Молдову перекраивают. Почему Гагаузию и Приднестровье не трогают? | Nokta Live TEXT
Три региона вместо 32 районов, Тараклия как отдельный муниципий и Гагаузия вне общей схемы реформы. И — «заштрихованное» Приднестровье. Михаил Сиркели говорит в новом выпуске своей авторской программы о главном пробеле представленной правительством концепции. Читайте текстовую версию Nokta Live.
«Республика Молдова уходит от мелких и неэффективных районов»
— 1 октября премьер-министр Василе Тофан и генеральный секретарь правительства Алексей Бузу представили концепт административно-территориальной реформы для второго уровня. По этой концепции после реформы вместо 32 районов будет три региона, три муниципия и один регион с особым правовым статусом — Гагаузия.
Таким образом, после реформы регион Север объединит 11 северных районов, регион Центр объединит 13 районов из центральной части страны, а регион Юг — 7 южных районов, кроме Гагаузии и Тараклии. Тараклийский район превратится в муниципий второго уровня, который, соответственно, объединит все населённые пункты, входящие в Тараклийский район.
Если выразить этот этап реформы в двух словах, то его можно охарактеризовать как укрупнение и оптимизацию. Республика Молдова уходит от мелких и неэффективных районов, которые, по сути, были архаизмом Советского Союза и не отвечали современным требованиям публичного управления. Районы в Советском Союзе выполняли функцию контроля. В современных условиях они показали свою полную неэффективность и стали элементом, мешающим местным органам власти в вопросах управления и развития.
С одной стороны, они ничем не могли помогать примариям, потому что у них не было средств. С другой стороны — только мешали примариям, поскольку на районном уровне было сосредоточено много компетенций. Нынешний концепт предусматривает, что регионы будут иметь меньше компетенций и не будут выполнять никаких контрольных функций, а будут выполнять вспомогательную функцию, связанную с планированием, проектированием и развитием населённых пунктов и примарий. Этот шаг назрел давно, и его положительно оценивают многие эксперты.
«В Гагаузии и дальше будет существовать армия чиновников»
— К сожалению, на данном этапе административно-территориальная реформа не касается Гагаузии, и когда коснётся — неизвестно. В частности, Гагаузию не коснётся амальгамация примарий. Это значит, что в Гагаузии не будет обеспечена эффективность органов местного публичного управления.
В Гагаузии и дальше будет существовать армия чиновников, а также продолжат существовать крохотные примарии на несколько сотен жителей. Там и дальше будет существовать промежуточный уровень в виде районных администраций.
Кто-то из наших зрителей может не знать, но в Гагаузии существует три уровня власти: первый уровень — это примарии, второй — районы, которых в Гагаузии три: Комратский, Чадыр-Лунгский и Вулканештский, и у каждого района есть своя администрация. Даже у Вулканештского района, в который входят 4 населённых пункта. Третий уровень власти в Гагаузии — это региональные власти, то есть Народное собрание, Исполком и башкан.
Самым неэффективным уровнем являются районные администрации в Гагаузии — это не избираемые, а назначаемые органы власти. У них нет районных советов, а только глава районной администрации, которого утверждает Народное собрание по предложению башкана. И у каждого главы районной администрации есть штат сотрудников. Чем они все занимаются, непонятно, но деньги из бюджета на их содержание тратятся немалые.
Если система районов по всей стране была неэффективной, то система административного устройства в АТО Гагаузия ещё более неэффективна. Однако правительство решило, что Гагаузии реформа не нужна. А в самой автономии никто ничего реформировать не собирается.
И тут отдельный привет хочется передать гагаузским крикунам, которые постоянно обвиняют Кишинёв и, в частности, правительство PAS в том, что оно собирается уничтожить Гагаузию. Позвольте спросить: а как же PAS собирается уничтожить Гагаузию, если даже реформу тут не собирается проводить? Реформу, которая давно назрела и не терпит отлагательств в самой Гагаузии.
