«Удар по живой культуре»: как закрытие Музея земства изменит жизнь Кишинева и о чем спорят активисты
В центре Кишинева уходит на реставрацию одно из зданий Музея этнографии. С одной стороны, это спасение исторического памятника, с другой – для культурной сцены страны это потеря одного из немногих независимых пространств. Как развивался спор и что планируют делать с земством – в материале nokta.
Что случилось
Культурный центр и сообщество Casa Zemstvei («Дом земства») развились и органично расположились в части Музея земства. Он принадлежит Национальному музею этнографии и естественной истории — и с апреля уходит на реставрацию. На протяжении 2020-х годов часть помещения брали в аренду всевозможные культурные организации, которые как взрастили публику и место для искусства, так и стали полноценной частью жизни Кишинева.
Справка:
- Когда мы говорим «Дом земства» — имеется в виду именно собрание всех независимых культурных организаций, которые вскоре вынуждены покинуть привычное здание.
- А вот «Музей земства» — относится именно к историческому зданию как к части Музея этнографии.
Саму необходимость ремонта почти никто не оспаривает: здание буквально рушится, а эксперты давно настаивают, что откладывать восстановление больше нельзя. Теперь наконец-то, появились и финансы. Правда, закрытие Дома земства — это утрата одной из немногих живых площадок независимой культуры в Молдове в целом, ибо после реставрации помещения больше не будут давать в аренду независимым культурным инициативам.
Кратко, проблематика следующая: для музея это спасение памятника, для независимой сцены — потеря среды.
Чтобы понять, где именно расходятся позиции и о чем на самом деле спорят стороны, nokta поговорила с директоркой Коалиции независимого культурного сектора Республики Молдова (CSCI) Русандой Куркэ, членом коммьюнити Дома земства Октавианом Федко и директором Музея этнографии Петру Виколом.
История Музея земства
Музей земства на улице Алексея Щусева, 103 — это исторический комплекс, который формировался с середины XIX века.
- Первый корпус построили в 1854–1857 годах как дом для сирот.
- В 1883 году все перешло Бессарабской губернской земской управе.
- В 1889 году именно здесь прошла первая публичная выставка, из которой позже и вырос Национальный музей этнографии и естественной истории.
- В период СССР комплекс использовали аграрные учебные структуры.
- В 2010 году здание официально передали под управление музея, который, по словам Петру Викола, добивался его возврата десятилетиями.
- Но денег на реставрацию тогда не было, поэтому с 2012 года часть помещений начали сдавать в аренду культурным инициативам.
Так, у Музея земства есть две биографии сразу: официальная музейная и более новая – как у одной из немногих живых независимых культурных площадок в центре Кишинева. Именно из этого двойного статуса позже и вырос нынешний спор вокруг будущего после реставрации.
Кто жил в Доме земства
По словам директора Музея этнографии Петру Викола, независимые инициативы занимали около 600 квадратных метров в земском комплексе.
«Я буквально выросла внутри Дома земства», – рассказывает для nokta Русанда Куркэ. Именно здесь, по ее словам, и родилась Коалиция независимого культурного сектора Республики Молдова (CSCI).
К 2026 году Дом земства уже давно работал не как один зал и не как адрес для двух-трех организаций, а как целый культурный кластер. Помимо коалиции CSCI, культурной ассоциации Oberliht, организаций Zpațiu и Art-Labyrinth, с этим местом связан и кинофестиваль Moldox. Там соседствуют выставочные и студийные пространства, киноклуб Bioskop, основная локация Queer Cafe, мастерская самиздата Kolhoz/3rd space, воркшопы, дискуссии, театральные и музыкальные инициативы.
«Когда у тебя есть пространство для встреч и самоорганизации, из этого вырастает сообщество. Проблема не в том, что здание хотят отреставрировать. Дело в том, как задумана будущая функция этого здания: почти исключительно под нужды музея, при том что экосистема, возникшая здесь, и наши потребности игнорируются», – продолжает Куркэ.
Член совета киноклуба Bioskop, который проходит еженедельно в Доме земства, Октавиан Федко описывает для nokta еще одну сторону.
«Это стало магнитом для свободной культуры: пространством, где потребление не обязательно, где тебя принимают без денег», – говорит Федко, получивший архитектурное образование и работающий фотографом.
Теперь эта история подходит к концу – по крайней мере в прежнем виде.
«Последние два года на всех встречах предупреждали, что здание уйдет на реставрацию, и этот момент неизбежно наступит», – отметил для nokta Петру Викол, директор Музея этнографии.
Реставрация Музея земства в 2026 году
Музей земства — часть исторического ансамбля из четырех корпусов. Основной комплекс выполнен в эклектике с классицистической основой, один из корпусов — в неорумынском стиле. По проекту реставрации музей должен получить более 1800 квадратных метров модернизированных пространств.
- В июле 2025 года правительство включило проект реставрации Музея земства в программу на 2025–2027 годы.
- В августе 2025 года подписали договор о финансировании, а 10 марта 2026 года — контракт на строительные работы.
Сообщается, что сумма проекта составила около 81,2 млн леев.
По правительственной программе срок работ — 36 месяцев.
После реставрации здание должно стать «социально-культурным и научным центром» с временными выставочными залами, реставрационными мастерскими и многофункциональными пространствами, рассказал nokta директор музея Петру Викол.
Он поясняет: «В части здания по проекту появятся мастерские по дереву, керамике, металлу, текстилю, таксидермии. По сути, это должен быть не только центр нашего музея, но национальный центр сохранения и реставрации наследия».
Именно здесь и проблема: государство говорит о необходимости спасти памятник и вернуть зданию профильную функцию, а независимая сцена — о том, что сохранять нужно не только стены, но и ту культурную инфраструктуру, которая за последние годы возникла внутри них.
Проблема независимой культурной сцены Кишинева.
Необходимость капитального ремонта признают все. Однако это не снимает вопроса о переходном периоде.
Независимый культурный сектор просил не остановить реставрацию, а сделать переход управляемым. На встречах с Министерством культуры зимой, рассказывает Русанда Куркэ, речь шла о том, чтобы найти пространство, куда инициативы могли бы переехать без остановки работы.
«Никакого полноценного списка помещений в итоге не было. Нам просто написали, что можно посмотреть помещение на улице Сергея Лазо, 23. Мы пошли туда и увидели обычный советский концертный зал, который вообще не соответствует потребностям экосистемы, сложившейся в Доме земства».
Дальше сообществу пришлось искать выход самостоятельно.
Новое место для Casa Zemstvei
После очередной встречи с Министерством культуры представители Дома земства начали самостоятельно искать помещения по городу и в итоге остановились на Moldova Film на Телецентре. По оценке Куркэ, туда готовы переехать около 90% экосистемы. Но и этот вариант не выглядит полноценной заменой: под аренду дают этаж площадью 410 квадратных метров за значительно бОльшие деньги.
«Переход с 1800 леев в месяц [для CSCI в Доме земства] сразу к 20 тысячам леев – для нас практически невозможен без механизма субсидирования аренды», – признается Куркэ.
Но проблема не сводится к поиску «любого помещения». Для независимой сцены Дом земства был не просто набором комнат под аренду, а средой, где разные инициативы существовали рядом, пересекались и подпитывали друг друга.
«Для нас было суперважно, чтобы экосистема хотя бы сохранилась целой и была перенесена в другое подходящее пространство. Потому что проблема пространств – не только наша, это проблема всего культурного сектора».
Октавиан Федко формулирует это еще проще.
«Это пространство вырастило сообщество, которое уже сложилось. Часть людей переедет, часть – нет. И как тогда будет жить эта общность дальше, сейчас вообще непонятно».
И все же вопрос обсуждается дальше. По словам Куркэ, на первой встрече с министром культуры Кристианом Жарданом независимый сектор снова заявил, что переезд на Moldova Film возможен только при участии государства. Аренда там примерно в пять раз выше, чем в Доме земства, и без поддержки часть организаций будет вынуждена сокращать программы и общественно полезные активности. То есть возможный механизм субсидирования аренды или применение минимального коэффициента обсуждается.
Почему сообществу нужен центр Кишинева
Чтобы лучше понять необходимость в центральной локации для независимых культурных организации, можно подробнее обратиться к примеру киноклуба Bioskop.
Новое помещение технически может оказаться даже удобнее для кинопоказов, но Bioskop держался не только на проекторе и зале. Он держался на возможностях людей, часто работающих в окрестностях центра или проезжающих через него по дороге домой, попасть на бесплатный показ, остаться на разговор, не тратя лишние деньги и время на дорогу.
«Да, показ фильма ничего не стоит в нашем киноклубе. Но если человеку после этого нужно ехать домой на такси, для многих это уже препятствие. Ехать на и с Телецентра – дополнительный барьер», – говорит Федко.
Он продолжает: «Ты мог просто после работы заглянуть в центр – даже без четкого плана идти именно на фильм. Зайти в Дом земства, поговорить с людьми, побыть там, сходить на выставку или что-то иное и уже потом решить, останешься ли на показ».
Так, переезд культурных инициатив стирает потребности очень разных аудиторий, которые нуждаются в событиях, которых нет в государственных культурных учреждениях.
Обе стороны говорят о культуре – но по-разному
В одном стороны все-таки сходятся. Никто из собеседников не спорит с тем, что здание Музея земства в плохом состоянии и его нужно реставрировать.
«Наша миссия как музея и как институции наследия – сначала спасать то, что нам досталось. Если не сохранить, потом уже нечего будет ни показывать, ни исследовать, ни передавать дальше», – отмечает для nokta директор Музея этнографии Петру Викол.
Между тем Октавиан Федко еще раз подчеркивает: сообщество не против ремонтов и не против того, чтобы такие здания возвращали к жизни. Но далее взаимопонимание спотыкается о восприятие национальной культуры.
Для независимого сектора проблема в том, что после реставрации Музей земства все чаще подразумевается как здание прежде всего и исключительно для нужд Музея этнографии после десятилетия, когда там выстраивалась совершенно иная культурная система координат.
«Это не история про то, что кого-то выгоняют ради складов. В одной части здания появятся реставрационные мастерские, а два больших зала (около 500 кв. метров) останутся поливалентными – для социально-культурных и научных событий. Место должно работать не только на музей, но и на сообщество», – рассказывает Петру Викол.
В свою очередь Федко комментирует для nokta: «Город как будто выплевывает такие инициативы куда-то наружу. И этим словно говорит: “вы не совместимы с нашим представлением о городе”».
«Потеря такого пространства в центре – это удар не только по сообществу, но и по живой культуре страны. Когда власти не способны признать значение независимой сцены и предложить ей альтернативу – это про отсутствие заботы. А ведь эти люди платят налоги, привлекают международные средства, создают культурную ценность», – говорит Русанда Куркэ.
Наследие, которое уже есть сейчас
Независимая культурная сцена Кишинева формулирует не только общую критику, но и конкретное предложение. По словам Русанды Куркэ, на последней встрече с министром культуры обсуждалась возможность сохранить после реставрации два пространства для независимой культурной сцены, которыми управляли бы сами организации. Для сектора это не только практический, но и символический вопрос – форма признания той истории, которая создавалась там больше десятилетия.
«Напомню, что у Музея этнографии нет перед этими сообществами юридических обязательств. Мы не обязаны предоставлять им другие помещения – у нас есть только отношения, прописанные в договоре аренде», – с другой стороны, отмечает Викол.
Именно здесь конфликт перестает быть спором арендаторов с администрацией.
Речь не о том, что независимую культуру «выгоняют» из здания, которое ей принадлежит: де-юре Петру Викол прав, и у Музея этнографии нет юридических обязательств перед организациями, которые годами арендовали здесь помещения. Но за это время вокруг Дома земства выросло общедоступное культурное пространство, которым пользовались не только его резиденты, а гораздо более широкая городская сцена.
Поэтому главный вопрос теперь не только в праве музея вернуть зданию профильную функцию, но и в том, готово ли государство признать труд тех, кто годами создавал здесь живую культурную среду, и помочь ей не исчезнуть вместе с переездом.
Редакция nokta также обратилась за комментарием к представительнице Министерства культуры Марчеле Нистор, однако на момент публикации материала ответа не получили. Мы обновим текст, как только получим позицию Минкульта по ситуации.
Читайте также:
