Кто воевал против Молдовы на Днестре и почему «власти» в регионе — оккупационные | Nokta Live TEXT

В новом выпуске своей авторской программы Михаил Сиркели объясняет, почему Приднестровье является оккупированной территорией, а события 1992 г. на Днестре — не что иное, как война России против Молдовы. Перед вами текстовая версия Nokta Live.

«Это была молдо-российская война»

— В одном из комментариев под последним выпуском Nokta Live о результатах выборов в так называемый Верховный совет Приднестровья один из наших зрителей оставил реплику, в которой подверг сомнению моё утверждение о том, что Приднестровье — это оккупированная территория, а так называемые власти на левом берегу — оккупационная администрация. В качестве аргумента он привёл какие-то свои рассуждения о том, что жители левобережья сами решают свою судьбу. Я думаю, давно настало время порассуждать о том, чем была война на Днестре в 1992 году и каков нынешний статус районов на левом берегу Днестра.

Здесь нужно признать, что Россия выиграла эту информационную войну и навязала своё видение и восприятие. Этому, к сожалению, способствовали и молдавские средства массовой информации, и некоторые международные структуры. России настолько успешно удалось укоренить своё представление о событиях 1992 года и о статусе Приднестровья, что даже сейчас, когда российская агрессия против Украины длится более 10 лет, а параллели между тем, что происходило на левом берегу Днестра в 1992 году, и тем, что Россия делала на Донбассе в 2014 году, становятся совершенно очевидными, мы по-прежнему в Республике Молдова используем нарративы и терминологию, навязанные Москвой. Мне сложно сказать, почему так происходит. То ли все привыкли и не хотят ничего менять, то ли боятся взглянуть правде в глаза и начать называть вещи своими именами.

Какова же цель России, навязавшей восприятие войны на Днестре и терминологию для описания статуса Приднестровья? Цель одна, и она очевидна — скрыть своё участие в той войне. Как обычно, Россия действует по принципу «нас здесь нет», или точнее — «нас в 1992 году там не было». Как только ни называют события 1992 года на Днестре в молдавских СМИ, молдавские эксперты и политики: «конфликт на Днестре», «приднестровский конфликт», «приднестровская проблема». Более смелые называют это «сепаратистским конфликтом» или «войной с сепаратистами». Но даже это не отражает сути того, что происходило на Днестре в 1992 году.

То, что происходило в Приднестровье, — не что иное, как молдо-российская война, или российская агрессия против независимой и суверенной Республики Молдова. И это не мои догадки. Это международно признанный факт, закреплённый как в резолюции Парламентской ассамблеи Совета Европы, принятой в марте 2022 года, так и в решении Европейского суда по правам человека по делу группы Илашку против Республики Молдова и Российской Федерации. Более того, это подтверждает и соглашение о прекращении огня, подписанное между президентом Республики Молдова Мирчей Снегуром и президентом Российской Федерации Борисом Ельциным.

Обратите внимание: договор был подписан не между конституционными властями Республики Молдова и сепаратистскими властями Приднестровья, а между Молдовой и Россией. Это является прямым признанием того, что против Республики Молдова в 1992 году на Днестре воевала именно Российская Федерация. И это не какой-то казус или недоразумение.

«РФ стала агрессивной не при Путине, она была такой всегда»

— Здесь следует обратить внимание на то, что российская военная агрессия против Республики Молдова произошла менее чем через полгода после распада Советского Союза. 8 декабря 1991 г. Советский Союз официально прекратил своё существование — это было оформлено подписанием Беловежских соглашений президентами Ельциным, Кравчуком и Шушкевичем. Война на Днестре официально началась через три месяца — 2 марта 1992 года. К слову, она началась в день вступления Республики Молдова в состав ООН. Это многое говорит о Российской Федерации, и в частности о том, что она стала агрессивной не при Путине — она была агрессивной всегда.

Кто же воевал против регулярных частей армии Республики Молдова, которая в ускоренном режиме формировалась во время войны на Днестре? Российские добровольцы, в их числе — донские казаки, а также члены Российского национального единства — националистической неофашистской военизированной организации. Россия активно вербовала и направляла сюда, например, заключённых. 30 лет спустя Россия начнёт активно использовать заключённых и в войне против Украины.

В войне на Днестре с российской стороны засветились такие лица, как Гиркин (Стрелков) и Александр Невзоров. Невзоров со временем пересмотрел свои взгляды (по крайней мере, публично — прим. nokta), сегодня он активно поддерживает Украину и выступает против российской агрессии. А Гиркин-Стрелков спустя 22 года появился на Донбассе, где уже воевал против Украины, захватывая правительственные здания в Славянске, Краматорске, потом в Донецке и Луганске. Без диверсионной группы Гиркина-Стрелкова не было бы войны на Донбассе, так же как без российских «добровольцев» не было бы войны на Днестре.

Ни в Донецке, ни в Тирасполе простые люди не хотели брать в руки оружие и погибать под пулями. Ни на Донбассе, ни в Приднестровье не было бы войны, если бы её не организовала и не поддерживала Россия. И там, и там Россия заявляла: «нас там нет», — будто воюют какие-то добровольцы, форму купили в военторге, оружие неизвестно откуда. Хотя на Донбасс оружие завозилось через российско-украинскую границу, а в Приднестровье оружие выдавалось из складов 14-й армии. Появление российского генерала Лебедя в Тирасполе под видом инспектора Гусева — так Лебедь «стал гусем» — было не чем иным, как укреплением российских позиций и координацией действий сил, организованных Россией в войне против Республики Молдова. Именно поэтому договор о прекращении огня был подписан, ещё раз напомню, не между Снегуром и Смирновым, а между Снегуром и Ельциным: Молдова воевала против России, а не против местного ополчения.

После прекращения огня российская армия никуда не делась из Приднестровья. Она осталась там и продолжает находиться до сих пор. В 1999 г. на саммите ОБСЕ в Стамбуле Россия под руководством Бориса Ельцина обязалась вывести остатки 14-й армии из Приднестровья, в том числе вооружение на складах в селе Колбасна. Как вы знаете, Россия этого не сделала до сих пор. Россия всякий раз заявляет, что любая попытка предпринять что-то против российских войск, которые незаконно находятся на левом берегу Днестра, будет расценена как акт агрессии. Но если на территории Приднестровья незаконно находятся российские войска, то это не что иное, как военная оккупация со стороны России.

«Важно называть вещи своими именами»

— Что же касается так называемых властей на левом берегу Днестра: кем они являются? Понятное дело — это незаконная администрация. Это оккупационная администрация, работающая в интересах страны-агрессора, которая оккупирует Приднестровье — 11% территории Республики Молдова. Если бы эти так называемые власти представляли хоть малейшую угрозу интересам Российской Федерации, их бы там просто не было.

Оккупационные власти на левом берегу Днестра в 2006 г. провели незаконный референдум с двумя очень характерными вопросами.

• Первый: «Поддерживаете ли вы курс на независимость Приднестровской Молдавской Республики и последующее свободное присоединение Приднестровья к Российской Федерации?»
• Второй: «Считаете ли вы возможным отказ от независимости Приднестровской Молдавской Республики с последующим вхождением в состав Республики Молдова?»

Согласно объявленным итогам, по первому вопросу «за» высказались 97,1%.

Что касается утверждения нашего зрителя, что приднестровцы сами решают свою судьбу и сами выбирают власть. Тут следует напомнить ему, что в Приднестровье нет ни одного политика, выступающего за сближение с РМ, хотя люди, желающие реинтеграции, там есть. Все, кто представляет угрозу оккупационному режиму на левом берегу Днестра, либо вынуждены покидать Приднестровье, либо становятся жертвами репрессий — как Олег Хоржан, оппозиционный политик, которого застрелили после выхода из тюрьмы. Жители Приднестровья прекрасно понимают, что не решают свою судьбу сами, и потому особо не высказываются. Явка на последних так называемых выборах в так называемый Верховный совет — яркое тому подтверждение.

Если резюмировать: война на Днестре — а это была именно война, а не какой-то «конфликт», — была войной между Россией и Молдовой. Для Молдовы это была война за независимость и суверенитет, для России — борьба за сохранение влияния в Республике Молдова, за обеспечение своего военного присутствия и последующее поглощение всей страны. Эту войну развязала Россия, используя настроения и страхи жителей левобережья, которых Советский Союз, а затем и Россия годами накачивали ненавистью к Республике Молдова и страхом перед «румынизацией». На фоне российской агрессии против Украины это становится ещё более очевидным.

Понимание того, что произошло на Днестре в 1992 году, помогает более реалистично смотреть на вещи и даёт шанс защититься от российской агрессии, которая продолжается, и эффективнее отстаивать свои интересы. Поэтому важно об этом говорить и называть вещи своими именами.

Друзья, подпишитесь на нас в ютубе, если вы ещё этого не сделали, ставьте лайк и помогите нам преодолеть следующий рубеж — 43 тысячи подписчиков — ко дню рождения Nokta 26 декабря.

nokta