леев в год на школу с 18 учениками;
— выступал ли он против решений о закрытии школ в районах, где большинство составляли представители его собственной партии;
— какие конкретные шаги он предпринимал для повышения качества образования учеников Ферапонтьевки.

Согласно закону о доступе к информации, ответ должен быть предоставлен в течение 10 рабочих дней. Однако ни до 12 марта, ни после ответа так и не последовало. В секретариате Парламента нам сказали, что направили наш запрос Односталко. Сам он на звонки редакции не отвечает.

(Обновлено) Как выяснилось после публикации, примар села Ферапонтьевка Елена Односталко — мать депутата Владимира Односталко.