Ядерная бомба против Сталина: Что остановило СССР от захвата всей Европы | Nokta History TEXT

В очередном выпуске Nokta History историк Октавиан Цыку рассказывает, как Советский Союз распространял свое влияние на страны Центральной и Восточной Европы после Второй мировой войны. Какую роль в этом сыграли военная оккупация и военнопленные, почему участники разговора называют подконтрольные территории «плацдармом» и какие параллели проводят с войной России против Украины – в текстовой версии выпуска. 

Как СССР расширял влияние в Европе?

В предыдущих выпусках Nokta History Октавиан Цыку и ведущий Михаил Сиркели говорили о Ясско-Кишиневской операции, выходе Румынии из Второй мировой войны и судьбе румынских военнопленных в СССР. Теперь разговор выходит за пределы Румынии: участники выпуска анализируют, как в послевоенные годы Советский Союз устанавливал контроль над Центральной и Восточной Европой. 

Для описания этой политики они вновь возвращаются к слову «плацдарм». Речь о том, как Москва закрепляла контроль над странами и территориями, а затем использовала их возможности для расширения своего влияния. 

Особое место в этой концепции занимает Украина. Авторы программы предлагают взглянуть на историю иначе: что, если бы украинскому государству удалось сохранить независимость после Первой мировой войны? Эта нереализованная развилка напрямую ведет к осмыслению сегодняшней российской агрессии и того, какую угрозу контроль над украинской территорией создает для соседних стран.

Но, прежде чем проводить параллели с современностью, ведущий предлагает вернуться к истокам и, чтобы разобраться, на какие именно силы опиралась Москва для подчинения послевоенной Европы, Михаил Сиркели расширяет тему предыдущего выпуска – от судьбы румынских военнопленных к роли пленных из других государств. 

— Мы закончили на том, как Советский Союз использовал военнопленных – 250 тыс. румынских военнопленных, захваченных под Сталинградом, дальше на Дону, — напоминает ведущий Михаил Сиркели. — Я так понимаю, аналогичная ситуация была с военнопленными других стран, тех, которые воевали против Советского Союза. Их так же, как и румынских военнопленных, использовали для коммунизации своих стран. В том числе военнопленных Шестой немецкой армии под Сталинградом.

• Шестая армия – соединение вермахта под командованием Фридриха Паулюса. Она была окружена советскими войсками под Сталинградом и капитулировала в феврале 1943 года. 

Даже не только Шестой. Там было огромное количество – 6 млн, по-моему, немецких военнопленных, которые строили ГДР и так далее. 

Однако использование людей, оказавшихся в советских лагерях, не ограничивалось представителями стран, воевавших против СССР. Октавиан Цыку расширяет этот разговор, обращаясь к польскому опыту. 

— Есть так называемая армия Андерса – это поляки, которых взяли в советских лагерях. Конечно, они не знали о Катыни. Но армия Андерса была как раз одной из ударных сил по коммунизации Польши. И это важно.

• Катынь – название одного из мест массового расстрела польских военнопленных сотрудниками НКВД весной 1940 года. О захоронениях стало широко известно после их обнаружения в 1943 году; советские власти десятилетиями отрицали свою ответственность за преступление. 

От советского контроля над Европой к целям Путина

Использование военнопленных было одним из способов закрепить советское влияние за пределами собственных границ. Но какую роль подконтрольные страны играли в дальнейших планах Москвы? Этот вопрос связывает историческую часть разговора с современностью: ведущий подкаста Михаил Сиркели предлагает рассмотреть войну против Украины в более широком европейском контексте.

— Журналистам, людям, которые приезжают из Германии сюда [в Молдову], я пытаюсь объяснить, что эта война, которую сейчас Путин ведет против Украины, – это не про захват Украины.

Это про возвращение русского сапога в Берлин. Потому что в 1945 году Российская империя — а Советский Союз это реинкарнация Российской империи — добилась своего величайшего могущества за всю историю, то есть возврат к мировому господству. 

Многовековой враг и противник Российской империи — Пруссия — была повержена. И российский солдат был в Берлине. По большому счету, помимо Берлина Советский Союз контролировал еще несколько земель Германии.

• Пруссия – германское государство, сыгравшее ключевую роль в объединении Германии в XIX веке. После поражения нацистской Германии её территория оказалась разделена, а само прусское государство упразднили в 1947 году. Германия после войны была поделена на четыре оккупационные зоны: советскую, американскую, британскую и французскую. 

Вот то, чего хочет добиться Путин. Это подразумевает, в свою очередь, возврат влияния в Центральную Европу и возможность оттуда грозить Западной Европе. Поэтому Путин очень часто говорит о том, что НАТО должно уйти из Европы, для того чтобы он самостоятельно мог все контролировать, — подчеркивает ведущий.