Совершенно очевидно, что в Гагаузии административно-территориальная реформа не проводится, поскольку у нее есть особый правовой статус, который усложняет этот процесс. В частности, амальгамация на территории Гагаузии не может быть проведена без согласия Народного собрания. Для того чтобы амальгамироваться, населённые пункты должны получить согласие НСГ.
В нынешнем Народном собрании нет ни одного депутата, который бы поддержал амальгамацию в Гагаузии. И, скорее всего, в будущем таких депутатов тоже не будет. А если и будут, то окажутся в меньшинстве. Таким образом, получается, что особый правовой статус является серьёзным препятствием для реформ в Гагаузии и самым настоящим «якорем перемен», говоря словами Евгении Гуцул.
«Видение у Республики Молдова должно быть относительно всей территории страны»
— Но если в случае с Гагаузией у правительства хоть хватило смелости сказать, что эту реформу там проводить не будут, то в случае с Приднестровьем оно сделало вид, что его не существует, и закрасило его на карте пунктиром.
В концепции, касающейся реорганизации районов, которую представили 1 октября Тофан и Бузу, про Приднестровье говорится следующее: «Настоящая концепция касается исключительно реорганизации территории, находящейся под фактическим контролем конституционных властей Республики Молдова. Поэтому на данном этапе реформа не предусматривает вмешательства в административно-территориальное устройство населённых пунктов, расположенных на левом берегу Днестра».
В связи с этим первый вопрос: а что насчёт населённых пунктов в зоне безопасности? Они находятся на левом берегу Днестра и при этом под фактическим контролем конституционных властей Республики Молдова.
И самый главный вопрос: а какое видение у правительства по поводу Приднестровья в целом, прежде всего части, оккупированной Россией? Я понимаю все аргументы вроде того, что мы там ничего не контролируем, имеется в виду территория, оккупированная Россией в 1992 году; у нас нет возможности проводить там никакие реформы, поэтому нет смысла прописывать это в концепции админреформы.
Звучит вроде логично. Но только если подходить к этому вопросу с деловой точки зрения и с точки зрения эффективности затрачиваемых усилий. Но с точки зрения государственного подхода, мне кажется, это очень серьёзное упущение.
Концепция административно-территориальной реформы — это документ, обозначающий государственное видение Республики Молдова, касающееся территориального развития. Концепт определяет видение этого развития. И это видение у Республики Молдова должно быть относительно всей территории страны, в том числе и Приднестровья.
Дальше на основании представленного 1 октября концепта будет разработан проект закона об административно-территориальной реформе и план действий, где будут прописаны различные детали того, как будет реализована эта реформа. Там действительно, наверное, было бы бессмысленно прописывать какие-то детали, связанные с реализацией реформы в Приднестровье, поскольку правительство не контролирует оккупированную территорию.
Но в концепте, с моей точки зрения, видение относительно Приднестровья просто должно быть прописано. Правительство могло сказать: «Приднестровье — наша территория, мы знаем, как его развивать, мы хотим его развивать, но детали мы сообщим позже», или «о деталях мы можем говорить тогда, когда эта территория вернётся под фактический контроль Республики Молдова».
Но на пресс-конференции 1 октября ни премьер-министр Тофан, ни генеральный секретарь правительства Бузу ничего не сказали про Приднестровье.
Более того, в социальных сетях правительство выложило карту будущего административного устройства Молдовы, где территория Приднестровского региона просто заштрихована.
И тут возникает вопрос: а правительство вообще считает Приднестровье территорией Республики Молдова? Я, конечно, понимаю, что премьер-министр — человек из бизнеса и подходит к вещам прагматично. В бизнесе не тратят усилия на то, что не приносит результат, причём быстрый.
Но в государственном управлении эффективность выглядит немножко иначе. То, что в бизнесе кажется нецелесообразным, пустой тратой времени, в политике и государственном управлении является жизненно необходимым. Некоторые вещи нужно проговаривать и продумывать не потому, что они реализуемы, а для того, чтобы обозначить позицию, чтобы не оставлять места для ненужных интерпретаций и не освобождать жизненно важное пространство для своих противников.
