«Почему я не могу быть здесь?»: как индиец из Мумбая женился на гагаузке и выбрал Комрат вместо Дубая
Мохаммед родился в Индии, пять лет прожил в Стамбуле, построил ювелирный бизнес и планировал переезд в Дубай. Но оказался в Комрате — городе, о существовании которого не знал. Почему индиец решил остаться в Гагаузии, что его удивляет в молдаванах и сталкивался ли он здесь с расизмом — в его истории.
История индийца, который влюбился в гагаузку и переехал в Комрат
Мохаммед Шетвала родом из Мумбаи, ему 30 лет. По образованию он геммолог — специалист по драгоценным камням. Его отец много лет занимается обработкой и продажей камней. Мохаммед присоединился и к бизнесу отца, и к маркетинговому агентству своего брата.
В 2019 году он уехал в Турцию, чтобы разобраться в местном ювелирном рынке и набраться опыта. Начинал с нуля: ходил по магазинам Стамбула, знакомился с ювелирами и пытался вести переговоры, почти не говоря по-турецки. Со временем выучил язык, устроился продавцом в ювелирный магазин, а позже открыл и собственное дело.
Молдова появилась в его жизни совершенно случайно. В спортзале в Стамбуле он познакомился с девушкой из Комрата. Сегодня она его жена. Именно вслед за этой встречей Мохаммед впервые открыл Google и набрал: «Что такое Молдова?»
- Важно: «индиец» — нейтральное обозначение гражданина или уроженца Индии, независимо от его религии. «Индус» же обычно означает последователя индуизма.
Фото: архив Мохаммеда
От одного слова по-турецки до собственного бизнеса в Стамбуле
Когда Мохаммед впервые приехал в Турцию, по-турецки он знал буквально несколько слов. Английский, вспоминает он, тоже помогал далеко не всегда.
Чтобы разобраться в ювелирном бизнесе, он ходил от магазина к магазину Стамбула, знакомился с продавцами и владельцами.
«Первые два-три года были очень тяжелыми. Я учил язык вечером, а на следующий день шел и пытался вести бизнес на своем ломаном турецком», — вспоминает индиец.
В конце концов Мохаммед поступил на языковые курсы при Стамбульском университете и довел турецкий до уровня, который позволил ему свободно работать. Сначала устроился продавцом ювелирных изделий, а затем стал заниматься собственным бизнесом.
Тогда появилось и имя Крал. Знакомые ювелиры в Стамбуле стали называть его Kral — по-турецки «король».
«Я ходил от одного ювелира к другому, ну они и начали говорить: “Крал пришел”. Так это имя за мной и осталось», — улыбается он.
После пяти лет в Турции Мохаммед уже хорошо знал страну и понимал, как вести бизнес. Любитель тяжелых весов, он не пропускал тренировки, и в очередной день в спортзале произошла встреча, которая в итоге изменила его маршрут.
«Я увидел девушку и подумал, что она самая красивая из всех, кого я когда-либо видел. Подошел познакомиться и спросил, откуда она. Она сказала: “Из Молдовы”. Это был первый раз в моей жизни, когда я услышал о Молдове», — признается мужчина.
Дома Мохаммед начал читать о незнакомой стране. Первое, что выдал интернет, — информация о молдавском вине. Вернувшись в спортзал, он нашел гагаузку и решил продолжить разговор, похваставшись новыми знаниями о винных традициях.
«А она мне и ответила: “Я не пью”. Вот так и начался наш разговор. Сейчас эта девушка — моя жена», — вспоминает индиец.
При этом говорят они между собой на турецком. Жена Мохаммеда предпочитает не появляться публично и не любит лишнего внимания. Он говорит, что уважает ее выбор, поэтому не публикует совместные фотографии и старается оставлять их личную жизнь за пределами своего блога в Instagram и TikTok, который он ведет как раз о жизни в Комрате.
Фото: архив Мохаммеда
«Я не выбирал Молдову»: о странах, документах и переезде
Отношения пары быстро эволюционировали, и вскоре двое обсуждали, где строить совместную жизнь. Оставаться в Турции Мохаммед не хотел: несмотря на годы жизни там и знание языка, он продолжал ощущать себя иностранцем.
Одним из вариантов был Дубай, где Мохаммед уже вел маркетинговый бизнес со своим братом и где провел несколько месяцев, примеряя на себя жизнь в Эмиратах. Но постоянная погоня за статусом ему быстро надоела.
«Там бесконечная конкуренция. Даже если у тебя дорогая машина Bugatti, тебе нужен самолет или яхта. Каким бы богатым ты ни был, всегда есть кто-то, кто делает больше. А в какой-то момент ты понимаешь: ты просто человек и тебе нужен покой», — поражается мужчина.
Тогда жена предложила выбирать не третью страну, где оба останутся иностранцами, а Индию или Молдову. Индию Мохаммед тоже рассматривал, но переживал, насколько комфортно его жене будет жить в огромной и незнакомой для нее стране. Поэтому решили сначала попробовать Молдову.
Осенью 2025 года Мохаммед приехал как турист, затем вернулся, пара поженилась, а позже он оформил документы для постоянного проживания в Молдове.
«Все было очень быстро и легко. Если бы я делал то же самое в Стамбуле или оформлял такие документы для жены в Индии, это могло бы занять полгода. А здесь мы справились примерно за месяц: подаешь документы, через день-два следующий этап — и все готово», — рассказывает Мохаммед.
Первое знакомство с Комратом оказалось почти противоположностью его прежней жизни. Однажды вечером они с женой возвращались домой после тренировки, и Мохаммед удивился пустым улицам.
«Я сказал ей: “Уже восемь вечера — где все люди, машины? Мы что, в раю? Такое чувство, будто я Адам, а ты Ева и вокруг больше никого”. Она засмеялась и ответила: “Нет, Комрат просто такой. Вечером все идут домой”», — улыбается индиец.
То, что поначалу казалось странным, постепенно стало одной из главных причин остаться.
«Я не выбирал Молдову. Для меня жизнь выбрала Молдову. Сначала я влюбился в жену, а когда приехал сюда — влюбился и в страну», — продолжает он.
Фото: архив Мохаммеда
«Вы не замечаете, что у вас уже есть»: о жизни в Комрате
И по сей день Мохаммед благодарен новому темпу жизни. В Мумбае и Стамбуле, вспоминает он, его дни проходили среди пробок, очередей, шума и постоянной работы. В Комрате он впервые за долгое время почувствовал, что может просто остановиться.
Он живет с женой в доме с двором, продолжает удаленно заниматься бизнесом, тренируется и постепенно знакомится с местными предпринимателями. Иногда снимает для них рекламные ролики — говорит, что таким образом пытается лучше понять местный рынок и людей.
«До Молдовы моя жизнь была очень быстрой. А здесь у меня появилось время подумать, заметить какие-то вещи, просто подышать воздухом. Я стал более терпеливым», — отмечает мужчина.
Особенно его удивляет другое: сами молдаване регулярно спрашивают, зачем он сюда приехал.
«Они говорят: “Что ты здесь делаешь? Тебе надо ехать в Европу”. Не со злобой — они реально советуют мне уехать. А я спрашиваю: почему я не могу быть здесь?» — удивляется он.
Мохаммед понимает желание людей зарабатывать больше за границей, но считает, что в Молдове слишком часто недооценивают возможности внутри страны. В будущем он и сам рассматривает местный бизнес — например, индийское кафе или торговлю продуктами из Индии, хотя пока не спешит инвестировать.
«Когда у тебя что-то всю жизнь лежит в кармане, ты уже не видишь, насколько это особенное. Я смотрю на Молдову как иностранец и думаю: эта страна заслуживает намного больше внимания», — продолжает индиец.
После нескольких месяцев в Гагаузии изменилось даже его представление о роскоши.
«Раньше это были большие города, высотки, машины, бизнес. А здесь я нашел то, что невозможно купить за деньги, — покой. Для меня роскошь сейчас — это спокойствие», — подчеркивает он.
Фото: архив Мохаммеда
«Учу русский язык»: о расизме, религии и блоге в Гагаузии
С женой Мохаммед продолжает говорить по-турецки: она не знает английского, он — русского (родного языка жены).