— Ему легко, потому что он раскалывает Евросоюз, находит своих людей, свои политические партии, спонсирует через пропаганду и получает рычаги власти, — добавляет Октавиан Цыку.

Однако такие исторические параллели требуют учитывать, при каких обстоятельствах Москва получила возможность двигаться дальше на запад. По мнению Цыку, для понимания этого процесса необходимо вернуться к итогам Первой мировой войны и судьбе украинской государственности. 

— Я думаю, что нужно сохранить пропорции сравнения: все-таки исторический контекст, временное пространство. Но вы очень правильно заметили: 

• Первое – это Украина. 
• И второе – окончание Первой мировой войны, русская революция и мировая революция.

Потому что все это взаимосвязано.

Исходя из того, что происходит сейчас в Украине уже четыре года, я так скажу: если бы Украина была независимым государством после Первой мировой войны, то, может быть, даже Второй мировой войны бы и не было.

Потому что, прежде всего, независимая Украина, как и сейчас, сдержала бы натиск Советского Союза. Конечно, Советский Союз искал бы пути дестабилизации Украины, как и сейчас, может быть. Но не было бы прямого контакта между нацистской Германией и Советским Союзом за счет отстранения Польши. У Польши не было бы таких проблем, потому что польское государство было многонациональным, и это подрывалось изнутри украинским национализмом.

И украинский потенциал — человеческие ресурсы, природные ресурсы, экономика — эксплуатировался Советским Союзом впоследствии для советских интересов за рубежом, в том числе во Второй мировой войне. Представьте, что этот человеческий ресурс не был бы использован Советским Союзом против Запада, а использовался бы Западом для того, чтобы сдержать большевизм. 

Не говоря уже о том, какие преимущества были бы для румынского государства, потому что вся дестабилизация Румынии приходила со стороны украинской территории: включая Татарбунары, включая Тигину, Хотинское восстание и многие другие операции по дестабилизации Румынии, которые происходили с украинской территории. 

Не говоря уже о создании Молдавской автономной республики на территории Украины. Такого в составе независимого украинского государства не было бы. И вот отсюда можно понять, что и на данный момент Украина предотвращает эскалацию европейской войны.

Потому что для тех, кто не понимает параллели: Сталин или Ленин захватил Украину и использовал ее в дальнейшем как плацдарм для Молдовы, Румынии, Польши и других стран. 

То же самое может произойти, если Путин захватит Украину: он будет использовать ее как плацдарм для оккупации Молдовы, а потом и других стран. Они будут использовать все эти страны, все эти ресурсы в своих интересах, а людей – для экспансии российского империализма в Западную Европу, — подытожил историк.

По мнению Михаила Сиркели, угрозу для Молдовы стоит оценивать с учётом того, что уже происходит на захваченных Россией территориях. Их опыт позволяет судить о том, какую роль Москва может отвести населению в дальнейшей войне. 

— Про эскалацию вы отметили хороший пример того, как Путин любит действовать: он всегда эскалирует. Второй момент – как все это использовалось бы. Достаточно посмотреть на то, как он использует ресурсы Донбасса, который он якобы освободил, против Украины.

С 2014 года он захватил Донецк, захватил экономические и человеческие ресурсы, которые использует против Украины. Отправил людей на первую линию. Так же, как и молдаван отправят на первую линию. Сначала приднестровцев против молдаван, потом молдаван против румын и так далее.

От мировой революции к имперскому величию: что связывает Сталина и Путина?

Использование захваченных территорий и их ресурсов ставит вопрос о том, какие цели оправдывали дальнейшее расширение советской власти. По мнению Октавиана Цыку, истоки этой политики следует искать в идеях, на которых строилось большевистское государство. Без них трудно объяснить и последующие решения Сталина.

— Второе, о чем мы сказали и что очень важно, – это русская революция, большевистский путь и мировая революция.

Потому что сущностью советского империализма была глобальная, мировая революция. Сталин был детищем этой революции. Он никогда от нее не отрекся.

Многие говорят: «Ну, Сталин отстранил Троцкого. Троцкий – это троцкизм и мировая революция». Нет, Сталин отстранил Троцкого не потому, что был против мировой революции. Он отстранил Троцкого, потому что ему нужно было истребить любую оппозицию внутри советского государства и укрепить свою власть. 

• Лев Троцкий – один из руководителей революции 1917 года и создателей Красной армии, политический соперник Сталина. Троцкизмом называют связанные с ним идеи, в том числе представление о том, что социалистическая революция не может окончательно победить, оставаясь в пределах одной страны. После поражения во внутрипартийной борьбе Троцкого выслали из СССР. 

После того как он отстранил Троцкого, он прикрыл идею мировой революции, потому что понимал: чтобы добиться мировой революции и глобальной экспансии Советского Союза, нужно модернизироваться. И он приобщил к этому Запад, — рассказывает историк.

Однако для реализации этих целей требовалась и опора за пределами СССР. По словам Цыку, убежденность иностранных сторонников коммунизма в правоте советского проекта позволяла Москве использовать их в собственных интересах. 

— Он провозгласил победу социализма в одной стране: СССР – родина социализма. Привлек людей из других стран, «полезных идиотов», которые служили интересам Советского Союза, разных коминтерновцев. Сталин заставил этих людей действовать против своих стран.

Чем занимались румынские коминтерновцы в Москве? Они говорили, что Румыния – империя, которая захватила территории других стран, что нужно все возвращать народу и так далее. То есть эти люди выступали против своих собственных стран и готовились к захвату власти в них.

Конечно, вначале Сталин ждал мировую войну. Поэтому он готовился, модернизировал Советский Союз, потом приобщил Запад. Запад модернизировал Советский Союз, целенаправленно готовил его, создал советскую промышленность. Потом Сталин разогнал всех западников.

Пятигорск, как мы знаем, строился немцами, англичанами, американцами. Потом в 1937 году Сталин сказал: «Все, идите домой. Это наш промышленный комплекс». Но он каким-то образом перевел советскую экономику на военные рельсы и приблизился к западному миру, чтобы вести борьбу за мировое господство. И вот появляется возможность – Вторая мировая война, которую Сталин готовил. 

Как нам Суворов говорил, все было подготовлено для того, чтобы немцы с французами убивали друг друга, а Сталин захватил бы всю Европу, потом и весь мир.

• Речь о Викторе Суворове – литературном псевдониме бывшего советского разведчика Владимира Резуна, автора книги «Ледокол». Он утверждал, что Сталин готовил наступательную войну против Германии и рассчитывал воспользоваться конфликтом европейских стран. 

И Сталин к этому моменту готовился. Почему? Потому что на момент начала Второй мировой войны по военному потенциалу Сталин превосходил Германию человеческим ресурсом: в танках, в авиации, во всем.

Поэтому он является примером для россиян и вдохновителем Путина. Поэтому его не осуждают, его восхваляют. Потому что Сталин дал Советскому Союзу мировое господство и оставил россиян с ностальгией по тому времени, когда Советский Союз контролировал Европу до Берлина, а определенное время – даже Китай, Азию и другие территории. Это был пик. 

1948-1949 года – пик советского влияния во всем мире. Он контролировал все от Берлина до Пекина. Это даже больше, чем империя Чингисхана, — добавил историк.

Такая ностальгия, по мнению Михаила Сиркели, влияет и на то, какую цену общество готово платить за внешнеполитические амбиции власти. Поэтому представления о прошлом имеют вполне конкретные последствия для настоящего. 

— Когда ты это слышишь, понимаешь, что российский обыватель сегодня ностальгирует именно по этой империи. Очень часто слышишь: «Мы хотим, чтобы нас боялись, как прежде. Боится – значит, уважает». И без разницы, что деньги не вкладываются в развитие России. Их не волнует, что деньги уходят на войну, не волнует, что население, по большому счету, бедное. Они хотят этого величия.

Это очень большая проблема не только России, это большая проблема соседей России.

Но стремление восстановить прежнее влияние сталкивается с изменившейся политической картой. По мнению Цыку, сегодня Москва не располагает всеми теми возможностями, на которые опирался Советский Союз, – и это существенно для понимания целей российской агрессии. 

— И вот как раз во всем этом расчете не хватает Украины.

Украина – это серое вещество, это мозг империи. Это территория, которая стратегически располагает Россию к развертыванию войны против Запада наряду с Беларусью, к созданию единства славянского блока.

И как раз Украины не хватает Путину. Поэтому он развязал войну: он понимает, что ему не хватает украинских фронтов, как это было во Второй мировой войне.

Был ли у Сталина план коммунизации Европы?

— Есть большой вопрос: когда Сталин начал думать о коммунизации, хотел ли он каким-то образом коммунизировать Центральную и Восточную Европу? Как он это рассматривал? 

Полемика об этом очень насыщенная. Есть обширная историография, согласно которой у него не было такого плана. Но мы понимаем, что этот план существовал еще со времен большевистской революции.

Этот план был, но когда он проявился в контексте Второй мировой войны? Конечно, уже на Тегеранской встрече можно было видеть, что Советский Союз размышляет в понятиях сфер влияния. Тогда дали понять и американцам, и англичанам, что будут сферы влияния: мол, идеология идеологией, но давай каждому свой кусок. Как и Путин сейчас хочет свою сферу влияния.

У Советского Союза на тот момент уже была победа в Сталинграде, уже были такая энергия, такой энтузиазм. Именно тогда, между ноябрем 1943-го и январем 1944-го, у Сталина появляется план.

