Кто такие гагаузы: как переселение в Бессарабию изменило жизнь гагаузов | Nokta Live History TEXT

Михаил Сиркели рассказывает о том, как менялась жизнь гагаузов после переселения в Бессарабию. Почему Российская империя была заинтересована в переселенцах, какие привилегии они получили, как это помогло многим из них стать успешными землевладельцами и предпринимателями, а также почему экономическое процветание не привело к развитию гагаузского языка, культуры и национального движения – в текстовой версии архивного выпуска Nokta Live History. 

Nokta Live History – специальный проект об истории гагаузов, который nokta реализовала совместно с доктором истории и журналистом Штефаном Бежан.

Почему переселение в Бессарабию изменило судьбу гагаузов?

В предыдущем выпуске Nokta Live History мы рассказывали о причинах массового переселения гагаузов с Балкан в Бессарабию. Тогда речь шла о том, почему в конце XVIII – начале XIX века тысячи людей были вынуждены покинуть Османскую империю и как Буджак стал новым домом для гагаузских переселенцев. 

Однако само переселение стало лишь началом новой главы в истории гагаузского народа. Уже в первые десятилетия жизни в Бессарабии изменилось не только материальное положение переселенцев, но и их место в регионе, отношения с новой властью и перспективы дальнейшего развития.

Как объясняет Михаил Сиркели, чтобы понять, почему этот период оказался переломным для гагаузов, важно разобраться, какие цели преследовала Российская империя, переселяя христианские народы в Бессарабию, и как это отразилось на судьбе самих переселенцев.

— Положение гагаузов под османским владычеством было не самым благоприятным. В XI-XIII веках они участвовали в крестовых походах против язычников, были лояльны Византии, которая позволила им обосноваться на территории империи и создать здесь свое государство. Османы считали их предателями, поскольку они были тюркским народом, принявшим христианство и отказавшимся перейти в ислам. Не самыми лучшими были и отношения с болгарским населением, рядом с которым они жили.

Современные историки считают, что переселение гагаузов в Бессарабию, согласованное с российскими властями, стало спасением их этнической идентичности. В какой-то степени это действительно так. Но целью российских властей было не спасение гагаузов или болгар, а совсем другое. 

Русским было необходимо не только максимально заселить вновь завоеванные территории, но и превратить Бессарабию в базу снабжения русских войск для будущих военных кампаний против Османской империи. Конечно, сделать это можно было за счет привлечения в регион иностранного населения.

С другой стороны, отчаявшиеся от тяжелой жизни гагаузы и другие христианские народы Балканского полуострова в полной мере воспользовались этой новой возможностью. Те, кто решил покинуть родные места и начать новую жизнь в другом месте, сделали очень удачный выбор. Всего за несколько десятилетий жизнь гагаузских переселенцев значительно улучшилась.

Как менялась жизнь гагаузов после переселения в Бессарабию?

Переезд в Бессарабию не означал, что для гагаузов закончился период перемен. Теперь перед переселенцами стояла новая задача – обустроиться на незнакомой территории, которая после присоединения к Российской империи стремительно менялась и становилась частью новой административной и экономической системы.

Именно в это время закладывались условия, которые на многие десятилетия вперед повлияли не только на развитие юга Бессарабии, но и на положение самих гагаузских переселенцев.

Как объясняет Михаил Сиркели, судьба гагаузов в Российской империи во многом зависела от того, какую роль новые власти отводили Бессарабии и людям, которых сюда переселяли.

От страха перед войнами империй – к безопасности 

— В XVIII веке румынские княжества находились в центре борьбы трех империй:

• Габсбургской,
• Российской и 
• Османской. 

Поэтому многие гагаузы избегали переселяться на территорию княжества Молдовы именно из-за неуверенности в завтрашнем дне.

После присоединения Бессарабии к Российской империи в 1812 году уверенность в том, что жизнь в регионе станет более безопасной, возросла, и количество переселенцев, желающих сделать этот край своим постоянным домом, увеличилось. 

