«У меня есть ответственность перед репутацией и законом» — Мариана Рацэ в эфире nokta

Саша Турифер

20 июля 2026, 20:00

Журналистка и телеведущая Мариана Рацэ в эфире Gustul Neamului. Стоп-кадр видео.

Журналистка и телеведущая Мариана Рацэ рассказала в программе Gustul Neamului, почему независимые СМИ обвиняют в лояльности PAS, существует ли в молдавской прессе самоцензура и как российская пропаганда подрывает доверие к журналистам.

«Если журналисты замалчивают несправедливость, с этим я не согласна»

В новом выпуске программы Gustul Neamului ведущий Михаил Сиркели поговорил с журналисткой Марианой Рацэ о самоцензуре в молдавских СМИ, ярлыке «пресса PAS», ответственности независимых журналистов и кампании по подрыву доверия к ним. Собеседники также обсудили, почему оппозиция бойкотировала независимые телеканалы и какую роль пресса играет в противодействии российской пропаганде.

— Мы прошли через выборы, и многие говорят, что мы спасли страну, — сказал Михаил.

— Мы, журналисты? Или мы как общество? — уточнила Мариана.

— Думаю, да, журналисты — особенно те, кто проводил расследования. Нужно отдать должное Ziarul de Gardă и признать это. Мы тоже заняли определённую позицию — не в том смысле, что поддерживали какую-то конкретную партию, а в том, что поддерживали европейский курс, потому что опасность действительно была очень большой. Но нас очень часто обвиняют в самоцензуре. Это то, что нужно как-то объяснить людям и самим себе: существует ли самоцензура? То есть возможно ли, что мы не критикуем власть потому, что боимся потерять европейский курс? Что ты об этом думаешь?

— Действительно, я замечаю, что нынешнюю власть критикуют меньше, чем предыдущие. Пожалуй, сравнить это можно только с первыми годами правления Альянса за европейскую интеграцию — AIE-1 и AIE-2, — когда мы как общество тоже не были особенно критичны по отношению к власти. Почему? Потому что мы разделяли те же ценности, что и власть, как и большая часть общества.

Что касается самоцензуры журналистов, всё зависит от того, с чем они себя отождествляют. Когда у власти находятся люди с теми же ценностями, что и у тебя, очевидно, возникает соблазн прибегнуть к самоцензуре. Но если журналисты замалчивают несправедливость, с этим я совершенно не согласна. Я могу говорить о собственном опыте и об опыте учреждения, в котором работаю.

С 2021 года, после прихода PAS к власти, TV8 никогда не игнорировал оппозицию. Мы всегда приглашали её представителей в наши студии, порой буквально уговаривали их прийти, чтобы в эфире звучала критическая, оппозиционная точка зрения. Но мы столкнулись — и, думаю, это делалось намеренно — с бойкотом независимой прессы и искусственным созданием впечатления, будто это «пресса PAS». Оппозиция не приходила на передачи и никак не объясняла почему. В итоге у нас были передачи только с представителями власти и гражданского общества.

Это создавало впечатление, что власть действительно щадят, потому что в эфире не было позиции, которая её критикует. На других телеканалах и в интернете такая критика звучала, но её представители не приходили на так называемые «телеканалы PAS», чтобы критиковать власть. Из-за этих намеренных действий оппозиции и сформировалось такое восприятие. Теперь давай поговорим о другом. Появлялись ли расследования о власти? Подавала ли независимая пресса тревожные сигналы, когда происходило что-то плохое?

— Действительно, на мой взгляд, судить нужно по тому, поднимает ли независимая пресса темы коррупции, неэффективности и т.д, — соглашается Михаил. — И мы должны признать, что и ты в своём проекте Cutia Neagră, и коллеги из других независимых СМИ поднимаете эти темы. Даже сегодня, когда мы записываем это интервью, вышло расследование Ziarul de Gardă о MoldATSA и её руководителе. Ты и сама недавно подготовила несколько расследований. Поэтому мы не можем утверждать, что независимая пресса — как национального, так и местного уровня — что-то скрывает. И всё же продвигается тезис о том, что мы занимаемся самоцензурой.