Милован Джилас, известный коммунист-диссидент, поначалу дружил со Сталиным, дружил с Тито, но впоследствии оказался в оппозиции к Тито. Тито, конечно, его не убил. Джилас написал заметки о встречах со Сталиным. На одной из этих встреч Сталин сказал ему: тот, кто оккупирует, освобождает территорию, навязывает ей свой режим.

• Милован Джилас – югославский политик и один из руководителей коммунистической партии страны. Позднее он выступил с критикой партийного руководства и описал свои встречи со Сталиным в книге «Беседы со Сталиным». 
  Иосип Броз Тито – лидер югославских партизан во время Второй мировой войны, впоследствии глава Югославии. В 1948 году его отношения со Сталиным привели к разрыву между двумя государствами. 

Тогда было понятно, что у Сталина и у советских руководителей возникли два противоречия. Первое из них – как не допустить, чтобы Запад опять через эту территорию атаковал Советский Союз. Как обезопасить эти территории? 

Это так называемый степной синдром дипломатии: иметь на своей границе территории, которые можно контролировать. А как их контролировать? Нужно установить там дружественные режимы.

• Во-первых, у нас есть свои коминтерновцы.
• Во-вторых, мы начинаем вербовать военнопленных. 
• В-третьих, готовим на местах лояльные нам силы. 

Через Коминтерн, через военнопленных, через свои посольства они на протяжении межвоенного периода и во время Второй мировой войны присматривались к людям, на которых можно было бы опереться.

Конечно, ударной силой были коммунистические партии. Но у Сталина были проблемы: 

• в Польше ее вообще не было, 
• в Румынии в ней состояла тысяча человек, 
• в Венгрии ее также не было. 

Более или менее влиятельной коммунистическая партия была в Чехословакии. Это была парламентская партия, обычно она имела около 10% мест в парламенте. Чехословакия была промышленной страной, там было много рабочих.

То есть приходилось импровизировать. Но, конечно, все это делалось под прикрытием.

И тут важно отметить, что даже там, где коммунистические партии были, они были непопулярны, но Сталин думал, и, конечно, расчет был сделан на то, что оккупационный режим поможет.

Почему установление советского контроля шло по разным сценариям?

Однако опора на военное присутствие не означала, что Москва могла действовать везде одинаково. Возможности для установления подконтрольной власти зависели от положения каждой страны к концу войны. По словам Октавиана Цыку, значение имели и отношения с союзниками, и существующие правительства, и силы, которые внутри страны претендовали на руководство ею. 

— Первый коммунистический режим установился уже в январе 1944 года в Люблине, в Польше. Это первое правительство. 

Сталин нашел на территории Польши и в Советском Союзе поляков, которые согласились. Но это правительство должно было координировать свои действия с правительством в изгнании, потому что у Польши было правительство в Великобритании. Такое же правительство было у Чехословакии. 

С другими странами у Советского Союза было меньше проблем, потому что балтийские страны оккупировали сразу же в контексте Второй мировой войны, и Сталин как бы восстанавливал границы июня 1941 года. Так же, как и в случае с Молдавской ССР. То есть для них это было освобождение и присоединение к Советскому Союзу.

Что делать с другими странами? Для Сталина проблема была легче, потому что это были враждебные Советскому Союзу государства. И Венгрия, и Словакия, и Румыния, и Болгария воевали в гитлеровской коалиции. Они были врагами. То есть, разбив Румынию, Венгрию и Болгарию в войне, можно было навязать им оккупационный режим. 

Как мы знаем, этот же режим был установлен в Австрии, но для нее была другая развязка. 

Что делать с Югославией, Сталин знал, потому что связи с Тито были постоянными. Советский Союз не помогал Югославии – это еще один миф, который нужно развеять. Больше всего коммунистам в Югославии помогали британская армия и Великобритания. Они помогали оружием во Второй мировой войне.

Во Второй мировой войне Сталин поддакивал. Даже когда речь шла о разделе Европы в октябре 1944 года он одернул югославских коммунистов: не коммунизировать Албанию и Грецию, вообще не ввязываться в Грецию, потому что была договоренность с Великобританией.

А в Югославии большую роль играли партизаны. Там была огромная армия. Тито сделал то, что никто не смог: объединил Югославию вокруг борьбы за независимость страны. Причем он сам был хорвато-словенцем. Столица была в Белграде. Большинство боевых действий было в Боснии. Он сумел сплотить и сербов, и хорватов, и словенцев, и босняков в одно целое.

Конечно, коммунизм и марксистско-ленинская теория были тем, что связало все это воедино. Но они освободили себя сами. Советский Союз помог чуть-чуть в освобождении Белграда.

Но Сталин сказал, что это вообще заслуга Советского Союза. Это и обидело Тито впоследствии, поэтому разрыв произошел в 1948 году.

Раздел Европы: от договоренностей союзников к закреплению власти

Упомянутые ограничения для югославских коммунистов показывают, что поддержка идеологических союзников зависела от более широких интересов Москвы. По мнению Октавиана Цыку, судьбы стран региона необходимо рассматривать и через договоренности великих держав: по мере приближения конца войны всё острее становился вопрос о том, кто будет определять послевоенный порядок. 

— 9 октября 1944 года Сталин встретился с Черчиллем в Москве. Они заговорили о процентном разделе Европы. 

На клочке бумаги Черчилль написал, как, по его мнению, нужно разделить влияние в Европе. Помним, что Румыния уже была оккупирована, Болгария тоже, а Югославия подконтрольна.

И тогда он написал: 90% советского контроля над Румынией и 10% – западных держав. 

В ответ – 90% влияния Запада в Греции и 10% Советского Союза.

Причем Сталин настолько поверил в эту бумажку, что сдержал слово. Коммунисты в Греции могли захватить власть даже без помощи Тито, но Сталин оставил их на произвол судьбы, потому что договорился с англичанами. И Трумэн уже ввел свою доктрину в Греции, разбил коммунистов. Но, чтобы вы понимали, в Греции коммунисты до сих пор популярны как политическая партия. Сталин даже Тито сказал: «Не вмешивайся, все, тут договоренность».

Потом: 

• Болгария – 75 на 25 в пользу Советского Союза, 
• Венгрия и Югославия – 50 на 50.

Что означает этот договор? Добровольна ли эта сдача Восточной Европы? Черчилль, конечно, понимал, что военная оккупация определяет положение этих территорий. Тогда почему он хотел спасти Грецию и каким-то образом договориться 50 на 50 по Венгрии и Югославии?

Но в конечном итоге исход войны был предопределен советской оккупацией. Так и в Украине сейчас очень трудно что-либо осмыслить: пока Россия не будет разбита в войне, трудно сказать, что будет с этими территориями. Они оккупированы. Как будет действовать Россия дальше, мы не знаем, но мы знаем, что Сталин сделал дальше.

Прежде всего, под прикрытием советской оккупации, по мере продвижения советских войск, происходила очистка территории от нелояльных Советскому Союзу элементов. 

Это СМЕРШ – «Смерть шпионам». Отдельное подразделение НКВД. Чем оно занималось? 

• Первым делом они загоняли солдат на первую линию. Тех, кто боялся, не хотел идти в атаку, просто убивали. Есть много подтверждений того, как солдат убивали просто потому что те не хотели идти на войну.
• Во-вторых, они очищали территорию от коллаборационистов или других элементов – как это было в Молдавии, в Бессарабии, в Румынии и других странах.
• В-третьих, они вербовали людей. Выводили из тюрем коммунистов, лояльных себе людей, ставили их в разные правительства, договаривались с правительствами в изгнании. 

С поляками не договорились, хотя переговоры шли через англичан и американцев: должны были быть выборы. Венгрию и Румынию просто оккупировали.

Военнопленных, как мы видели, использовали для коммунизации этих стран. И у Советского Союза оставалась лишь одна большая проблема – это так называемая легитимизация оккупации.

Зачем Сталину была нужна видимость свободных выборов?

Военное присутствие и лояльные кадры давали Москве возможность влиять на новую власть, но оставался вопрос о том, на каком основании эта власть будет признана законной. По словам Октавиана Цыку, договорённости с западными союзниками обязывали Сталина учитывать право самих обществ определять свое будущее. Именно здесь советские планы сталкивались с обязательствами, которые Москва взяла на себя.

— По Ялтинскому договору февраля 1945 года американцы и англичане привязали якорь к советским планам. Этот якорь назывался «Декларация об освобожденной Европе».

• Ялтинская конференция – встреча руководителей СССР, США и Великобритании Иосифа Сталина, Франклина Рузвельта и Уинстона Черчилля в феврале 1945 года. «Декларация об освобожденной Европе» была частью принятых там договоренностей. Союзники заявили, что жители освобожденных стран должны получить возможность сформировать правительства по своему выбору через свободные выборы. 

В этой декларации Сталин подписался под тем, что временная военная оккупация не создает предпосылок для изменения политических режимов. То есть предусматривалось, что в этих странах должны пройти выборы. 

И тут нужно отметить, что в некоторых странах выборы все-таки прошли и коммунистические партии не получили большинства. Сталин понял, что играть в это не хочет: он их просто оккупирует, но все равно он придерживался идеи свободных выборов.

И, кстати, это очень интересно: почему Сталину было важно показать, что это демократические выборы, что они происходят? Конечно, там были массовые избиения того, что мы называем демократией или свободным выбором, потому что оппозицию истребляли.

Коммунистические партии, СМЕРШ и советские войска – всеми способами пытались запугать этих людей. Но были и те, кто добровольно пошел на сотрудничество с советским режимом, потому что понял: появилась возможность проявить себя.

Вот представьте себе: 23 августа 1944 года в Румынии была тысяча коммунистов, а в 1947-м – 750 тысяч. Откуда взялись 750 тысяч?

Я вам скажу одну интересную вещь. Очень много легионеров «Железной гвардии» стали коммунистами. Они хотели как-то спасти себя. Очистка была намного позже. И эти люди, которых завербовали, поняли, что появилась возможность подстроиться под советский режим.

Но все-таки Советский Союз сохранял какую-то видимость демократических преобразований. Был даже такой случай с правительством Эдварда Бенеша. 

Оно было единственным правительством в изгнании, которое признал Советский Союз. Эдвард Бенеш прилетел прямо из Лондона в Москву, договорился со Сталиным. Сталин доверял коммунистам в Чехословакии. Говорили, что Чехословакия может стать моделью того, как создать в Восточной Европе дружественную братскую коммунистическую страну.

Вначале Чехословакии даже позволили участвовать в плане Маршалла. Но когда поняли, что это плохо кончится, убрали всех и в феврале 1948 года совершили переворот и установили коммунистическую власть.

«Стратегия салями»: как коммунисты добивались единоличной власти?

— Польша была самой большой проблемой, — рассказывает историк, — потому что Польша была союзником. У Польши было правительство в изгнании, Миколайчик находился в Лондоне. Нужно было проводить выборы. Миколайчик сознательно приехал в Польшу, участвовал в выборах. Но выборы были такими, что покалечили всю оппозицию. И в конечном итоге применили то, что мы в одной из передач назвали «стратегией салями».

• Станислав Миколайчик – польский политик и бывший глава польского правительства в изгнании. После войны он вернулся из Лондона, вошёл во временное правительство и возглавил оппозиционную Польскую крестьянскую партию. Парламентские выборы состоялись в 1947 году в обстановке давления на оппозицию и фальсификаций. 

То есть вначале коммунисты были настолько слабыми, что им нужно было создать большой, обширный альянс – как Демократический блок в Румынии или народные фронты в разных странах. Они создали широкий антифашистский блок вместе с другими партиями. Обычно там были исторические партии, но также Frontul Plugarilor, например, социал-демократическая партия или партия мелких собственников и фермеров в Венгрии.

Советский Союз по-разному строил стратегию в отношении этих альянсов:

• В одних странах ему было удобно действовать, потому что они были оккупированы. 
• В других приходилось проявлять больше сдержанности, особенно до подписания мирных договоров в феврале 1947 года. 

До февраля 1947 года Советский Союз сохранял видимость того, что будут демократические выборы и так далее.

В Румынии им очень быстро помогло то, что коммунисты сразу вошли в Демократический блок. Петру Гроза не был лидером коммунистов: он представлял Frontul Plugarilor. Он пришел как бы со стороны, но был близок к коммунизму и к Советскому Союзу. Его поставили во главе правительства 6 марта 1945 года – это был один из первых коммунистических режимов.

В правительстве было несколько либеральных и царанистских министров, но ключевые министерства — обороны, юстиции, внутренних дел — находились у коммунистов. Это помогло разгромить оппозицию, а затем с помощью «стратегии салями» постепенно убрать из блока тех, кто был им неудобен. К этому времени коммунистическая партия стала главной действующей силой и насчитывала почти миллион членов.

Так было и в других странах Восточной Европы: через демократические выборы оформить свое присутствие на этих территориях.

То есть мы видим несколько сценариев установления коммунистической власти в Восточной Европе: 

• Первый – прямая оккупация, как в Бессарабии и балтийских государствах. 
• Второй – «тактика салями» там, где коммунистические партии были слабыми и входили в большие альянсы с другими антифашистскими силами. 

Под предлогом осуждения как нацистов и фашистов убивали лидеров демократических партий. Потом разгромили и сами партии, которые не вызывали у них доверия. Это было в Болгарии, Румынии и Венгрии.

• «Стратегия (или тактика) салями» — это метод достижения большой, сложной цели через серию мелких, почти незаметных шагов. Название появилось по аналогии с палкой колбасы салями: ее трудно съесть целиком за раз, но если резать ее тонкими ломтиками, то постепенно можно осилить всю целиком. Этот термин ввел в обиход венгерский политик Матьяш Ракоши в конце 1940-х годов для описания того, как коммунистическая партия постепенно уничтожала политических оппозицию «ломтик за ломтиком».

В Чехословакии была промежуточная модель. Сначала правительство в изгнании договорилось со Сталиным, потом Сталин сказал: «Хватит импровизации!» – и просто разгромил все и в 1948 году установил коммунизм.

Совсем отличительной была модель Югославии, потому что там Тито установил свой собственный режим. Тито вначале дружил со Сталиным, хотя, как я и говорил, Сталин больше говорил, чем помогал.

Но, когда Сталин возомнил себя освободителем Югославии, это ударило по самолюбию югославского партизанского движения. Более того, Сталин навязал своих советников и так далее. В 1948 году произошел раскол. Тито просто сказал: «Убирайтесь».

И тут началась титоизация Восточной Европы. Кстати, борьба с титоизмом дала Сталину дополнительный рычаг, чтобы подавить любые формы национального коммунизма. То есть 1948 год – это полный контроль Сталина над Восточной Европой и в то же время первый раскол коммунистического блока.

Это обнадежило, потому что Запад уже как-то боролся с Советским Союзом. Борьба шла и в Западной Европе: коммунисты были сильны в Италии, были сильны во Франции.

И тут американцам и британцам пришлось серьезно участвовать, чтобы каким-то образом решить эту проблему.

Разделенная Германия: что ограничило советскую экспансию?

По мнению Октавиана Цыку, судьба Германии особенно ясно показывает соотношение советских амбиций и реальных возможностей. Здесь решалось, где пройдет граница влияния СССР в послевоенной Европе.

— Окончательным плацдармом для контроля над Центральной Европой стало оформление ГДР. Это отдельная, совсем исключительная модель. Она где-то похожа на Молдову и Румынию.

То есть оторвали кусок от целой Германии, оторвали кусок от целой Румынии и создали плацдарм. Правда, ФРГ оказалась в свободном мире.

Нам не повезло, что Румыния тоже оказалась в коммунистическом мире, была оккупирована, создала коммунистическую партию. И 50 лет Румыния ничем не могла нам помочь. ФРГ помогла ГДР.

Но до того момента у Сталина появилась головная боль: ему нужно было придумать новое государство, создать новый конструкт. Для Сталина это был неприятный момент, потому что он еще в Тегеране думал, что сможет коммунизировать всю Германию, что ему каким-то образом удастся сделать это с помощью мощи своей армии. 

У Советского Союза было 5 млн солдат, ни у одной страны не было такого потенциала.

Что сдержало Советский Союз? Ядерная бомба, которую Трумэн использовал против Японии. Это настолько напугало Советский Союз… Даже во время Берлинского кризиса американцы имитировали концентрацию ядерных боеголовок в Англии, и это напугало Советский Союз.

Иначе произошла бы полная коммунизация Европы, включая всю Германию, Италию, Францию — как они считали, до Атлантического океана. То есть такая постепенная, ползучая коммунизация, как способ российского, советского влияния на западный мир, на Европу. Вот к чему стремится Путин. Это нужно понять.

Раскол Германии привел к тому, что 50 лет здесь проходила линия противостояния. Сталин создал коммунистический режим в Германии. Там находилась советская армия, которая оккупировала ГДР. Это был дружественный Советскому Союзу трофей, который использовался. Это была витрина борьбы, потому что противостояние ГДР и ФРГ – это противостояние Запада и Востока.

И эта страна была гарантом того, что Советский Союз контролирует Центральную Европу и вообще европейский континент. Это очень важно понять, потому что с выводом советских войск из ГДР и с договоренностью на Мальте относительно объединения практически начинается развал советского влияния – сначала в Восточной Европе, а потом и самого Советского Союза. 

Советская империя была ползучей, но распад этой империи начинается с периферии.

НАТО, США и Украина: на чём держится безопасность Европы?

— Ну, тут важно, наверное, проговорить еще один момент, который не позволил Сталину и Советскому Союзу впоследствии распространить свое влияние настолько, насколько он хотел, на Западную Европу – на Западную Германию, Францию. Это элемент, связанный с НАТО, созданный в 1948 году как зонтик, который защищал от военного вторжения.

Для Октавиана Цыку значение этой системы шире собственно военной защиты. По его мнению, участие США помогло создать условия, в которых западноевропейские государства могли выстраивать общее будущее.

— Нет, я бы даже сказал по-другому, Михаил, потому что многие сомневаются в Соединенных Штатах.

Прежде всего это была страна-победительница, которая задумала, — ну вначале американцы, конечно, — вместе с западными союзниками создание этого блока, который предопределил предпосылки создания Европейского Союза. По такой цепочке можно понять, насколько огромна роль Соединенных Штатов.

И то, что я понял во время этого визита, — уже буду говорить напрямую, — мой визит в Америку, в Atlantic Council (аналитический центр при НАТО — прим. nokta). Кстати, этот совет был создан для поддержания трансатлантического сотрудничества. Американцы подтвердили, что не отходят от своих целей, которые были еще во время холодной войны, в 1940-е годы.

То есть это продолжается, несмотря ни на что, потому что в этом сущность контроля западной цивилизации над мировой системой. Если это рухнет, будет плохо. Это плохо кончится вообще для мира, — заключил историк.

— Я почему затронул эту тему? Чтобы вернуться к конструкту, который выстраивает Путин. Мы долго слышали от него идею многополярного мира, не двухполярного, то есть не возвращения к двум полюсам, понятное дело, он говорил это в контексте того, что набирает силу Китай и так далее.

• «Многополярный мир» – представление о международной системе, в которой влияние распределено между несколькими крупными державами или центрами силы. «Двухполярным» называют устройство, при котором главную роль играют два соперничающих центра; во время холодной войны ими были СССР и США. 

Но самая главная цель, с моей точки зрения, – вообще вытеснить НАТО из Европы. Он понимал, что Советский Союз не мог установить контроль над всей Европой по той простой причине, что там было НАТО, которое его не пускало.

Отсутствие НАТО оставляет эти страны один на один с Россией. Мы прекрасно видим, как Россия вмешивается в выборы. Мы видим, как Россия поддерживает различные политические партии. Задача России – оставить Европу обнаженной перед российской угрозой и разделенной.

Если бы Украина, не дай бог, не выстояла и не держалась столько, это позволило бы Путину завершить то, что планировал Сталин: не только вернуть влияние в тех границах, которые были у Сталина, но и распространить его дальше, до Атлантического океана.

В таком понимании ослабление существующих союзов не устраняет борьбу за влияние. По мнению Цыку, оно меняет соотношение сил, поэтому вопрос о внешнеполитическом выборе имеет непосредственное значение и для Молдовы.

— Конечно, конечно. Потому что в международных отношениях нет суммы ноль. Если какую-то территорию оставляют, ее сразу занимают. И тут постоянная борьба. Так и будет в дальнейшем. И нам нужно понять, на чьей мы стороне.

При этом, по оценке Сиркели, уверенность Кремля в своих возможностях опиралась на связи, которые годами складывались внутри самой Европы. Но наличие таких связей еще не означало, что весь дальнейший ход событий будет соответствовать российским расчётам.

— Да, безусловно. И в этом контексте мы возвращаемся к тому, с чего начали. Путин вроде как все просчитал. У него все было на мази с Германией, с бизнесом: «Северный поток — 1», «Северный поток — 2».

С Австрией. С Италией все на мази: концерн ENI, покойный Берлускони и так далее. Не говоря уже о том, что бывший канцлер Германии был у него в кармане. Мы говорим о Герхарде Шрёдере. Единственное, чего Путин не учел, — стойкость Украины и украинского народа.

И в этом же контексте, опять же возвращаясь, — это я со своей стороны делаю такое резюме, — если бы все это произошло после Первой мировой войны, если бы сформировалось украинское национальное государство, то это, вполне возможно, могло бы избавить Европу от большого количества бед, которые потом пришли, — подытоживает ведущий.

Поэтому значение украинской независимости, по мнению историка, следует оценивать и за пределами нынешних боевых действий. От того, какой Украина выйдет из войны, зависят условия, в которых дальше будут жить ее соседи.

— Получается, как говорил Бжезинский, без Украины Россия – не империя. Но без Украины и Европа может быть не Европой, да.

Это нужно понять. Нужно стойко держаться за победу Украины в этой войне и за ее восстановление. Сильная, мощная Украина – это помощь и нам, и Румынии, и Центральной Европе, и всей Европе. И я очень рад, что мы сейчас осознаем это внутри Республики Молдова.

Для Сиркели в этом и состоит практический смысл обращения к истории: увидеть связь между судьбой отдельной страны и безопасностью целого региона. Опыт прошлого помогает понять, что именно поставлено на карту сегодня.

— Да, я надеюсь, что людей, осознающих это, будет все больше и больше. И тут важно подчеркнуть еще один момент. Вы сказали, что не бывает в политике игры с нулевой суммой: если кто-то что-то теряет, другой приобретает.

И в данном случае мы видим, как Россия, большевистская Россия, приобрела Украину в качестве трофея в начале 1920-х и использовала дальше ее потенциал. Сейчас вопрос: на чьей стороне будет этот потенциал? Он будет либо на стороне России, либо на стороне Запада.

Мы понимаем, что там огромный потенциал, учитывая то, как ведется война и все остальное. Важно эти вещи понимать. Наша задача – разъяснять все это с отсылкой к историческим событиям.

Полный выпуск Nokta History: 

Больше исторических разборов с Октавианом Цыку в рубрике Nokta History

nokta