В Комрате в повседневной жизни ему иногда помогает и турецкий: гагаузский достаточно близок к нему, чтобы объясниться в простых ситуациях. Из-за близости языков местные понимают простые слова вроде bir, iki, üç («один, два, три»), поэтому объясниться в магазине или на заправке бывает несложно. Но для полноценной жизни в южном городе Мохаммед в итоге решил взяться за русский.
Пока учит своим методом: запоминает слово и идет испытывать его на улице.
«Говорю людям “привет”, пытаюсь произнести что-то еще. Иногда они не понимают, я повторяю два-три раза. Они смеются, улыбаются, исправляют меня. Русский для меня очень сложный, особенно произношение», — признается индиец.
С открытой агрессией или расизмом из-за своего происхождения Мохаммед, по его словам, в Молдове не сталкивался ни разу. Более того, после пяти лет в Стамбуле ему пришлось заново привыкать к тому, что незнакомым людям можно доверять. В Турции, рассказывает он, к иностранцу нередко относились прежде всего как к человеку, на котором можно заработать, поэтому и в Комрате поначалу он автоматически искал подвох.
«Когда кто-то здесь пытался мне что-то продать, я сразу настораживался: “Почему он это спрашивает? Может, хочет меня обмануть?” А жена говорила: “Мы не в Турции. Просто доверься человеку”. И в конце я понимал, что она права. За все время здесь меня как иностранца ни разу не пытались обмануть», — до сих пор поражается мужчина.
Однако после того как Мохаммед начал снимать ролики о Комрате в своем блоге в TikTok и Instagram, он увидел и другую сторону отношения к иностранцам. Под одним из популярных видео ему написали, чтобы он «ехал обратно в Индию и показывал там бедность». Другой пользователь опубликовал кадры со свалкой в Мумбае и добавил, что надеется, что Мохаммед «не сделает Комрат таким же».
При этом сам индиец подчеркивает, что такие отклики остаются исключением. Под одним из роликов, набравшим более 40 тыс. просмотров, подавляющее большинство комментариев были положительными. На негатив он обычно не отвечает.
«Лично мне в лицо никто никогда не говорил: “Уезжай в свою страну”. Только в интернете. Для меня все намного проще: прежде чем я индиец, я человек. Неважно, официант перед тобой или миллиардер, христианин, мусульманин или иудей», — отмечает он.
Для самого Мохаммеда это не только вопрос отношения к национальности, но и часть его религиозного мировоззрения. Он мусульманин: встает около пяти утра, совершает намаз и, как сам говорит, начинает день с благодарности богу. После этого — холодный душ, завтрак и работа из домашнего кабинета. Из-за разницы в часовых поясах, пока Комрат только просыпается, рабочий день в Индии уже идет.
Любопытно, что именно после переезда в Молдову Мохаммед почти перестал воспринимать собственное имя как маркер религии. В соцсетях и среди знакомых его чаще знают как «Крал», а жена называет его Мохаммедом. Здесь, говорит он, представляясь настоящим именем (Мохаммед), он вообще не думает о том, что тем самым сообщает собеседнику, что он мусульманин.
В Индии такое ощущение у него было гораздо сильнее: по словам Мохаммеда, религиозная принадлежность там сильнее политизирована, а противоречия между индуистами и мусульманами некоторые политики используют для разделения людей.
При этом ислам для него не означает дистанции от христианства. Мохаммед напоминает, что Иисус — Иса в Коране —почитается в исламе как пророк, и говорит, что с уважением относится и к христианской вере, церкви и Деве Марии.
«Я верю в Иисуса. Я уважаю вашу церковь, уважаю Деву Марию. Какой бы веры мы ни были — сначала перед тобой человек», — объясняет он.
На вопрос, где он видит себя через пять лет, Мохаммед отвечает почти без раздумий.
«Конечно, в Молдове. Я никуда отсюда не уеду. Бог знает, где я окажусь, но если выбирать мне — я буду здесь. Открою новый бизнес, буду узнавать людей, культуру, открывать для себя что-то новое», — признает индиец.
Читайте также:
