Парламент Молдовы упростил правила объединения сёл — меньше бумаг и раньше деньги

Власти Молдовы продолжают упрощать правила объединения сёл. 24 апреля парламент принял во втором чтении законопроект, снимающий бюрократические барьеры на пути добровольного слияния небольших населенных пунктов. Поправки ко второму чтению в основном технические — но одна из них имеет прямой финансовый эффект: сёла смогут получить деньги на развитие почти на год раньше, чем планировалось. Разберём, что предлагали депутаты и другие участники процесса, чьи поправки приняли, а чьи — нет.

Что случилось?

Законопроект парламент рассмотрел в первом чтении 9 апреля. Глава Государственной канцелярии Алексей Бузу тогда объяснил: документ — прямой ответ на запросы самих мэров и советников, с которыми правительство встречалось три последних месяца. Ко второму чтению, 24 апреля, проект представила вице-председатель Комиссии госуправления и регионального развития, депутат от PAS Лариса Волох.

Ситуация такова: в Молдове 892 мэрии, почти в каждом селе — своя. Большинство тратит 80–90% своих доходов только на зарплаты сотрудников. На дороги, воду, освещение и школы денег не остаётся. Закон не обязывает сёла объединяться — он лишь помогает тем, кто решит сделать это добровольно, а в итоге более крупные мэрии смогут привлечь больше денег и стать сильнее. 

• В тексте часто встречается аббревиатура АТЕ — административно-территориальная единица (на румынском UAT). Именно так официально называется населённый пункт, который возникнет в результате объединения нескольких сёл. Анализ поправок основан на сводке предложений, рассмотренных парламентской комиссией, и выступлениях депутатов на пленарном заседании.

Что меняет законопроект?

До сих пор процедура добровольного объединения была избыточно громоздкой: большой пакет документов, включая детальный экономический анализ. Теперь достаточно краткого обоснования и списка участвующих сёл. Кроме того, убрали три барьера:

• Лимит расстояния в 25 км между сёлами отменили — реальные расстояния в Молдове и без того укладывались в эту норму, а формальное правило создавало лишние препятствия.
• Выбор административного центра теперь можно сделать по общему согласию, не следуя строго установленным критериям. А название объединённого населённого пункта больше не обязано совпадать с названием центра — сёла вправе предложить парламенту любое другое.
• Порог голосования в местном совете снизили: раньше за объединение должны были проголосовать две трети советников, теперь достаточно простого большинства.

Что уточнили ко второму чтению

1. Кто именно предлагает название АТЕ

В первом чтении любое новое название могли предложить просто «объединившиеся АТЕ» — это было расплывчатой формулировкой. Согласно поправке Ларисы Волох, это право закрепили за местными советами, как того требует действующий регламент наименований. Само право выбрать другое название никуда не делось.

2. Определение центра по консенсусу

Выбрать административный центр в обход стандартных критериев можно, только если все участвующие советы подтвердят это согласованным решением. Гибкость сохраняется, произвол исключается.

3. Ссылки на конкретные статьи закона

Редакционная правка, но важная: в документах об объединении теперь нужно ссылаться конкретно на статьи 5 и 6 закона об амальгамировании, а не расплывчато на «закон и методологию». Формулировка стала однозначной.

4. Присоединение к уже существующей АТЕ (aderare)

Это самая заметная структурная поправка.

До сих пор закон описывал только одну ситуацию: несколько самостоятельных сёл объединяются впервые. Но что делать, если отдельное село хочет примкнуть к уже существующей объединённой единице — в законе этого прописано не было.

В 2025 году в Молдове завершились первые два объединения — Леова (с тремя соседними сёлами) и коммуна Кэлинешть. По итогам консультаций выяснилось, что несколько соседних сёл хотели бы присоединиться именно к этим двум единицам, а не создавать новые. Юридически ситуация зависала в воздухе.

Теперь правила распространяются и на такие случаи присоединения. Если, например, соседнее с Леова село решит влиться в уже существующую АТЕ до 2027 года — весь процесс пройдёт по тем же упрощённым правилам, что и первичные слияния.

5. Деньги — раньше, чем ждали

Это единственная поправка с прямым финансовым эффектом, и она требует небольшого объяснения.

Закон о добровольном объединении предусматривает стимул для объединяющихся сёл: 3 000 леев на каждого жителя — целевой трансферт на инфраструктуру: дороги, водоснабжение, освещение. При этом юридически новая АТЕ возникает только в день следующих местных выборов — то есть в 2027 году. Прежняя схема выплаты была привязана именно к этому моменту.

Проблема вот в чём. Закон о внесении изменений в реестр АТЕ — то есть документ, который официально «создаёт» новый населённый пункт на бумаге, — парламент примет и опубликует уже в 2026 году. Но без поправки этот финансовый стимул всё равно пришлось бы ждать до выборов 2027 года.

Поправка распутывает этот узел: деньги выплатят сразу после публикации закона о создании новой АТЕ — не дожидаясь выборов. Сёла смогут начать реальные проекты примерно на год раньше.

Поправку предложили сразу двое: Лариса Волох (PAS) и Лилиана Якони («Альтернатива») — каждая в своей редакции. Комиссия взяла за основу формулировку Волох. Редакцию Якони, где выплата привязывалась к «следующему бюджетному году», отклонили: она создавала неопределённость — год с какого момента? Итоговая точка отсчёта ясна: дата публикации закона о создании новой АТЕ в Официальном мониторе.

Что отклонили и почему

1. Сохранить порог 2/3 в совете

Юридическое управление парламента, Конгресс местных властей (CALM) и депутат Валентина Мешина (Democrația Acasă) — независимо друг от друга — предложили не снижать кворум и оставить прежнее требование двух третей при голосовании за объединение сел в местном совете. CALM апеллировал к Европейской хартии местного самоуправления: изменение территориальных границ требует широкого консенсуса. Юридическое управление напомнило, что норму 2/3 специально ввели в 2023 году — менять её снова через полтора года значит подрывать стабильность законодательства.

Комиссия объяснила свою позицию так: высокий порог был оправдан ровно до тех пор, пока голосование «за» объединение автоматически запускало досрочные выборы и прерывало мандат советников. Теперь этого нет — все доработают до 2027 года. Прежний барьер лишился основания и превратился в бессмысленное препятствие.

2. Лишить права выбирать название

CALM и юридическое управление парламента предлагали полностью исключить норму о свободном выборе названия. Их довод: по действующему закону о территориальной организации коммуна автоматически получает название того села, где находится её совет. Разрешить называться иначе — значит создать противоречие с этой нормой. CALM добавил и такой аргумент — название не «изобретается», оно вытекает из того, что это за место. 

Комиссия оставила норму по сугубо практическим соображениям. Когда сёла объединяются, каждое как населённый пункт остаётся на карте со своим названием. Но коммуна как юридическая единица по старому правилу получала название того села, где заседал совет. Жители остальных сел воспринимали это как поглощение: «нас переименовывают». Именно этот «страх» чаще всего тормозил переговоры о слиянии на консультациях с мэрами. Новая норма позволяет такой выход: вместо того чтобы спорить, чьё название «победит», сёла могут договориться и предложить парламенту нейтральное общее — такое, которое не принадлежит ни одному из них. В Эстонии такая практика уже работает. Комиссия расценила её как важный психологический стимул.

3. Сделать референдум обязательным

CALM предложил закрепить в законе: если избирательное законодательство позволяет — при объединении проводится местный референдум, и его результаты обязательны для всех участников процесса. Аргументировал конгресс это тем, что нынешние публичные консультации формальны, а у граждан должен быть реальный голос.

Комиссия ответила тремя доводами:

• Европейская хартия говорит о необходимости «консультации» и добавляет «в том числе через референдум, если закон это позволяет» — то есть референдум один из вариантов, а не обязательный инструмент;
• Конституционный суд Молдовы подтвердил, что при территориальной реорганизации референдум не обязателен;
• действующий закон о прозрачности уже предусматривает конкретные механизмы публичных консультаций, а мэрии сами вправе решать, прибегать ли к референдуму.

4. Сохранить обязательное экономическое обоснование

CALM и депутат Мешина настаивали: пакет документов для объединения должен включать экономический анализ объединяющихся сёл — без него невозможно оценить жизнеспособность будущей АТЕ.

Комиссия опиралась на опыт первых двух объединений — Леова и Кэлинешть. Обнаружилось, что экономическая характеристика дублировала стратегию развития, которую рабочие группы и так готовили. Главный принцип инициативы: сёла имеют право объединяться вне зависимости от своей финансовой ситуации — именно для того, чтобы вместе стать сильнее. Экономический анализ не запрещают делать, но исключили из обязательного пакета.

5. Автоматически ввести должность вице-мэра

Депутат Лилиана Якони («Альтернатива») предложила закрепить в законе норму о том, чтобы в каждом присоединившемся селе автоматически вводить должность вице-мэра. Её аргумент — жители сёл, лишившихся собственного совета, должны иметь гарантированного представителя.

Комиссия объяснила, почему это невозможно: решение об учреждении должности вице-мэра — исключительное право конкретного совета, а не автоматическая норма закона. Введение должности сверху нарушало бы принцип местной автономии и могло создать финансовые обязательства, не соразмерные реальным ресурсам маленькой мэрии. При этом возможность уже существует: закон о зарплатах в публичном секторе прямо разрешает объединённым АТЕ с населением от 2 700 до 5 000 жителей вводить должности вице-мэров. Кроме того, законопроект предусматривает отдельный механизм представительства: в каждом из объединившихся населённых пунктов появится должность представителя мэра.

Все пять отклоненных поправок объединяет одна логика: авторы законопроекта последовательно выбирали гибкость вместо жёстких барьеров. Раскол между сторонниками и противниками поправок — не технический, а концептуальный: одни видят в снижении требований угрозу демократии на местах, другие убеждены, что прежние требования годами блокировали то, что люди сами хотели сделать.

Второе чтение в парламенте

24 апреля во второй раз законопроект в парламенте обсудили кратко и без особых дебатов, голосование было предсказуемым. У оппозиции возражения, конечно же, были. Отклоненные на слушаниях в комиссии поправки их авторы попытались продвинуть и на самом заседании.  

Заключение Венецианской комиссии: подождать или принять  

Депутатка от ПКРМ Диана Караман первая взяла слово и потребовала дождаться заключения Венецианской комиссии, куда обратились оппозиционные фракции с просьбой оценить законопроект до второго голосования. 

— Госпожа Волох, почему мы не дождёмся заключения Венецианской комиссии? — спросила она. — Речь ведь не только о референдуме. Снижение кворума при изменении территориальных границ — это серьёзный вопрос с точки зрения и Хартии [местного самоуправления], и Конституции. Когда мы консультируемся только с частью сообщества или игнорируем заключение CALM — это фиктивные консультации.

Волох ответила уверенно: закон разрабатывался строго в соответствии с молдавским законодательством, нарушений нет, процедура соблюдена, а международные рекомендации носят консультативный характер.

— Когда мы получим ответ на ваше обращение, мы сможем вернуться к отдельным статьям. Если будут выявлены нарушения — обсудим в комиссии.

Апелляция к Венецианской комиссии — привычный инструмент молдавской оппозиции, когда внутренние аргументы не работают. Расчёт очевиден — PAS строит свою политику на евроинтеграции, и любое указание европейского органа на несоответствие стандартам может создать репутационный дискомфорт. Другое дело, что заключения ВК носят рекомендательный характер и никого ни к чему не обязывают.

Поправки в зале: те же, снова не прошли

Отклонённые комиссией поправки их авторы — Ольга Урсу и Валентина Мешина (обе из «Альтернативы») — вынесли повторно на слушания в парламенте. Это стандартная процедура, но и очевидная тактика: зафиксировать позицию публично, для протокола и медийного эффекта.

Урсу настаивала на двух моментах: вернуть порог 2/3 при голосовании в совете и сохранить критерий близости к географическому центру. Обе поправки набрали по 23 голоса — и не прошли.

Мешина представила поочередно 7 поправок — все об одном и том же: вернуть 2/3, сохранить географические критерии, не отменять экономическое обоснование, ужесточить требования к публичным консультациям. Все 7 отклонили — с результатом от 14 до 19 голосов «за». 

Итоги голосования

Парламент проголосовал следующим образом: 53 депутата «за», 17 «против», 10 воздержались; в зале было — 80 народных избранников. 

Все 53 голоса — PAS. Оппозиция — против: ПСРМ (6), ПКРМ (5), Democrația Acasă (3), Alternativa (2), один независимый. «Наша партия» не голосовала вовсе.

Для сравнения: в первом чтении картина была чуть иной — тогда помимо фракции PAS, «за» проголосовали 5 из Democrația Acasă и 2 из «Альтернативы».

Отметим, этот законопроект — лишь подготовительный этап большой административно-территориальной реформы — ее полный проект власти вынесут на рассмотрение парламента осенью 2026 года.

Шумовая завеса оппозиции 

Крупные оппозиционные фракции — социалисты и коммунисты — в законотворческом процессе практически не участвовали. Ни одной поправки в комиссию, ни одного юридически оформленного предложения. Зато с трибуны, в эфире и в соцсетях — выступают громко и неустанно. Политические лозунги для них явно важнее законов.

Единственное исключение — Мешина и Якони, предложившие поправки ко второму чтению. Но даже это выглядело скорее как фиксация позиции для галочки, а не попытка реально улучшить проект.

Показателен и еще один момент: содержательно позиции оппозиции и Конгресса местных властей (CALM) почти совпадают. Фактически CALM сыграл роль технического рупора — он оформил в юридические формулировки то, что оппозиция транслировала с трибуны. Но этого оказалось недостаточно. Аргументы были не убедительны, а кое-где откровенно противоречили друг другу: одновременно требовать сохранить географический критерий — и убрать все критерии — это не альтернативная концепция, это набор возражений «против». Большинство поправок — одна-две фразы без расчётов, без реальных примеров, без сравнения с опытом других стран. Стратегия «убрать» вместо «предложить взамен» — не законотворчество, а блокирование процесса.

Игорь Додон и Ион Чебан — самые громкие голоса против реформы — трактуют её как «ликвидацию 600 мэрий», называют неконституционной и требуют национального референдума. И никто из них не воспользовался ни одним из доступных и эффективных законодательных инструментов.

Всё это похоже на осознанную тактику: не участвовать, но потом говорить «нас не слышали» — и сохранять возможность оспорить закон в Конституционном суде. 

Читайте также:

• Досрочная пенсия в Молдове: кому положена, какой стаж нужен и почему учеба в вузе не поможет
• В Комрате будут штрафовать за мусор у дома — сколько и за что
• Новые центры вместо тысяч свалок: Молдова создаёт систему переработки отходов и ускоряет изъятие земель под стройку