В Гагаузии пытаются стереть Шора из памяти и обвиняют Сиркели в хайпе | Nokta Live TEXT
В ответ на долгую критику беглого преступника, который из Москвы управляет Гагаузией, гагаузские политики распространяют про Михаила Сиркели ряд мифов: начиная тем, что он призывает к геноциду гагаузов и заканчивая тем, что он против мира в Украине. В эфире nokta журналист разобрал эти нарративы, а перед вами — текстовая версия этого выпуска.
«Практически каждый гагаузский политик способствовал Шору»
— Сегодня поговорим о том, как гагаузские политики пытаются убедить всех, что Илана Шора в Гагаузии нет и вообще это миф, а Сиркели, который напоминает о его преступлениях в Гагаузии, оказывается, всего-навсего хайпует и распространяет мифы о Шоре ради денег. Да-да, вы не ослышались: оказывается, Шор и всё, что мы наблюдали и продолжаем наблюдать в Гагаузской автономии последние 2,5 года — это всего лишь миф.
Почему моя деятельность и деятельность моих коллег в nokta, которые постоянно напоминают о Шоре, о том, что он никуда не делся и что наказание должны понести все, кто продал Гагаузию Шору, неудобны местным политикам? Всё очень просто. Мы сейчас наблюдаем самый настоящий сговор гагаузских политиков, которые приняли следующую позицию или тактику: отрицать присутствие Шора и что он вообще когда-либо был в Гагаузии, переждать некоторое время и настаивать на том, что Кишинёв должен возобновить взаимоотношения с Гагаузией.
Стратегия очень простая — гагаузские политики будут держать единую позицию, которая состоит в том, что Кишинёву некуда деваться и рано или поздно властям Республики Молдова придётся возобновить работу с автономией, и не только властям страны, но и международным партнёрам. А для того, чтобы ускорить этот процесс, гагаузские политики в унисон будут заявлять, что Шор — это не вся Гагаузия, что не надо из-за одного Шора наказывать весь гагаузский народ и изолировать целый регион. Этой стратегии очень сильно мешает постоянное напоминание о Шоре, а также постоянное напоминание о том, что практически каждый политик, мало-мальски активный в гагаузской политике, способствовал приходу и укреплению Шора в Гагаузии.
Многие из политиков, а особенно те, кто предлагает себя в качестве спасителей Гагаузской автономии, пытаются убедить всех, что они не связаны с Шором. Но дело в том, что это всё не соответствует действительности. Если покопаться, то легко можно обнаружить доказательства того, что они с Шором очень активно сотрудничали, защищали его интересы в Гагаузии, а те, кого Шор не взял в свою команду изначально, очень активно предлагали ему свои услуги.
С этой точки зрения их не устраивают две вещи.
- Во-первых, напоминание о том, что их рыльце в пушку, и они испачкались Шором по самые гогошары.
- И второй момент, который их очень сильно не устраивает, — это напоминание о том, что необходимо осудить и прекратить политическую коррупцию в Гагаузии, которая фактически привела Гагаузскую автономию в состояние захваченности Шором.
А осуждение политической коррупции очень неудобно нынешней так называемой политической элите Гагаузии. Потому что в этом случае нужно будет осуждать не только период Шора, но и, например, тот же самый «гагаузский референдум» или же работу на Плахотнюка. А если копнуть ещё глубже в историю, то нужно будет осудить и то, как так называемые гагаузские аксакалы продали Гагаузию Воронину.
«Для них Гагаузия — предмет торга»
— И если обратить внимание, кто сегодня активен в гагаузской политике, то мы обнаружим, что речь идёт об очень узком круге политиков, которые активны в автономии ну как минимум лет 20. С одной стороны — это Дмитрий Константинов, Георгий Лейчу и Илья Узун, которые входят в число тех, кто управляет автономией, а с другой стороны — это Николай Дудогло, Михаил Формузал, Фёдор Гагауз и Пётр Пашалы, которые предлагают себя в качестве альтернативы и спасителей Гагаузии.
Где-то в кустах у обочины притаилась Ирина Влах, явно ожидая команды «старт», чтобы вернуться в гагаузскую политику. Новых лиц там мы особо не видим. Новые лица, которые при поддержке той же Москвы куда-то исчезли, не прижились на политическом теле Гагаузии. Я имею в виду того же Виктора Петрова, ту же Евгению Гуцул и других шоровских активистов фракций поменьше. Тех вообще ветром сдуло.
На политической сцене осталась вот эта вот партия нафталина, которая в гагаузской политике с начала нулевых, если не с 90-х. Причём все они на разных этапах то конкурировали друг с другом, то сотрудничали. Вместе или по отдельности продавали Гагаузию то Воронину, то Плахотнюку. Но что они однозначно делали вместе — так это работали на Москву и отрабатывали с Шором заказ по дестабилизации Республики Молдова в той или иной форме.
Эти люди не смогли оставить после себя ничего стоящего. Для них однозначно Гагаузия — это дойная корова и предмет торга. Единственное, в чём они заинтересованы, — это в том, чтобы торговать Гагаузией и дальше. Они не заинтересованы в том, чтобы рефлексировать по поводу своих преступлений против Гагаузии. Они заинтересованы в том, чтобы всё оставалось как есть, Гагаузия и дальше оставалась заложницей статус-кво, где они определяют, кому продавать Гагаузию и за сколько.
А такие как nokta или Михаил Сиркели их очень сильно не устраивают, потому что требуют перемен, признания ошибочности и преступности референдумов 2014 года, захвата Гагаузии Шором и справедливого наказания за это. А они этого не хотят, потому что все были замазаны и в том, и в другом.
При этом они не критикуют друг друга. Например, мы не слышим, чтобы так называемый комитет спасения Гагаузии критиковал Константинова. А с другой стороны, за что критиковать Константинова — он же сказал, что не был с Шором. Как же не поверить Константинову и его невинным глазкам? А за что критиковать, например, исполняющего обязанности башкана Илью Узуна — он же уже не носит майку с Шором и не клянётся тому в любви и верности. Уже целых восемь месяцев прошло с того момента, как Узун признавался в любви к Шору, надев майку с его фотографией — это же целая вечность. Снял майку человек — значит всё, он не с Шором.
И не вспоминать же вечно, как Николай Дудогло три раза в коротком видеоролике благодарил Илана Шора на выборах примара. Всё это смешно, если бы не было так грустно.
Они этот трюк проворачивают не в первый раз. Раньше это было менее очевидно, сейчас они делают это неприкрыто, фактически сговорившись. Причём если 20 лет назад, когда они начинали свой путь в гагаузской политике, у них был хоть какой-то рейтинг и доверие людей, то теперь это отработанный материал. Если раньше они предлагали хоть какое-то видение и идеи развития Гагаузии и искали партнёров среди кишинёвских политических партий, то сегодня они стали настолько токсичными, что никто в Кишинёве не хочет с ними даже связываться. Посмотрите на рейтинги этих так называемых спасителей Гагаузии и так называемых руководителей. Все вместе они наберут, дай бог, 6 тысяч голосов.
Вспомните результаты последних башканских выборов. Дудогло набрал 5,5 тыс. голосов, а Формузал — 1900. И Ирина Влах, которая корчила из себя звезду национального масштаба, на президентских выборах набрала 9 тыс. голосов в Гагаузии — в два раза меньше, чем Виктория Фуртунэ. И это после двух башканских мандатов.
Ещё раз обращу внимание: они критикуют не Шора, не тех, кто сотрудничает с Шором, ни подкуп на выборах — они критикуют Сиркели.
Сиркели призывает к геноциду?
— Давайте пройдёмся по нескольким нарративам, которые распространяются с аккаунтов разных людей, близких либо к Константинову, либо к так называемому комитету спасения Гагаузии.
Первый нарратив — Сиркели сеет межнациональную рознь и даже якобы призывает к геноциду. Мне сложно комментировать этот бред, здесь явно взыграли чьи-то больные фантазии. Это очень удобная тактика — обвинять в геноциде тех, кто призывает к справедливости и правосудию. Где они увидели эти призывы? Я обращаю внимание на то, что гагаузское сообщество стало соучастником преступления по подрыву молдавской демократии и попытках оккупации Республики Молдова невоенным путем, — и в этом нет призыва к геноциду, нет намёка на межнациональную рознь. Я просто называю вещи своими именами.
Как и многие жители Гагаузии, я хочу, чтобы виновные понесли наказание и чтобы этого больше не повторялось. А упорное отрицание того, что эти преступления были совершены, просто-напросто гарантирует нам то, что они повторятся снова. И масштаб этих преступлений будет гораздо больше. И мы уже видим тенденцию. Сначала это были референдумы, где людей, накачав страхом и дав несбыточные обещания райской жизни в Таможенном союзе, согнали на избирательные участки, сделав участниками самого большого [обмана] гагаузского народа.
А в 2023 году вовлекли Гагаузию и две трети её жителей в сетку Шора, сделав их соучастниками преступлений его ОПГ. Я всего лишь хочу признать ошибки и сделать так, чтобы они не повторялись в будущем. Где здесь призыв к межнациональной розни и геноциду?
Сиркели хайпует на теме Шора за деньги?
— Следующий нарратив — Сиркели хайпует на теме Шора и делает это за деньги. Если бы Сиркели интересовали только деньги, то Сиркели, наверное, был бы первым в рядах гагаузских шоровцев. Судя по слитым ведомостям заработных плат, шоровцы получали от 5 до 10 тыс. долларов в месяц. Причём речь идёт о деньгах, за которые не надо отчитываться.
Я руководствуюсь не желанием наживы, а своими принципами и ценностями. Я создавал общественную ассоциацию «Piligrim-Demo» в 2003 г. не для того, чтобы заработать денег, а для того, чтобы продвигать и реализовывать идеи, основанные на общечеловеческих ценностях гуманизма, прав человека, демократии и верховенства права.
Потом «Piligrim-Demo» создал nokta, которая уже как средство массовой информации продолжила продвижение этих ценностей. Моя позиция как эксперта, лидера неправительственной организации и позже журналиста всегда была понятна и прозрачна. Позиция относительно того же референдума мной изначально была обозначена и за все эти годы не менялась. Я ещё в 2014 году, когда Народное Собрание приняло решение провести эти референдумы, заявил, что они незаконны и противоречат Конституции. И я не гонюсь за общественной любовью и одобрением. Я чётко и твёрдо стою на своих позициях независимо от того, нравятся они кому-то или нет.
И где, собственно, вы увидели хайп на теме Шора? Шор — преступник, лидер ОПГ, осуждённый на 15 лет лишения свободы, — это факт. Шор в интересах Кремля подрывает нашу демократию, угрожает нашей безопасности и пытается втянуть нас в войну. И это не преувеличение — ещё недавно он заявлял о необходимости объединиться с Россией, а значит, призывал встать на сторону агрессора против Украины и Европейского союза. И задача любого журналиста — обличать эти вещи и обращать внимание на опасность этих идей, особенно на то, что такие люди, как Шор, с такими опасными идеями, пользующиеся поддержкой страны-агрессора, тянут нашу страну в бездну войны.
Задача журналиста — обращать внимание не только на то, что делает преступник Шор и такие как Шор, но и предупреждать о последствиях таких действий. Если кому-то неприятно это слышать, и более того, если кто-то хочет, чтобы журналисты об этом не говорили, потому что это обличает в том числе и их, — это не проблема журналиста, это проблема политика, который участвует в этих преступлениях.
Сиркели против мира в Украине?
— Следующий нарратив, который распространяют про меня, — Сиркели против мира в Украине. А где, собственно, вы видели, чтобы Сиркели был против мира в Украине? Я солидарен с Украиной и поддерживаю идею справедливого мира для нее. Украина не начинала эту войну, и не от Украины зависит её окончание. Завершение войны зависит от одного человека — от Владимира Путина, который напал на соседнюю страну и пытается её уничтожить. У Украины нет другого выхода, кроме как сопротивляться, иначе вся она превратится в сплошную Бучу.
Если Украина сдастся, то преступления в Бабьем Яру, совершённые нацистами, покажутся цветочками по сравнению с тем, на что способны русские. Собственно, путинская Россия этого и не скрывает. Для них это не что иное, как «окончательное решение украинского вопроса», которое ничем не отличается от преступления под названием «окончательное решение еврейского вопроса», совершённого нацистами во время Второй мировой войны. И как только у этих людей поворачивается язык критиковать меня за поддержку Украины — в условиях когда наши собратья, украинские гагаузы, гибнут, защищая свою страну и, между прочим, защищая в том числе и нас от русской орды.
У гагаузских политиков удобная позиция — они предпочитают «не принимать сторону», потому что якобы и с той, и с этой стороны воюют гагаузы. Ну, во-первых, в России нет регионов с компактным проживанием гагаузов, и гагаузы там не проживают столетиями. Гагаузы проживают столетиями на территориях, которые являются частью Украины и частью Республики Молдова. И гагаузские политики не могут, не в состоянии или не хотят признать одну простую истину: если бы не было независимой Молдовы и не было бы развала Советского Союза, не было бы и никакой Гагаузской автономии.
Гагаузская автономия появилась благодаря появлению независимой Республики Молдова. И существовать она может только в том случае, если будет существовать независимая и суверенная Республика Молдова. А существование независимой Молдовы сегодня зависит только от способности Украины защищать себя и существовать дальше как независимое и суверенное государство. Как следствие, от этого зависит и существование Гагаузской автономии.
И если гагаузские политики на самом деле патриоты Гагаузии и гагаузского народа, то они первыми должны солидаризироваться с Украиной, а не искать поддержки России. Потому что искать поддержки России — это значит солидаризироваться с российскими преступлениями, в том числе против гагаузского народа, проживающего на территории Украины. Поэтому в поддержке Украины с моей стороны нет никакой «антироссийской истерии». Есть признание простого, совершенно очевидного факта того, что Россия — это Мордор, который совершает в Украине преступления против человечности.
И когда гагаузские политики зовут сюда Россию, они зовут сюда не цивилизацию или развитие, они зовут сюда разруху и навлекают на головы гагаузов и всех граждан Республики Молдова беду. Звать сюда Россию — это звать сюда геноцид. Это всё мы видели в Донецке, Луганске, Буче, Мариуполе, Херсоне. Где Россия — там смерть, грабёж и разруха.
Я так много внимания уделяю Гагаузии в последнее время, потому что не хочу, чтобы Гагаузия ассоциировалась с продажными политиками, преступлениями самых отъявленных воров в истории Молдовы, не хочу, чтобы Гагаузия ассоциировалась с российским Мордором, и не хочу, чтобы Гагаузия была предметом насмешек из-за того, что башкан Гагаузии не может произнести простое слово «потенциал».
nokta
