(ФОТО) Кобасна без «Хиросимы»: что спецслужбы Молдовы рассказали о складе боеприпасов в Приднестровье
Больше двадцати лет склад боеприпасов в селе Кобасна (Колбасна) на левом берегу Днестра описывают почти апокалиптически. Его называли «пороховой бочкой Европы», возможной «второй Хиросимой» и даже утверждали, что взрыв может вызвать землетрясение магнитудой 7,5. Молдавские спецслужбы проверили, что стоит за этими сравнениями и насколько реальная угроза отличается от мифа о региональной катастрофе.
Служба информации и безопасности и Агентство военной информации Министерства обороны собрали в одном исследовании последние доступные данные ОБСЕ, спутниковые снимки, информацию из открытых и закрытых источников, сведения разведки и расчёты военных инженеров. Результатом стал 33-страничный доклад «Кобасна: отделяя миф от реальности».
Его главный вывод: склад остается реальной угрозой для ближайших населенных пунктов, но, по оценке авторов, одновременный взрыв всего арсенала, сопоставимый с применением ядерного оружия, невозможен при реалистичном развитии событий.
Почему спецслужбы занялись Кобасной именно сейчас
Директор СИБ Александру Мустяца объяснил появление доклада тем, что вокруг Кобасны годами нагнетали ужас.
«Более двух десятилетий склад боеприпасов в Кобасне превращали в публичном пространстве в источник страха», — сказал Мустяца на презентации исследования 21 августа.
По его словам, объект представляли как возможную катастрофу регионального масштаба представители приднестровского режима, российские чиновники и некоторые молдавские комментаторы. Авторы доклада решили ответить на эти заявления не очередной политической декларацией, а расчетами.
Непосредственная работа над исследованием заняла три-четыре месяца. Но данные, положенные в его основу, собирались значительно дольше. На пресс-конференции Мустяца объяснил, что два ведомства сначала собрали информацию, затем сопоставили сведения из разных источников, проверили их и передали аналитикам и военным инженерам.
Но смысл исследования не только в расчёте тонн и радиусов поражения. Развенчивая миф о «второй Хиросиме», Кишинёв выбивает один из главных аргументов в защиту российского военного присутствия на левом берегу: будто оно необходимо, чтобы уберечь Кобасну от катастрофы.
Военная разведка Молдовы — что это?
Доклад подготовил не только СИБ. Второй его автор — Агентство военной информации, или AIM, входящее в систему Министерства обороны.
Это отдельная от СИБ спецслужба. СИБ занимается угрозами национальной безопасности в более широком смысле, тогда как военная разведка собирает и анализирует информацию, необходимую для обороны страны и деятельности армии. Агентство возглавляет Раду Кышляну.
Кышляну и представил техническую часть исследования: сколько боеприпасов, по оценке ведомств, осталось в Кобасне, как они размещены и почему весь склад не может взорваться одновременно.
«Риск, связанный со складом в Кобасне, необходимо воспринимать со всей серьёзностью. Однако оценивать его нужно на основе реальных технических характеристик запасов и инфраструктуры, а не сценариев, предполагающих мгновенную и одновременную детонацию всех боеприпасов», — заявил Кышляну.
Это, по сути, и есть главная мысль всего доклада: опасность существует, но её масштаб много лет искажали.
Участие военной разведки позволило привлечь специалистов по боеприпасам, военной инфраструктуре и последствиям взрывов. Инженерные расчёты дополнительно проводили и проверяли сапёры Национальной армии.
Что представляет собой склад в Кобасне
Склад создали ещё советские власти. В нынешнем месте он находится с мая 1949 года и был известен как 1411-й артиллерийский склад.
Во времена СССР сюда свозили боеприпасы, в том числе вывезенные из стран бывшего Варшавского договора. После распада Советского Союза объект перешел под контроль российской 14-й армии.
Сейчас его фактически контролирует Россия, а охраняет Оперативная группа российских войск, незаконно находящаяся на территории Молдовы.
Его общая площадь составляет около 132 гектаров — это примерно 185 футбольных полей. Периметр территории достигает 5 километров. Непосредственно под техническую зону хранения отведено чуть больше одного квадратного километра.
На этой территории находятся 42 отдельных хранилища. Расстояние между ними составляет приблизительно от 80 до 200 метров. Между зданиями расположены земляные валы и другие естественные или искусственные преграды.
Именно эта деталь имеет решающее значение: боеприпасы не сложены одной огромной кучей.
Из 40 тысяч тонн осталось 14 тысяч
В конце советского периода и в 1990-е годы в Кобасне могло находиться более 40 тысяч тонн боеприпасов.
На саммите ОБСЕ в Стамбуле в 1999 году Россия обязалась вывести из Молдовы войска и вооружение. В 2001–2004 годах под наблюдением ОБСЕ из Кобасны вывезли или уничтожили около 22 тысяч тонн боеприпасов.
«После этого процесс был заблокирован российской стороной», — отметил Раду Кышляну.
Последние оценки и посещения ОБСЕ показывали, что в 2006 году на складе оставалось около 20 тысяч тонн. После этого независимых инспекторов на объект больше не допускали.
Нынешняя оценка молдавских спецслужб — около 14 тысяч тонн. Авторы считают, что часть запасов в течение примерно 20 лет использовали во время стрельб, военной подготовки и учений российских войск и местных силовых структур.
«Наш анализ показывает, что примерно за 20 лет часть этих запасов была использована во время подготовки и учений, проводившихся российскими войсками и силовыми структурами сепаратистского режима. Поэтому мы оцениваем нынешний остаток примерно в 14 тысяч тонн боеприпасов», — сказал Кышляну.
Если просто разделить предполагаемые 6000 тонн на 20 лет, получится в среднем около 300 тонн в год. Но это лишь способ представить масштаб. В действительности боеприпасы могли расходоваться неравномерно.
Ведомства утверждают, что наблюдали за военной активностью и сопоставляли данные из нескольких типов источников:
- старых документов ОБСЕ;
- спутниковых снимков;
- открытых источников;
- агентурной информации;
- перехваченных коммуникаций и электронных сигналов.
«Оставшееся количество боеприпасов оценено на основе анализа военной деятельности на левом берегу Днестра на протяжении нескольких лет и источников HUMINT, OSINT, GEOINT и SIGINT», — говорится в докладе.
За сложными сокращениями скрываются довольно понятные методы.
- GEOINT — это изучение спутниковых снимков и изменений на территории объекта.
- OSINT — сведения из открытых публикаций, видеозаписей и документов.
- HUMINT — информация, полученная от людей.
- SIGINT и ELINT — анализ переговоров и других электронных сигналов.
Проблема в том, что закрытая часть этих данных не опубликована. Поэтому цифру 14 тысяч тонн правильнее называть оценкой СИБ и военной разведки, а не результатом некой инвентаризации.
Сколько там снарядов, ракет и патронов?
Точного ответа на вопрос «сколько и чего хранится в Кобасне» в докладе нет.
Авторы не сообщают:
- сколько там артиллерийских снарядов;
- каких они калибров;
- сколько осталось мин, гранат или ракет;
- есть ли авиабомбы и в каком количестве;
- сколько хранится стрелковых патронов;
- как боеприпасы распределены между 42 сооружениями.
В тексте говорится лишь о различных типах боеприпасов, учебном имуществе, сигнальных патронах и логистических элементах. Их общая масса, по оценке авторов, составляет менее 2 тысяч тонн.
В одном из фотоприложений видны штабеля ящиков с маркировкой «5,45 ПС». Вероятнее всего, это упаковка патронов калибра 5,45 миллиметра. Но по фотографии нельзя установить ни общее количество патронов, ни дату съёмки, ни то, соответствует ли содержимое ящиков надписям.
Точной описи у молдавских ведомств нет и составить её без доступа на склад невозможно. Поэтому в докладе приводится лишь оценка общей массы боеприпасов и возможных последствий детонации.
14 тысяч тонн боеприпасов — не 14 тысяч тонн взрывчатки
Когда говорят, что в Кобасне находится 14 тысяч тонн боеприпасов, может возникнуть впечатление, что речь идёт о 14 тысячах тонн взрывчатки. Это не так.
Большую часть массы любого снаряда составляют металлический корпус, взрыватель, стабилизаторы, гильза и упаковка. Взрывается только находящийся внутри заряд.
Например, в обычном артиллерийском снаряде взрывчатое вещество составляет примерно 14–17% общей массы. У авиабомб эта доля может быть выше — около 30–40%.
Молдавские спецслужбы приняли, что в среднем взрывчатка составляет около одной пятой всего запаса Кобасны. То есть из предполагаемых 14 тысяч тонн боеприпасов непосредственно взрывчатым веществом являются около 2 800 тонн. Остальные примерно 11 200 тонн — это металл и другие компоненты.
«Из примерно 14 тысяч тонн, которые там находятся, только около 2 800 тонн, по нашей оценке, составляет собственно взрывчатый заряд. Остальное — металлические корпуса, упаковка, инертные компоненты и учебные боеприпасы без взрывчатого вещества», — сказал глава военной разведки Кышляну.
Проще говоря: если представить 100 кг условных боеприпасов из Кобасны, то, по расчёту авторов, взрываться способны примерно 20 кг их содержимого. Оставшиеся 80 кг сами по себе не являются взрывчаткой.
Но и цифра 2 800 тонн не получена путём пересчёта каждого снаряда. Это расчётная оценка: предполагаемые 14 тысяч тонн умножили на среднюю долю взрывчатого вещества.
Проверить эту оценку можно только после полной инвентаризации: нужно установить виды и количество боеприпасов, а также массу заряда в каждом из них. Пока склад контролируют российские военные и независимого доступа туда нет, получить такие данные невозможно.
Может ли весь склад взорваться одновременно
Даже 2 800 тонн взрывчатки не лежат в одном месте.
Они распределены между 42 хранилищами трёх типов:
- обычными наземными сооружениями;
- полузаглублёнными зданиями;
- подземными бункерами.
Подземные сооружения закрыты бетонными конструкциями и слоем земли. Наземные склады окружены валами. Между зданиями оставлены значительные промежутки.
Смысл этой системы — не допустить, чтобы взрыв в одном помещении мгновенно распространился на соседние.
При пожаре боеприпасы тоже ведут себя неодинаково. Одни могут взорваться сразу, другие — после нагревания, третьи начнут гореть, четвёртые разлетятся и сдетонируют уже после падения.
Поэтому более вероятный сценарий — не один гигантский взрыв, а цепочка событий: пожар, первый взрыв, разлёт боеприпасов, новые очаги огня и повторные детонации в течение нескольких часов или даже дней.
«Боеприпасы в Кобасне не сосредоточены в одном сооружении. Они распределены между 42 отдельными хранилищами на площади более одного квадратного километра, на расстоянии примерно 80–200 метров друг от друга», — подчеркнул Кышляну.
По его словам, такое распределение, разделение инфраструктуры на отсеки и естественный рельеф значительно уменьшают вероятность одновременного взрыва всего комплекса.
Взрывы на крупных складах боеприпасов в Болгарии, Чехии, Украине и России обычно развивались по схожему сценарию: сначала возникал пожар или происходил первый взрыв, за которым следовали повторные детонации, разлет боеприпасов и новые очаги горения.
Взрыв одного хранилища: что показал расчёт
Для расчёта использовали инструмент Организации Объединенных Наций UN SaferGuard. Он помогает приблизительно определить, как ударная волна от заданного количества взрывчатки может воздействовать на людей и здания на разных расстояниях от эпицентра.
Это не точная модель того, как будут развиваться события в Кобасне. Программа рассчитывает условный взрыв на открытой местности. Она не воспроизводит во всех деталях реальные хранилища, расположение боеприпасов внутри них, земляные валы, соседние сооружения и окружающий рельеф. Авторы считают, что бетонные конструкции, насыпи и холмы должны дополнительно ослабить ударную волну, поэтому реальное воздействие может оказаться меньше расчётного.
Для моделирования выбрали тяжёлый, но, по мнению авторов, реалистичный сценарий: взрыв содержимого одного хранилища, а не одновременную детонацию всего комплекса.
Авторы оценивают загрузку одного такого помещения в 300–400 тонн боеприпасов. В расчётном примере они взяли среднюю величину — около 350 тонн. Предполагается, что непосредственно взрывчатого вещества в них содержится примерно 88 тонн.
В модели этот заряд приравняли примерно к 100 тоннам тротила. Это не простое округление 88 до 100: разные взрывчатые вещества могут быть мощнее или слабее тротила, поэтому их воздействие переводят в общий тротиловый эквивалент. Однако в отчёте не указано, какие именно вещества предполагались и как был рассчитан этот коэффициент.
Проще говоря, исследователи задали программе условный взрыв мощностью около 100 тонн тротила и посмотрели, как его воздействие будет меняться по мере удаления от эпицентра.
Расчёт показал:
- на расстоянии около 100–120 метров люди могут получить смертельные травмы;
- в пределах примерно 200–250 м возможно полное разрушение зданий;
- на расстоянии до 400–450 м здания могут получить серьезные повреждения;
- в радиусе примерно 450–500 м у людей, не защищённых укрытиями, ударная волна может вызвать разрыв барабанных перепонок;
- боеприпасы, металлические обломки и фрагменты сооружений могут разлететься на 1,5–2 км;
- на расстоянии 2–3 км ударная волна ещё может выбить стёкла.
Эти расстояния не следует воспринимать как четкие границы, по одну сторону которых всё будет разрушено, а по другую — совершенно безопасно. Последствия зависят от направления ударной волны, типа зданий, рельефа, укрытий и расположения людей.
Особенно важна возможная дальность разлета боеприпасов и обломков. Даже если ударная волна не разрушит ближайшее село, выброшенный взрывом снаряд или крупный металлический фрагмент может убить человека, пробить крышу либо вызвать новый пожар.
На карте вероятность рассчитанных последствий оценена в 75–90%. По-видимому, авторы считают такой результат наиболее вероятным при выбранном ими сценарии взрыва одного хранилища. При этом в докладе отдельно не поясняется, как была рассчитана эта вероятность и что именно определяет её диапазон.
Что означает радиус в 2 км
Кышляну заявил, что прямые последствия взрыва одного хранилища должны сосредоточиться приблизительно в радиусе 2 км от эпицентра.
Но как эту фразу правильно понять? Речь не идёт о том, что всё внутри двухкилометровой окружности будет полностью уничтожено. Максимальные разрушения модель показывает на гораздо меньших расстояниях — в пределах нескольких сотен метров.
Два километра — это прежде всего возможная дальность разлёта боеприпасов, металлических фрагментов и частей сооружений. На таком расстоянии ударная волна уже значительно слабее, но отдельные снаряды и обломки всё ещё могут представлять смертельную опасность.
И наоборот: границу в два километра нельзя считать непроницаемой стеной. В самом отчёте говорится, что стёкла могут быть выбиты на расстоянии до трёх километров, а дым и продукты горения способны распространяться ещё дальше.
Какие сёла находятся ближе всего
Ближайшая административная граница села Кобасна обозначена на карте примерно в 200 метрах от территории объекта. Однако авторы отдельно подчёркивают, что от крайнего хранилища до границы ближайшего населённого участка Андреевки — около двух километров.
Другие расстояния, указанные в отчёте:
- Гершуновка — 3 км;
- украинская Станиславка — 4,29 км;
- Улмул-Мик — около 5 км;
- Пикалова — 5,4 км;
- Вэрэнкэу — около 7 км;
- Смалена — 8,5 км;
- Лысая Гора — 8,8 км;
- Буски — около 9 км;
- Рыбница — 11,3 км.
По версии авторов, крупные разрушения должны остаться преимущественно внутри территории комплекса. Однако зона возможного разлёта снарядов и фрагментов почти достигает ближайших населенных пунктов.
Поэтому слова о том, что риск «локальный», не означают, что жителям ближайших сёл ничего не угрожает.
Защитят ли холмы соседние сёла
Склад расположен на возвышенности. Высоты в этом районе меняются примерно от 34 до 247 метров. Многие соседние сёла находятся ниже — в долинах или на склонах.
Авторы считают, что холмы, перепады высот и лесополосы будут рассеивать энергию взрыва. Это разумное предположение: ударная волна действительно меняется при столкновении с препятствиями.
Но в докладе нет подробных расчетов для каждого направления. Не показано, как волна пойдёт в сторону конкретного села, что произойдет при разных погодных условиях и какое значение будет иметь направление ветра.
Поэтому рельеф можно считать дополнительной защитой, но не гарантией безопасности.
Почему это не «вторая Хиросима»
Сравнение Кобасны с ядерным взрывом строилось на простой ошибке: вся масса боеприпасов принималась за массу взрывчатого вещества.
Мощность бомбы, сброшенной на Хиросиму, оценивается примерно в 15 000 тонн тротилового эквивалента.
В Кобасне, по оценке молдавских ведомств, находится около 2 800 тонн непосредственно взрывчатого вещества. Но даже они не хранятся в одном месте и не могут сдетонировать в одну секунду.
В наиболее тяжелом сценарии для одного хранилища авторы моделируют воздействие, сопоставимое примерно со 100 тоннами тротила. Это приблизительно в 150 раз меньше мощности взрыва в Хиросиме.
Есть и принципиальная разница. Ядерное оружие создаёт не только ударную волну, но также мощное тепловое и ионизирующее излучение. Обычные боеприпасы таких эффектов не производят. Поэтому выражение «как Хиросима» неверно не только по масштабу, но и по физической природе события.
В докладе приводится и другой наглядный пример. Чтобы получить мощность Хиросимы только за счёт обычных авиабомб, пришлось бы одновременно взорвать в одном месте около 1500 самых тяжёлых 10-тонных бомб. Ничего подобного в Кобасне нет.
Что показали реальные взрывы на других складах
Авторы сравнили Кобасну с инцидентами и атаками на военные склады в Болгарии, Чехии, Украине и России.
Среди них:
- Ловнидол в Болгарии — 2011 год;
- Врбетице в Чехии — 2014 год;
- Балаклея в Украине — 2017 год;
- Ичня в Украине — 2018 год;
- Ачинск в России — 2019 год;
- Торопец в России — 2024 год.
Во всех этих случаях арсеналы не взрывались как один гигантский заряд. Происходили пожары, повторные детонации, разлёт снарядов и продолжительное горение.
По мнению авторов доклада, опыт других складов показывает: даже при серьезном происшествии одновременная детонация всего комплекса маловероятна.
Однако прямо сравнивать эти случаи с Кобасной нельзя. На складах хранились разные боеприпасы, отличались их количество и плотность размещения, устройство хранилищ и причины первых взрывов. Эти примеры показывают, что боеприпасы могут детонировать постепенно, но не позволяют точно предсказать, как будет развиваться возможное происшествие в Кобасне.
В каком состоянии боеприпасы — неизвестно
Доклад описывает возможные последствия взрыва, но почти не отвечает на другой важный вопрос: в каком состоянии находятся сами боеприпасы после десятилетий хранения.
Неизвестно, насколько повреждены коррозией корпуса, исправны ли взрыватели, как изменились пороховые заряды и соблюдаются ли на складе правила безопасности. На пресс-конференции точного ответа на этот вопрос не прозвучало. Мустяца признал, что условия хранения полностью не известны и без физической инспекции оценить состояние запасов невозможно.
Недостаточно раскрыты и экологические риски. Авторы называют возможное загрязнение воздуха «незначительным», но не показывают состав токсичных веществ, распространение дыма при разных направлениях ветра и возможное воздействие на почву и воду.
Поэтому доклад позволяет приблизительно оценить последствия гипотетического взрыва одного хранилища, но не вероятность такого происшествия и не фактическое состояние всего арсенала.
Проблема, которую пора решить
Доклад СИБ и военной разведки — одна из первых настолько подробных публичных попыток молдавских властей объяснить, что сегодня представляет собой склад в Кобасне. Впервые в одном документе собраны данные ОБСЕ, спутниковые наблюдения, разведывательная информация, фотографии, инженерные расчеты и модели возможного взрыва.
Однако молдавские ведомства изучали объект, который они не контролируют и на который не могут попасть. Поэтому некоторые важные цифры неизбежно остаются оценочными.
У СИБ и военной разведки нет возможности пересчитать боеприпасы, установить их точные типы и калибры или проверить содержимое каждого из 42 хранилищ. Нельзя достоверно определить и техническое состояние запасов после десятилетий хранения. Для этого необходимы доступ на объект, независимая инспекция и полная инвентаризация.
Поэтому 14 тысяч тонн боеприпасов и 2 800 тонн взрывчатого вещества — не результаты физического подсчёта, а оценки, полученные путём сопоставления доступных сведений. Это не делает их бесполезными, а определяет пределы точности, с которой сегодня вообще можно говорить о Кобасне.
Главное, что показывает исследование: общую массу боеприпасов нельзя приравнивать к такому же количеству тротила, а 42 отдельных хранилища нельзя считать одной гигантской бомбой. Сравнение возможного взрыва с Хиросимой не выдерживает проверки ни по мощности, ни по характеру последствий.
Если в одном из хранилищ произойдёт серьёзный пожар или взрыв, наиболее вероятны последовательные детонации, разлёт снарядов и обломков, локальные пожары и задымление. Основной риск будет сосредоточен в самом комплексе и ближайших окрестностях, а не во всём регионе.
Это не повод считать склад безопасным. Но и представлять его угрозой, способной уничтожить значительную часть Молдовы и Украины, оснований нет.
Кобасна остаётся закрытым военным объектом с тысячами тонн старых боеприпасов, которые около 20 лет никто не инспектировал. И спор о том, похож ли возможный взрыв на Хиросиму, отвлекает от более важного вопроса: почему этот склад до сих пор существует и когда его содержимое будет вывезено или уничтожено?
Авторы доклада называют приоритетами независимую инспекцию склада, постепенное сокращение запасов, усиление физической безопасности и постоянный мониторинг. Александру Мустяца на пресс-конференции сформулировал конечную цель еще прямее:
«Послание предельно ясно: российская армия должна уйти домой, а для уничтожения находящихся там вооружений необходимо международное участие».
Таким образом, доклад отделяет реальный местный риск от мифа о региональной катастрофе, который годами использовали для нагнетания страха и оправдания российского военного присутствия.
Самый надежный способ исключить взрыв в Кобасне — провести международную инспекцию, вывезти или уничтожить старые боеприпасы и добиться вывода российских войск. Тогда спорить о радиусе поражения больше не придётся.
Читайте также:
