«Сегодня GRT – это рупор власти, и это позорно» – экс-директор компании

Саша Турифер

26 января 2024, 21:30

Екатерина Жекова. Фото со страницы в соцсетях

В эфире nokta Екатерина Жекова (в прошлом – директор компании GRT и депутат Народного собрания Гагаузии) рассуждает о работе общественной телерадиокомпании Гагаузии. О том, как компания транслирует пропагандистские материалы и противоречит своему статусу «общественной» – в текстовой версии этого интервью.

Про задачи общественного телевидения

Недавно наши журналисты обнаружили, что гагаузская общественная телекомпания GRT транслирует передачи канала, который был заблокирован, не получил продление лицензии на вещание и связан с беглым олигархом Иланом Шором. В эфире nokta депутат НСГ VI созыва и экс-директор GRT Екатерина Жекова комментирует эту ситуацию.

Как рассказывает Жекова, статус общественной телерадиокомпании GRT получила в 2007 году, а до этого – была государственной. Государственная телерадиокомпания «всегда получала какие-то указания от власти, которая ее финансировала», а статус общественного телевидения предполагал свободную работу компании, при том что финансирование по-прежнему шло из бюджета.

– Это нужно было для того, чтобы дать власти и людям понять, что теперь это телевидение, которое будет озвучивать то, что интересно и нужно людям, и будет служить интересам людей. И если заглянуть, в общем-то, в миссию общественных телерадиокомпаний, то они как раз и работают для того, чтобы от имени народа говорить властям, что они не доделывают.

«GRT продолжает обслуживать интересы власти»

– Сегодня же, спустя много лет, к сожалению, мы видим, что общественная телерадиокомпания никак не может выйти и стать по-настоящему общественной и продолжает обслуживать интересы власти.

<…> Пока всё то, что происходит на GRT, меня очень расстраивает. Я не говорю о том, что там нет ничего из того, что должно делать общественное телевидение и радио. [Но] единственное, пожалуй, за что можно было бы не то, что похвалить, но отметить: по-прежнему общественная компания является единственной телерадиовещательной редакцией, которая работает на гагаузском языке.

Но то, что GRT стал местом, где власти реализуют все свои амбиции, политические какие-то цели, меня очень расстраивает. Сегодня GRT – это рупор власти, и это позорно, это стыдно.

«А об экономике мы не будем говорить на гагаузском языке?»

Если говорить о гагаузском в эфирах GRT, примечательно то, что основной пропагандистский контент там ведется именно на русском языке. Жекова отмечает также и то, что в принципе все, что делается на гагаузском языке в этой компании, касается в основном культуры, традиций.

– А об экономике мы не будем говорить на гагаузском языке? А был такой период на GRT, когда мы об этом говорили. GRT должен был стать таким локомотивом, авангардом, достоянием гагаузского общества. Достоянием, потому что именно отсюда, с эфира этого телеканала и с радио люди должны были получать самую достоверную, плюралистическую, самую правдивую информацию.

Вот в бытность бывшего башкана много говорили о том, «а где зерно гуманитарное?». Вы видели или слышали какие-то материалы, чтобы GRT делал на эту тему, расследования?

Екатерина Жекова считает, что причина этому – страх журналистов. И при всем своем уважении к некоторым журналистам, которые работают в этой компании, Жекова считает, что им не достает смелости, чтобы освещать те события, которые они обязаны освещать.

«Мы на это не должны выделять деньги»

– Журналисты GRT не поняли, что общественный телеканал обязывает их служить народу через что? Власть надо не хвалить, журналисты общественного телевидения должны критиковать власть за то, что они не доделывают. А откуда они эту критику должны брать? Они должны слышать, чем недовольны люди и озвучивать это для власти, получать у власти ответы на эти вопросы – и из этого строить свои репортажи, свои сюжеты, свои передачи.

Мы же видим, напротив: что приглашается власть, Исполнительный комитет либо Народное собрание, для того чтобы дать им эфир. И получается, что журналист – просто как модератор, но модератор для власти. И вот эта показушность – совсем не для общественного телевидения. Меня это очень расстраивает. Я не вижу силу общественного телевидения.

Жекова отмечает, что ведущие ток-шоу не только предоставляют площадку исключительно для рупоров власти, но и «подсказывают» им их же пропагандистские нарративы, направляют их мысль в ходе эфира.

– Мы на это не должны выделять деньги, и у меня большие претензии к наблюдательному совету GRT, который следит за тем, как расходуются финансы.

«В этой передаче о Гагаузии не говорят вовсе»

– Если общественная телерадиокомпания тратит бюджетные деньги, а бюджетные деньги – это наши с вами деньги, налогоплательщиков автономии, – если тратит деньги для того, чтобы закупить передачу, которая производится в Кишиневе, кишинёвским журналистом, говорящим на румынском либо на русском языке, я задаюсь вопросом: а у нас что, нет журналистов, которые на русском языке могут делать передачи здесь, на GRT?

<…> Я посмотрела передачу от 29 декабря «Де факто». Я вообще не поняла: сидит в студии русскоговорящий журналист, которая ведет передачу с политиком, <…> и на протяжении всей передачи ни одного слова о Гагаузии. Но они подводят итоги уходящего 23-го года. Почему мы деньги наших налогоплательщиков позволили наблюдательному совету, руководителю компании, использовать не по назначению? В этой передаче о Гагаузии не говорят вовсе.

А если преследуется цель какую-то партию пропиарить или помочь действующей власти в Гагаузии еще больше сакцентировать внимание граждан на том, что надо быть возмущёнными действиями Кишинёва – так не надо использовать наш бюджет. Вы проводите свои мероприятия, если вам хочется об этом говорить. У нас, у граждан, у жителей автономии есть свои претензии и к власти исполнительной, и к власти в Кишиневе. И люди должны иметь возможность эти претензии свои высказать, но использовать бюджет общественной телерадиокомпании, закупать эти передачи… Мне кажется, с этим надо разобраться.

«Телевидение, которое хвалит власть, – это не общественное телевидение»

– Я прекрасно понимаю, что GRT захвачено, и захвачено Шором. <…> Мне очень обидно за то, что у журналистов, работающих на общественном телевидении и радио, есть очень много людей, которые понимают и знают, что такое профессия. Понимают, что такое общественное телевидение, но у многих из них не хватает смелости противостоять той цензуре, которая все еще продолжает иметь место быть на GRT. И об этом говорят очень многие журналисты. Говорят они об этом не с экранов, говорят они об этом в личных беседах.

Если при Ирине Влах у нас были чёрные списки, и невозможно было попасть на GRT многим депутатам или многим представителям общественности, то сегодня, кто будет на GRT, определяют люди, которые сидят в Исполнительном комитете, которые пересылают пресс-релизы – и так публикуются новости на сайте. То есть даётся прямое указание это публиковать, а это не публиковать.

<…> Я хочу отсюда сказать ещё раз всем коллегам, которые работают на общественном телевидении: ни у кого другого, ни у одного журналиста, работающего в любом другом частном или ещё каком-то СМИ, не может быть столько смелости, сколько у вас, потому что ваша смелость гарантирована статусом общественного телерадиовещания.

Почему? Потому что, получая деньги из бюджета Гагаузии, именно журналисты общественного телевидения несут на себе ответственность быть объективными и беспристрастными и честно говорить о той ситуации, которая есть. Больше всего вы должны быть на стороне людей, и вы должны узнавать мнения людей и критиковать власть. Телевидение, которое хвалит власть, – это не общественное телевидение. Телевидение или радио, которое ходит по пятам за властью и освещает все события этой власти, – это не общественное телевидение.

Про бюджет GRT

– Я видела документ, в котором написано, что [GRT] просит утвердить им бюджет в объёме почти 17 миллионов леев. Я не знаю, будет ли утверждён такой документ, и окончательный ли он, может быть он просто для работы. Но есть такая инсайдерская информация. Даже если [это не так], 10 миллионов леев, использованных в 2023 году, у меня вызывают большой вопрос.

Почему телевидение, которое получает такую большую сумму денег, не работает так, как оно должно работать по миссии общественного телерадиовещания? Очень много нареканий было со стороны депутата в адрес некоторых журналистов за то, как они ведут эти передачи, и я думаю, что здесь есть над чем работать наблюдательному совету.

Ну и Народному собранию Гагаузии, потому что Народное собрание утвердило этот наблюдательный совет. Если раньше заседания наблюдательных советов были открытыми, прозрачными, то сейчас, во всяком случае последнее заседание наблюдательного совета, я не видела.

«Восемь лет показывали красивую картинку, что делает бывшая власть»

Совет по телевидению и радио Молдовы инициировал проверку концепции канала GRT и насколько она соответствует тому, что выходит в эфир этого канала. Есть вероятность, что компания получит очередной штраф, а может, даже и вовсе лишится лицензии.

– Я всегда защищала гагаузское радио и телевидение. <…> И сегодня я защищала бы компанию, если координационный совет будет принимать какие-то такие решения. Но если эти решения будут основаны на каких-то законных вещах, какие у нас с вами аргументы, у гагаузского общества, сказать, что это не так?

Если я вижу реально, что общественное радио и телевидение стало рупором власти. <…> Давайте использовать народные деньги для того, чтобы помочь этому народу понять, что происходит в этой автономии, а не показывать красивую картинку. Но вы восемь лет показывали красивую картинку, что делает бывшая власть. Но, как видно, тут молочные реки не текут по Гагаузии.