«Если не говоришь ты — говорят за тебя»
— История Приднестровского региона, с моей точки зрения, очень показательна в данном контексте. План Козака, который чуть не сделал Республику Молдова вассалом России навсегда, появился по очень простой причине — потому что в Республике Молдова не было видения в отношении Приднестровья, не говоря уже о плане реинтеграции.
Отсутствие у Молдовы видения создавало идеальные условия для России, которая разработала свой план и попыталась навязать его нам. И, как известно, благодаря ответственной позиции международных партнёров, прежде всего посла США на тот момент, Воронину пришлось отказаться от плана Козака, хотя он уже обещал Путину, что подпишет его, а самолёт Путина уже был готов к вылету в Кишинёв для триумфального подписания плана Козака.
В данном случае в концепции, представленной 1 октября правительством, видение по Приднестровью должно было быть обозначено не исходя из того, реалистична или нереалистична реализация этой реформы в Приднестровье, а для того, чтобы в очередной раз обозначить позицию, создать политическую рамку как внутри страны, так и для международных партнёров. Правительство должно повторять это каждый раз по поводу и без повода.
А так что мы получаем? Правительство посчитало, что нет смысла упоминать Приднестровье в этом документе. Формальную причину мы назвали — якобы левый берег не находится под фактическим контролем конституционных властей Республики Молдова.
Вполне возможно, есть ещё одна, неназванная причина — правительство, наверное, посчитало, что не стоит произносить слова, которые могут быть использованы российской пропагандой. Но, с другой стороны, если не говоришь ты — говорят за тебя. Как в известной фразе: «Твоё молчание — чужое золото».
Например, в сложившейся ситуации в Москве или Тирасполе могут сказать: вот видите, Кишинёв не включил Приднестровье в концепцию административно-территориальной реформы, значит, они не считают Приднестровье своей территорией.
И в этом случае власти Республики Молдова могут оказаться в очень неприятной ситуации, и им придётся реагировать на повестку, которую задают не они, а Кремль и Тирасполь. А так административно-территориальная реформа дала бы правительству возможность в очередной раз обозначить свою позицию и создать политическую рамку по вопросу реинтеграции Приднестровья.
«Есть вещи, которые не стоит игнорировать несмотря ни на что»
— Ещё один примечательный момент состоит в том, что на пресс-конференции генеральный секретарь правительства Алексей Бузу заявил, что концепт реформы административно-территориальных единиц второго уровня во многом базируется на Законе о региональном развитии от 28 декабря 2006 года.
По этому закону Республика Молдова поделена на 6 регионов развития — регион Север, регион Центр, регион Юг, АТО Гагаузия, муниципий Кишинёв и Приднестровье. Учитывая тот факт, что Приднестровье уже выделено этим законом в отдельный регион развития и что концепция реформы базируется на этом законе, вообще непонятно, почему правительство ничего не говорит о Приднестровье в своём концепте?
Я много раз в предыдущих выпусках Nokta Live, комментируя ситуацию в Гагаузии, говорил, что власти Республики Молдова практиковали неправильный подход по отношению к Гагаузии. Власти страны много лет действовали по принципу: если не замечать проблему, то её как бы нет.
Но это самая неэффективная позиция, которую только можно представить, потому что такой подход только усугубляет проблему. И ситуация с выборами в Гагаузии это подтвердила. Нежелание властей Республики Молдова навести в Гагаузии порядок в вопросе выборов привело к тому, что регион был захвачен Шором и использован Кремлём для попытки государственного переворота в Республике Молдова.
То же самое мы видим в случае с Приднестровьем — правительство сделало вид, что Приднестровья не существует, и не нашло ничего лучше, чем заштриховать Приднестровье на карте.
Я понимаю, что правительство одновременно решает огромное количество задач и проблем. Особенно перед отопительным сезоном в условиях мирового энергетического кризиса. Однако есть вещи, которые не стоит игнорировать несмотря ни на что, и в нужный момент в очередной раз обозначать свою позицию.
Концепт админреформы — это тот самый момент, когда правительство должно было обозначить позицию страны по Приднестровью.
nokta