Про ярлыки и «оппозиционные» СМИ

— На мой взгляд, всё началось с попытки исказить реальность: навесить ярлык «пресса PAS» на некоторые СМИ, которым общество очень доверяет, и особенно — на конкретных журналистов, пользующихся доверием и уважением, — сказала Мариана. — Но если дальше спросить тех, кто утверждает, что эта пресса политически контролируется: «Ты её читаешь? Смотришь?» — «Нет». Тогда откуда ты знаешь? Ты вообще смотрел что-нибудь за последние полгода? Сколько расследований «Cutia Neagră» ты посмотрел за последние полгода? — «Не смотрю».

Но как тогда можно составить мнение, если ты на самом деле не читаешь, не смотришь и не анализируешь? На чём ты основываешь свои выводы? Расскажу, что мы делали с первых же дней. Мы с самого начала прекрасно понимали, какой риск возникает для общества, когда вся власть в государстве сосредоточена в руках одной партии, и какие соблазны это создаёт.

Я критиковала то, каким образом был отстранён генеральный прокурор. Мы проводили расследования о спонсорах PAS. Мы расследовали решения, которые, на наш взгляд, представляли собой злоупотребления и принимались под прикрытием Комиссии по чрезвычайным ситуациям. Были вещи, которые делались неправильно, в том числе отсутствие прозрачности при закупке газа по очень высоким ценам. Обо всём этом мы — всё общество — узнали прежде всего от независимой расследовательской прессы, а не откуда-то ещё. И я хочу спросить тебя: знаешь ли ты хотя бы одно оппозиционное СМИ, которое занимается журналистскими расследованиями? Нет? Я тоже не знаю.

«Я просто выполняла свою журналистскую работу»

Журналисты подняли вопрос: а какая пресса в Молдове вообще является оппозиционной? Это те СМИ, которые сильно критикуют власть, были закрыты Советом по аудиовизуалу и так далее?

— Хорошо, но они остались в интернете, — продолжила мысль Мариана. — Все эти СМИ продолжают работать. Ничего не исчезло — оно просто трансформировалось. СМИ Шора никуда не исчезли. Но скажи, пожалуйста, ты видел там хотя бы одно журналистское расследование?

— Нет, — ответил Михаил.

— Я видела предположения и обвинения, которые ничем не были подкреплены. Я не могу позволить себе обвинять кого угодно, не имея чётких доказательств, с которыми в случае необходимости можно было бы пойти в суд и защитить свою позицию. Вот что значит заниматься журналистскими расследованиями. Когда все кричат: «Держите вора!», я должна сначала убедиться, что это действительно он, и доказать, что он вор.

— Но у тебя нет ощущения, что мы, независимая пресса, хотя и делаем свою работу, всё же отчасти исчерпали кредит доверия из-за того, что в последней избирательной кампании выступали за идею, а не за конкретную партию, защищали европейскую интеграцию, поскольку угроза того, что россияне захватят страну, действительно была очень большой? Мы были словно солдаты в той битве, пали в ней и потеряли часть доверия, — поделился мыслями Михаил.

— Я думаю, что это именно тот нарратив, который очень умело пытается продвигать российская пропаганда, — отвечает Мариана. — Когда мы были солдатами? Я нигде не чувствовала себя солдатом, я просто выполняла свою журналистскую работу. Моя работа как журналистки — информировать людей и обращать их внимание на опасности. Я служу гражданам Республики Молдова. И как человек, служащий гражданам Республики Молдова, я была обязана предупредить их о том, что некоторые люди на самом деле преследуют совсем иные интересы, чем те, о которых заявляют, и руководствуются совершенно другими мотивами.

Я была обязана это сделать и сделала. Я ни в коем случае не делала этого ради какой-то конкретной политической партии. Но правда в том, что именно PAS стала главным выгодоприобретателем всего произошедшего. И это не из-за прессы, а потому, что в Республике Молдова, к сожалению, по непонятным причинам так и не может появиться убедительная проевропейская политическая сила, способная привлечь голоса избирателей. Нужно признать, что многие люди разочарованы в PAS или не до конца убеждены в ней.

— На мой взгляд, все политические силы должны быть проевропейскими, а в обществе должны идти дискуссии по конкретным вопросам, — выразил мнение Михаил. — Но проблема в том, что вся парламентская оппозиция будто бы является оппозицией самой Республике Молдова и при этом не служит её интересам.

— Есть и другая часть оппозиции, которая разделяет те же ценности, выступает за европейский курс и располагает профессионалами, но, к сожалению, не умеет донести свою позицию до людей, — отметила Мариан. — Возможно, её лидеры недостаточно харизматичны и убедительны. Я не понимаю, в чём именно проблема.

— Хорошее замечание. Я имел в виду парламентскую оппозицию.

— Даже если некоторые представители парламентской оппозиции заявляют, что разделяют проевропейские ценности и принципы, к сожалению, это не всегда подтверждается их поступками.

«Ангелы не такие и белые»?

— Начиная с 2021 года я стала понимать, что именно тогда началась кампания по дискредитации журналистов и подрыву доверия к ним, — рассказывает Мариана Рацэ. — Каждый день людям внушали, что независимые журналисты на самом деле являются журналистами власти, что они необъективны, преследуют какие-то интересы и получают деньги из-за рубежа. Была создана ложная реальность, чтобы укоренить в сознании молдаван мысль: никому нельзя доверять. Мол, да, мы плохие и коррумпированные, но они ведь не смогли доказать, что сами не такие. И тогда, если ты сам не можешь подняться, единственная стратегия — стащить вниз и остальных. Это сработало очень хорошо.

Давайте вспомним известное выражение Плахотнюка: «проблема не в том, что чёрт чёрный, а в том, что ангелы не белые». Именно это и пытались доказать: что мы не такие уж белые, какими себя представляем. Но я хочу сказать и кое-что хорошее. Несмотря на всё это, когда в стране происходит что-то важное или когда у её границ начинается война, граждане Республики Молдова приходят именно к независимой прессе, чтобы получить информацию.

Они не идут за информацией к анонимным источникам, скрывающимся в социальных сетях. Люди обращаются к независимой прессе. Иногда кажется, что независимая пресса напугана и реагирует с опозданием, но давайте поговорим об ответственности. Авторитетное СМИ, прежде чем взять на себя ответственность что-то утверждать, должно проделать определённую работу. Нужно тщательно проверить информацию — не по одному источнику, а по нескольким, убедиться, что она соответствует действительности, и только после этого публиковать.

У меня есть ответственность перед собственной репутацией, но также и ответственность перед законом. Если я говорю неправду, то несу финансовую ответственность. За это меня могут наказать государственные учреждения. А какую ответственность несут те, кто публикует в социальных сетях всё, что им вздумается?

«Будущее страны не может быть связано с Россией»

— Я хочу сказать, что выборы в Республике Молдова — это не только вопрос политических партий. Лично для меня речь идёт не о партиях, а о том, что находится в головах людей. Если я годами объясняю людям, что будущее страны не может быть связано с тёмной Россией, что будущее страны — в пространстве, где существуют правила, законы и права граждан, значит, я пытаюсь изменить прежде всего их мировоззрение.

И это происходит несмотря на всю российскую пропаганду, которой очень много. Когда мы говорим о российской пропаганде, речь идёт не только о новостях. Мы говорим в первую очередь обо всём развлекательном контенте, о российских артистах. И если, несмотря на всё это, люди идут на выборы и голосуют за партии, которые заявляют о европейских ценностях, значит, мы как общество выполняем свою работу.

Мы как журналисты хорошо выполняем свою работу. Для меня неважно, какая именно проевропейская партия победит на выборах. Для меня важно, чтобы это была проевропейская партия, способная дать этой стране перспективу и будущее. В первую очередь — моему ребёнку.

______________________________

Беседа с Марианой Рацэ выдалась насыщенной и важной. Перед вами — только её часть в текстовом изложении. Целиком же выпуск Gustul Neamului вы можете посмотреть на нашем ютубе: