«Шор не пришел на пустое место»: как в Комрате обсуждали фейки о ЕС в Гагаузии

Саша Турифер

1 июля 2026, 21:00

Круглый стол в Комрате «Фейки о Европейском союзе в Гагаузии: как их выявлять и как с ними бороться». Здесь и далее: фото nokta

В Комрате журналисты и эксперты обсудили, как в автономии строятся сети влияния, почему антиевропейские нарративы быстро расходятся в соцсетях и чем фейк отличается от мнения.

«Как Шор мог захватить целый регион?»

29 июня в Комрате состоялся круглый стол «Фейки о Европейском союзе в Гагаузии: как их выявлять и как с ними бороться». Его провела Ассоциация Media-Guard — партнер Ziarul de Gardă, совместно с GLOBSEC и при поддержке Европейского союза.

В мероприятии приняли участие журналисты, эксперты по информационной безопасности, исследователи, представители гражданского общества и академической среды. Участники обсудили, как в Молдове создаются и распространяются ложные нарративы о ЕС, какую роль в этом играют сети влияния и скоординированные онлайн-кампании, а также как владельцы СМИ влияют на доступ аудитории к достоверной информации.

— Тема дезинформации актуальна сейчас и, я абсолютно уверен, будет актуальна еще много лет в Республике Молдова, в том числе в Гагаузской автономии, — отметил модератор встречи, глава Ассоциации независимой прессы Петру Маковей. — В Гагаузской автономии продолжается предвыборная кампания. Сколько она продлится, еще неизвестно. Все мы ждем решения Конституционного суда 7 июля. Я не уверен, что все решится тогда. После 7 июля будет 8 июля, затем 9 июля, и ситуация, наверное, будет развиваться в том же ключе.

И я уверен, что в этой кампании дезинформация будет играть ключевую роль, потому что местные политики, и не только местные, некоторые национальные политики заинтересованы в том, чтобы люди были как можно меньше проинформированы объективно, чтобы сделать выбор в их пользу, а не в пользу региона и достояния каждой семьи.

Эксперт сообщества WatchDog Штефан Бежан обратил внимание, что информационное пространство автономии формировалось задолго до появления Илана Шора как политического игрока. По его словам, упрощать ситуацию до схемы «Шор пришел и купил голоса» неправильно: сама среда, в которой такие схемы становятся возможными, складывалась годами.

— В Кишиневе в 2023 году внезапно начали задумываться: как Шор мог захватить целый регион? И весь этот захват они свели к подкупу голосов. Это неправда, потому что информационное пространство в Гагаузии создавалось годами как территория влияния Российской Федерации. А Шор, конечно, был инструментом Российской Федерации. Вместо Шора мог бы быть кто-то другой, и ситуация кардинально не поменялась бы.

Эксперт отметил, что в автономии за последние годы появились альтернативные источники информации: nokta, laf.md, Radio Moldova Comrat и другие проекты.

— Я очень рад, что есть молодые люди, которые делают тиктоки, разные интересные видео и дают ту альтернативу, которая нужна. — сказал эксперт. Но, по его оценке, этих ресурсов пока недостаточно, чтобы переломить влияние уже сложившихся информационных сетей.

— Пока у них нет большой силы для борьбы с этой пропагандой. Пространство в Гагаузии разделено между многими группами влияния, которые дальше воюют против Кишинева и говорят, что Европейский союз — это только геи, деградация и так далее. Мы все эти нарративы знаем.

Говоря о политическом влиянии, Бежан отдельно упомянул остатки сети Шора. По его словам, люди, связанные с этой сетью, по-прежнему могут играть заметную роль, если в автономии состоятся выборы в Народное собрание.

«Те люди, которые работали на Шора, скорее всего, возьмут много мандатов», — предположил он. Он также сказал, что часть граждан стала лояльна этим кандидатам не только благодаря покупке голосов, но и из неприятия к Кишиневу, действующей власти и Европейскому союзу.

Закрытые экосистемы: как соцсети удерживают гагаузов в эхокамерах

Маковей после этого предложил обсудить, почему у тех, кто распространяет фейки и сеет рознь между Кишиневом и Комратом, часто оказывается больше аудитории, чем у независимых СМИ. Он также отдельно остановился на GRT:

«Трансформация там только началась. Процесс был долгий, трудный и нужный. В течение долгого времени они по большому счету дискредитировали себя аффилированностью, и сейчас им предстоит доказать людям, что они предоставляют общественно значимую информацию».

По словам Маковея, чтобы противостоять дезинформации, важно понимать, «кто сегодня диктует правила» и как сообщения отдельных политиков мгновенно расходятся через соцсети.

Директор laf.md Виталий Гайдаржи в ответ сказал, что проблема не только в количестве аудитории, но и в том, где она находится и какой контент привыкла потреблять — в том смысле, что значительная часть аудитории независимых СМИ в Гагаузии находится в Кишиневе и диаспоре. При этом Гайдаржи согласился, что у дезинформационных сетей действительно большая аудитория.

— Это связано в первую очередь с психологией дезинформации и гибридных войн. Люди реагируют на эмоции, на страх. Они уже годами находятся в этой повестке и в закрытых экосистемах, эхокамерах, которые создавались не один год и не с 2023 года, когда пришел Шор, а намного раньше, — сказал он. По словам Гайдаржи, в таких эхокамерах одна и та же аудитория годами потребляет одинаковый контент, — Через какое-то время они уже просто не видят реальность, у них есть своя реальность.

Большую роль, по его словам, играют алгоритмы социальных сетей: если человек один раз лайкнул определенный контент в Facebook или Telegram, алгоритм продолжает показывать ему похожие публикации. Гайдаржи сослался на опрос Promo-LEX, согласно которому 73% опрошенных жителей автономии получают информацию из Telegram и Facebook.

— Когда каждый день говорят, что придет Евросоюз и твои сельхозугодья купят европейцы, у людей включается страх, и они просто не анализируют информацию. Они привыкли потреблять то, что легче всего объясняет их состояние, — сказал Гайдаржи.

В то же время он отметил, что аудитория постепенно меняется, и по сравнению с ситуацией 3–4 года назад часть общества стала более лояльна к местным независимым СМИ.

Бежан добавил, что жители автономии получают информацию из разных источников: российских телеканалов, московских телеграм-каналов, местных политиков, родственников и соседей:

— Хотим мы или нет, местные политики имеют очень большое влияние. Многие из них за двадцать лет создали себе такое информационное пространство, что внутрь уже очень трудно проникнуть справедливой информации. Поэтому получается, что у людей уже есть свое мнение обо всем, и других мнений нет.

«Мифы Древней Греции — это фейки или мировоззрение?»

Игорь Боцан, исполнительный директор ADEPT, предложил смотреть на проблему шире и не сводить все только к фейкам. По его словам, в Гагаузии сформировалось мировоззрение, которое нельзя изменить простым опровержением.

— Мифы Древней Греции — это фейки или мировоззрение? — спросил он. — Мы можем в Кишиневе полагать, что люди в Гагаузии живут фейками, питаются фейками. Но у них сложилось мировоззрение. Я пришел к этому выводу, когда наблюдал за избирательной кампанией здесь, в Гагаузии. Когда господин Дудогло вышел и сказал: «ну что вы хотите, у нас чувство вечной благодарности к России, потому что Россия 200 лет назад избавила от нас от геноцида», который исходил, возможно, от Османской империи. Вот он честно говорит: «да, мы априори расположены к тому, что должны быть связаны с Россией».

Поэтому, считает Боцан, задача журналистов — не «исправлять» чужие представления, а обеспечивать альтернативную информацию и чаще разговаривать.

— Нам следует чаще общаться, чтобы обменом информации влиять друг на друга и понимать страхи и опасения гагаузов, чтобы гагаузы, в свою очередь, понимали страхи большинства. <…> Священная корова Европейского союза — это свобода мнений. Мы должны очень четко различать «выражение мнения» и «фейки». С фейками можно бороться фактчекингом, а мнение — это право граждан. Граждане имеют право заблуждаться.

По словам эксперта, именно поэтому в вопросах Гагаузии важно учитывать не только юридические факты, но и то, как они интерпретируются местными политиками и обществом. Боцан подчеркнул, что с российской имперской политикой нужно спорить фактами, но «в лоб» бороться с фейками не получится: сначала нужно разобраться, почему люди предрасположены верить российской пропаганде и примыкать к движению Шора.

Маковей согласился, что это «долгий путь», и вернулся к вопросу о том, меняется ли позиция части гагаузских политиков по отношению к европейскому пути. Бежан ответил, что после начала полномасштабной войны России против Украины многие в автономии иначе посмотрели на Европейский союз.

— После 2022 года, когда взять Киев за три дня у России не получилось, поменялось то, как они видят Европейский союз. Многие политики в Гагаузии понимают, что альтернативы нет. Просто нет альтернативы. Хорошо, вы хотите с Россией, но как будет эта связь напрямую с Россией, если у нас Румыния — часть Европейского союза, а Украина [маловероятно, что] в ближайшие 20–30 лет будет дружить с Россией? — сказал эксперт.

По мнению Бежана, большинство в Гагаузии уже не говорит о сепаратизме.

— Они говорят: да, мы часть Республики Молдова, да, мы видим будущее Гагаузии не так, как большинство молдаван, но если Молдова идет по европейскому пути, то Гагаузия с вами. Просто у нас есть некоторые нюансы к этому.

Отдельно Бежан указал на проблему освещения европейской помощи. По его словам, в Кишиневе долго исходили из того, что если в населенные пункты автономии приходят деньги ЕС и Румынии на дороги, парки и дома культуры, жители сами поймут, откуда эти инвестиции.

— Это было частью проблемы: в Комрате не было достаточно независимых СМИ, которые показывали бы, что это деньги Европейского союза, это деньги Румынии. В Кишиневе думали: мы дадим деньги, и люди сами полюбят Европейский союз. Но это так не работает.

Про расследования ZdG

Своим опытом борьбы с дезинформацией поделились и журналистки ведущего расследовательского издания страны Ziarul de Gardă. Мариана Колун презентовала исследование об информационном поле Гагаузии, а Наталия Захареску поделилась опытом, как внедрялась в сетку Шора в 2022 и 2024 годах.

— Факт — это самое лучшее, чтобы бороться с дезинформацией, с ложью, — сказала Захареску. В качестве примера она напомнила последнее расследование о чиновнике, который солгал в CV: доказать это удалось только после официального ответа Air Canada.

Это расследование и последовавшее за ним расследование RISE — о кузине Майи Санду, привели к крупнейшему скандалу в молдавской политике этого года.

— Кто-то солгал в CV. Не знаю, это дезинформация или нет, но это точно ложь, и мы смогли доказать это только тогда, когда получили факты, — сказала Захареску.

Затем журналистка рассказала о серии расследований под прикрытием, посвященных попыткам российского влияния на выборы в Молдове.

— Нас потом спрашивали, почему это расследование под прикрытием. Мы говорили, что это, наверное, последнее, что может делать журналист, когда у него нет других способов. Мы идем под прикрытием, чтобы об этом узнать.

Первое расследование было в 2022 году и касалось протестов, организованных Шором и его уже бывшей партией.

— Мы показали, что эти большие протесты были оплачены. Мы были там, я и трое моих коллег, протестовали и потом получили деньги. Я получила деньги в центре Оргеева. Вот так мы доказали, что протесты были оплачены.

В 2024 году, по словам Захареску, редакция решила вернуться к этой теме, когда проходили протесты у судов по делам Евгении Гуцул и Марины Таубер.

— Мы думали, что эти люди, наверное, тоже проплачены. Но потом узнали, что это нечто большее: это не только оплата за один протест, это оплата за каждый месяц, это как работа, и это оплата из российского банка, — сказала журналистка.

Так появилось резонансное расследование в двух частях о том, как людям платили несколько месяцев подряд до выборов и референдума, чтобы влиять на их выбор:

А после публикации этих материалов последовали новые — когда сеть изменила стратегию и переместилась в соцсети:

Новая тактика: реанимация «румынской угрозы»

Директор TUK.md Ангелина Гайдаржи добавила, что роспропаганде тоже приходится менять тактику — из-за дефицита реальных инфоповодов она переходит к откровенному конструированию страхов «на ровном месте».

— Если раньше брали какие-то инфоповоды, обыгрывали их и делали это массово, то сейчас приходится на ровном месте что-то придумывать, — сказала она. В качестве примера журналистка упомянула инициативу Дианы Шошоакэ, которая поднимает болезненную для Гагаузии и Тараклийского района тему объединения Молдовы с Румынией для того, чтобы «раскачать общество».

— Для населения Тараклийского района и Гагаузии это одна из самых больных тем, на которой 30 лет строилась пропаганда, и это работало. Сейчас, думаю, раскачивают лодку. На это нужно обратить внимание.

Боцан продолжил эту мысль, связав подобные темы с более широкими информационными операциями. По его словам, сюжеты о территориях, «унире» или «русском мире» возникают не случайно и используются как долгосрочные раздражители.

— Эти вещи долгоиграющие. Они будут все время выступать наружу для того, чтобы, как говорили коллеги, использовать страхи и опасения людей.

nokta