Регион привлекал различные этнические группы: 

• гагаузов, 
• болгар, 
• немцев, 
• швейцарцев, 
• французов, 
• украинцев, 
• русских и 
• других, большинство из которых селились в Южной Бессарабии, почти полностью покинутой ногайскими татарами в 1807 году.

Буджак интенсивно колонизировался, и этническая структура региона претерпела значительные изменения. Буджак был в основном заселен переселенцами с юга Дуная, которые спасались от османского гнета в поисках лучших условий для жизни, экономического и социального развития. Эти переселенцы либо селились в оставленных ногайскими татарами поселениях, либо основывали новые.

Получение беспрецедентных царских льгот и наделов 

Российские власти приложили немало усилий, чтобы создать максимально благоприятные условия для привлечения в регион как можно большего количества переселенцев. 

Перед генералом Инзовым, которого болгарские и гагаузские переселенцы считают своим главным защитником и наставником, была поставлена задача создать наилучшие условия для жизни переселенцев. 

• Генерал Иван Инзов (1768-1845) – главный попечитель иностранных поселенцев Южного края России и наместник Бессарабии. Он руководил наделением задунайских переселенцев землей, защищал их права перед местными помещиками и лично добивался реализации всех царских льгот. В знак благодарности за гуманное отношение болгары и гагаузы называли его своим главным защитником и «отцом», а основанный по его инициативе город Болград стал центром колоний Буджака. 

В связи с этим царские власти предложили гагаузским переселенцам ряд льгот, в том числе: 

• освобождение от налогов и пошлин на 7 лет, 
• освобождение от военной службы на 50 лет, 
• 60 десятин свободной земли и другие.

Все эти меры имели положительный отклик среди христиан, причем не только тех, кто жил к югу от Дуная. Их введение привело к заметному увеличению числа задунайских немецких и швейцарских переселенцев, а также иностранных купцов, особенно греков, армян и евреев. Льготы, предоставляемые царскими властями, привлекали даже переселенцев из внутренних губерний России.

Формирование купечества и торговая монополия 

Результатом колонизации стало укрепление позиций переселенцев, прежде всего купечества, которое захватило монополию на вывоз зерна и продуктов животноводства из Бессарабии через дунайские порты Измаил, Рени, Килия и свободный порт Одессы.

В первые десятилетия после присоединения Бессарабии в регионе значительно увеличился приток переселенцев. Если в 1819 году число задунайских переселенцев составляло 24 тыс. человек, то через двадцать лет оно удвоилось и достигло 57 тыс. человек, из которых почти 80% составляли болгары.

Стремительный демографический рост Комрата, Вулканешт и Болграда 

Значительное развитие получили и поселения, в которых проживали гагаузы и болгары. Скольковский, например, пишет, что:

• в 1819 году в Болграде проживало 146 семей, 
• в Комрате – 136, 
• а в Вулканештах – 175.

Спустя почти три десятилетия их число значительно возросло: 

• в Болграде проживала уже тысяча семей, 
• в Комрате – 700, 
• в Вулканештах – 600.

Аполлон Скольковский (1808-1898) – российский историк XIX века, исследователь истории Новороссии и Бессарабии, автор фундаментальных работ о колонизации юга Российской империи и жизни балканских переселенцев. 

Путь от бедных беженцев к крупным землевладельцам 

Привилегии, предоставленные имперскими властями, привели не только к увеличению числа переселенцев, но и к очевидному улучшению качества жизни новоприбывших. Среди прибывших были и бедные крестьяне, преследуемые османскими властями, которые в Бессарабии стали владельцами обширных земельных владений.

Преимущества, полученные гагаузами и болгарами, позволили им добиться значительных успехов в развитии сельского хозяйства, виноградарства и садоводства. Были созданы благоприятные условия для развития экономики, что, в свою очередь, повлияло на уровень культуры и образования. 

Быстрее стало развиваться сельское хозяйство, население возросло. Эти привилегии, предоставленные царскими властями, привели и к заметному повышению уровня жизни в Буджаке.

Как гагаузы стали состоятельными землевладельцами и предпринимателями? 

Первые десятилетия жизни в Бессарабии стали временем быстрых перемен для гагаузских переселенцев. Постепенно менялся не только облик населенных пунктов, но и хозяйство, которым занимались местные жители. Исторические документы этого периода позволяют проследить, как развивались сельское хозяйство, торговля и сами гагаузские поселения.

Как отмечает Михаил Сиркели, изменения затронули практически все стороны жизни переселенцев – от их хозяйственной деятельности до роста населения и развития крупнейших сел юга Бессарабии.

— В 1837 году в болгарских и гагаузских колониях насчитывалось почти 20 тыс. лошадей и более 64 тыс. голов крупного рогатого скота. В среднем на одно хозяйство гагаузских поселенцев приходилось 3 лошади и 10 голов крупного рогатого скота.

Также в этот период произошло значительное увеличение посевных площадей под зерновыми культурами и рост сельскохозяйственного производства. Всего за 20 лет площадь посевов зерновых удвоилась и достигла 200 тыс. десятин. Переселенцы, а также казаки и крестьяне, поселенные на государственных землях, производили почти 30% всего зерна в Бессарабии.

• Десятина – единица площади, использовавшаяся в Российской империи. Одна десятина соответствует примерно 1,09 гектара.

Помимо земледелия, гагаузы интенсивно занимались разведением овец и коз. Эта традиция сохранилась до сих пор. На самом деле овцеводство является многовековой традицией гагаузского народа и возникло как необходимость под влиянием климатических условий, в которых они жили.

По мнению Скольковского, четвертое десятилетие XIX века стало важным моментом в развитии техники овцеводства, так как в этот период в регион были завезены цигайская и испанская породы овец.

• Завезенные породы кардинально отличались от местных. Испанские (мериносы)славились тонкой, высококачественной шерстью, которая шла на экспорт и ценилась на вес золота. Цигайская порода, происходившая с Балкан, была грубошерстной, но невероятно выносливой, неприхотливой к суровому климату Буджака и давала много молока и мяса. Их появление превратило овцеводство из промысла «для себя» в мощную доходную отрасль региона.

Пользуясь теми же привилегиями, из числа гагаузов выдвинулись крупные землевладельцы и даже предприниматели. Некоторым из них удалось освоить водные ресурсы долины Прута и таким образом за счет торговли рыбой получить внушительные доходы.

Одними из таких успешных примеров являются: 

• Петр Левтероглу – гагаузский поселенец из села Вулканешты. Левтероглу получил во владение озеро Белеу и в 1837 году заработал на его эксплуатации 500 серебряных рублей.
• Иван Дроплу (из села Чишмикёй) – в тот же период на эксплуатации водоемов у села Слобозия-Маре заработал 750 серебряных рублей. 
• Николай Коротиоглу – на эксплуатации озера Кагул заработал полторы тысячи серебряных рублей.

Среди задунайских поселенцев были и крупные купцы. Заработанные на торговле деньги они вкладывали в покупку больших участков земли. В качестве примера можно привести Дмитрия Канозирского. К середине третьего десятилетия XIX века Канозирский накопил внушительное состояние: около полутора тысяч овец, 85 голов крупного рогатого скота и 2040 десятин земли.

Некоторые гагаузские поселенцы накопили достаточно денег, чтобы открыть процветающий бизнес. 

• Николай Скутай скопил большие суммы на торговле овцами. На заработанные деньги ему удалось открыть завод по переработке молока, где он производил сыр и другие молочные продукты.
• Григорий Янчу из Батыра открыл в своем родном селе завод по производству сыра и других молочных продуктов. На продаже этой продукции в Одесской области он зарабатывал 1200 серебряных рублей в год.
• Иван Чебан из Вулканешт также открыл достаточно успешный бизнес — мукомольную мельницу, которая приносила ему ежегодный доход около 500 серебряных рублей.

Села, в которых жили гагаузы, были в основном разветвленными, как и сегодня, с прямыми широкими улицами. В то время среди населенных пунктов со статусом болгарских колоний, где гагаузы составляли большинство, еще не было городов. Гагаузские села выполняли как хозяйственные, так и культурные и образовательные функции.

Позже российский этнограф Валентин Машков отметил, что, хотя Комрат находится далеко от железной дороги, это очень живое, богатое и цивилизованное место, где есть: 

• большой собор, 
• церковь, 
• кладбище, 
• школа с математическим профилем, 
• две-три сельские школы, 
• палата земского начальника, 
• нотариальная контора, 
• бюро судебного исполнителя и 
• множество магазинов. 

Он добавил, что в комратскую школу приезжали учиться не только ученики из Бессарабии, но и из Польши.

Помимо численного роста гагаузского населения, который был обусловлен в первую очередь массовой миграцией из Болгарии, у гагаузов наблюдался естественный прирост населения. Анализируя демографические процессы в Буджаке в тот период, видим, что рождаемость среди гагаузов была выше, чем у народов, с которыми они совместно проживали, и характеризовалась прежде всего большим количеством детей в сельских семьях. Гагаузские семьи в среднем состояли из 6-8 человек.

Кому не нравилась колонизация Буджака?

Масштабное заселение юга Бессарабии не могло пройти без последствий для тех, кто считал эти земли своими. Хотя в исторических источниках практически нет свидетельств о конфликтах между переселенцами и местными крестьянами, вопросы собственности на землю со временем стали предметом многочисленных споров.

Как отмечает Михаил Сиркели, особенно остро они проявились в отношениях между новыми поселенцами и молдавскими помещиками, претендовавшими на часть земель Буджака.

— Местное население довольно терпимо относилось к приезжим. В этот период нет сведений о столкновениях или восстаниях молдавских крестьян против колонизации Бессарабии.

Однако молдавские помещики были не слишком довольны появлением переселенцев в этом регионе. Крупные землевладельцы были недовольны тем, что часть земель, отданных переселенцам, принадлежала им.

Подобные проблемы возникали и в гагаузских районах, где земля ранее принадлежала молдавским помещикам, и они требовали ее возвращения.

Среди бояр, претендовавших на земли в Буджаке, были:

• Ион Стурдза, 
• Янку Балаш, 
• Панайот Казимир,
• Казимир Петраки , 
• Григорий Кэдриану и другие. 

Они заявляли, что эти земли принадлежат им и что их семьи были законными владельцами до оккупации ногайскими татарами.

Речь шла о более чем 100 тыс. десятин земли, расположенных в основном на левом берегу Прута. Один только Янку Балаш объявил себя владельцем более 40 тыс. десятин земли.

Почему экономический успех не привел к развитию гагаузской культуры?

Несмотря на заметные изменения в хозяйственной жизни, далеко не все сферы развивались одинаково. История многих народов показывает, что экономический рост далеко не всегда сопровождается развитием образования, культуры и собственной интеллектуальной среды.

Как объясняет Михаил Сиркели, именно это во многом произошло и с гагаузами в Бессарабии, где условия жизни заметно улучшились, но культурное развитие пошло совсем по другому пути.

— Если с социально-экономической точки зрения жизнь гагаузов за 100 лет российского господства сильно изменилась, то в культурном отношении они стали одним из народов Бессарабии с самым низким уровнем развития.

Бессарабская деревня всегда была более консервативной и весьма настороженно относилась к переменам. Поэтому толчок развитию культуры давали города. Но гагаузы, основным занятием которых было сельское хозяйство, в подавляющем большинстве жили в сельской местности. Именно поэтому они пропустили те культурные преобразования, которые происходили в Европе во второй половине XIX века.

Из всех этнических групп, проживавших в Бессарабии в конце XIX века, гагаузы были этнической группой с самым низким уровнем урбанизации. Только 342 гагауза проживали в городах, что не составляло и 1% от общего числа гагаузов, проживавших в Бессарабии.

Больше всего гагаузов проживало в городах:

• Болград – 117 человек, 
• Рени – 103 человека, 
• Аккерман – 48 человек и 
• Кишинев – 38 человек.

Например, среди болгар, вместе с которыми гагаузы пришли в Бессарабию в составе задунайских переселенцев, число проживающих в городах было почти в 20 раз выше – 11,2%. Среди ромов доля городского населения также была выше, чем у гагаузов, – 5,2%. Для сравнения, наиболее урбанизированными этническими группами были поляки – 52,6% проживали в городах, евреи – 47,8% и русские – 46%.

Школа также не пользовалась популярностью среди гагаузов, которые предпочитали полностью посвящать себя сельскохозяйственным работам. В результате уровень грамотности населения в Буджакском районе был особенно низким: только 12% гагаузских мужчин и 2% гагаузских женщин были грамотными.

Это не позволило гагаузам сформировать местную интеллектуальную элиту, способствующую развитию гагаузской культуры и языка. В результате родной язык гагаузов состоит из архаичной турецкой лексики и массивных заимствований слов из русского, румынского, болгарского и греческого языков.

Под властью русского царя не удалось сформировать собственное национальное течение. Не имея национальной истории и в силу отсутствия круга интеллектуалов, гагаузы идентифицировали себя скорее как религиозную группу со своим языком и традициями, но без собственного алфавита и публикаций на гагаузском языке.

У гагаузов не было политической и культурной элиты, которая могла бы бороться за их национальные права. В этот период выделился лишь один гагаузский интеллектуал – священник Михаил Чакир, который, пользуясь доверием в высших кругах Кишинева, сумел внести вклад в возрождение как гагаузского языка и культуры, так и гагаузской культуры.

Почему у гагаузов не сформировалось национальное движение?

Во второй половине XIX века национальные движения постепенно набирали силу во многих регионах Европы. Не стала исключением и Бессарабия, где разные этнические сообщества по-своему искали ответы на вопросы о собственной идентичности, языке и будущем.

Как объясняет Михаил Сиркели, для гагаузов этот процесс развивался иначе. На это повлияли сразу несколько факторов – от особенностей образования до отношения к Российской империи, частью которой они стали после переселения.

— Из примерно 57 тыс. гагаузов Бессарабии только 23 человека продолжили образование после начальной школы. То есть лишь 0,04% гагаузов имели среднее или высшее образование. Фактически это были дети из богатых семей, которые могли позволить себе платить за обучение.

Среди женщин ситуация была еще более драматичной, так как только три женщины имели среднее или высшее образование.

В годы царской власти большинство гагаузских мужчин, получивших высшее образование, готовились стать приходскими священниками. После окончания учебы они возвращались в родные села. Одним из них был Георгий Душков, который после учебы в Варшавском университете вернулся в родное село и стал священником в Казаклии.

Однако большинство студентов предпочитали Санкт-Петербургский университет, где им удавалось получить престижное образование. Например, в селе Бульбоака сын священника Николай Ильянов работал дипломатическим атташе царского правительства в Стамбуле.

В конце XIX века в Бессарабии появились первые зачатки румынского национализма. В 1898 году в Эстонии группа бессарабских студентов Тартуского университета основала тайное общество «Бессарабская земля». Члены этого унионистского общества поддерживали постоянные контакты с румынской интеллигенцией в Яссах и готовили почву для того, чтобы в нужный момент добиться объединения.

Иначе обстояло дело с гагаузским населением Бессарабии. Гагаузы не смогли развить собственное национальное течение. У них не было внешней родины, как у молдаван, которая способствовала бы развитию внутреннего национализма.

Следует также иметь в виду, что Бессарабия стала для гагаузов настоящей родиной благодаря усилиям российских властей. Здесь гагаузы пользовались многочисленными привилегиями: им дали много земли, они имели возможность развивать большое хозяйство и процветающие предприятия, что, несомненно, вело к экономическому и социальному прогрессу.

В отличие от бессарабских румын, для бессарабских гагаузов и других переселенцев период российского владычества был благоприятным, а порой и прогрессивным. Это породило полную привязанность к российским властям.

К концу второго десятилетия XX века в Бессарабии родилось уже второе и даже третье поколение гагаузов, воспитанных русской культурой и в духе любви к «старшему брату». Поскольку в Бессарабии проводилась активная политика русификации, гагаузским переселенцам не пришлось учить румынский язык, и таким образом русский стал для них вторым родным языком.

Более того, даже немногочисленная гагаузская интеллигенция получала образование в русских школах и в большей степени идентифицировала себя с ценностями русской культуры.

Полный выпуск Nokta Live History:

Больше исторических разборов в рубрике Nokta History

nokta