«Я не скрываю — в тюрьму идти не хочу» — Константинов записал обращение впервые после приговора суда

nokta

17 февраля 2026, 10:29

Бывший председатель Народного собрания Гагаузии Дмитрий Константинов впервые выступил перед публикой после того как, суд признал его виновным в присвоении 46 млн при доведении до банкротства винзавода «Молдюгвин». Константинов заявил, что не хочет в тюрьму и подал апелляцию.

12 лет для 73-летнего бизнесмена

После полутора месяцев молчания сбежавший до приговора бывший спикер НСГ Дмитрий Константинов записал в соцсетях видео. Где он находится, неизвестно. Видно лишь, что он читает текст на телесуфлере. В нем он повторяет все те же тезисы, которые продвигали его родные после приговора через соцсети и даже платную рекламу в Youtube:

дело не о хищении бюджета,
срок непомерно большой и не соответствует тяжести преступления,
он пожилой человек, а приговор — политический,
и вообще он не виновен, а решение суда не окончательное.

«9 февраля 2026 года я подал апелляцию. Приговор не вступил в законную силу. Я не скрываю — в тюрьму идти я не хочу по несправедливому решению. Учитывая состояние моего здоровья, я должен находиться в контакте со своим лечащим врачом», — рассказал Константинов, не называя места своего пребывания в бегах.

Далее он прибегает к манипуляции через подмену тезиса.

«Сегодня речь не только обо мне. Если внимательно читать документы, становится понятно, что это дело не о хищении бюджета. 46 миллионов леев, которые якобы были похищены мною, любой специалист по финансам, подтвердит, что данная сумма выдумана и не имеет никакого отношения к хищению. Это можно проверить документально. Это хозяйственный спор между частными субъектами, который уже был рассмотрен гражданским судом», — говорит Константинов.

Из такой логики следует, что, если преступление совершено не против государства, то оно не является преступлением и не заслуживает уголовного наказания. Однако и так известно, что его семья держала частный винзавод. Поэтому никто и не утверждал, что Константинов расхищал бюджет, уголовное дело касается мошеннического вывода активов частного предприятия и присвоения паевого взноса семьи Минчогло.

Далее Константинов снова повторяет, что прежде суды уже выносили решения в его пользу, и утверждает, что дело переквалифицировали «на более тяжкую часть статьи» за несколько дней до завершения процесса. Он настаивает, что ему дали 12 лет, и это срок больший, чем предусмотрено законом.

Кроме того, он говорит о процессе над Гуцул и связывает оба вердикта, считая их «сигналом о максимально жёстком подходе к представителям нашей автономии» с «эффектом запугивания».

В конце обращения бывший председатель НСГ взывает к справедливости и требует для себя правосудия по европейским стандартам, сам будучи активным противником евроинтеграции.

«Я не прошу политической поддержки, я прошу независимой оценки, и я готов представить документы, экспертизы и материалы дела. Если Молдова действительно идёт по европейскому пути, то этот путь должен измеряться не заявлениями, а стандартами правосудия. Вопрос сегодня, прямо скажем, не только в моей судьбе, вопрос — в том, каким будет правовое государство в нашей стране, и я считаю, что этот вопрос должен быть задан открыто, смело, и уверен, что справедливость восторжествует и истина будет найдена», — заключил Константинов.

За что приговорили Константинова

Суд на самом деле и не рассматривал ущерб государству и не вменял Константинову хищение бюджетных средств. Но не потому, что ущерба не было, а потому, что уголовное дело касалось частного предприятия и частной собственности.

Дмитрия Константинов приговорили по двум статьям Уголовного кодекса:

Статья 335 «Злоупотребление служебным положением», часть 1. Применяется, если человек, управляющий частной или государственной организацией, нарушил свои обязанности в своих или чужих корстных интересах (прямо или косвенно) и это причинило значительный ущерб физ- или юрлицам. Предполагает срок до трёх лет, Константинову по этой статьей дали два года.
Дело касается периода 2017-2020 годов, когда Константинов занимал должность коммерческого директора Moldiugvin. Как установил суд, он подписал фиктивные договоры о займах и закупках зерновых с фирмой своего сына Medelean-Agro, чтобы вывести на счета последней 46 млн. Благодаря этому Константинов искусственно увеличивал задолженность Moldiugvin и в итоге довёл винзавод до банкротства.
Статья 191 «Присвоение чужого имущества», часть 5 — «в особо крупных размерах». Предполагает наказание от 8 до 15 лет, Константинову дали 11. Суд установил, что Константинов незаконно присвоил и перевёл как активы предприятия (в особо крупном размере), так и паевый взнос в крупном размере (100% уставного капитала) учредителя фирмы Елены Минчогло на сумму 620 649 леев.
Таким образом, по каждой статье Константинову дали не максимальный срок. Да и, сложив приговоры в 2 года и 11 лет по двум статьям, суд определил меньший тюремный срок — 12 лет заключения.

Судебно-бухгалтерские экспертизы установили, что:

Medelean-Agro была не в состоянии одолжить Moldiugvin 21 млн леев в 2015 году;
Переводы денежных средств со счетов SRL «Moldiugvin» на счета «MEDELEAN-AGRO» с назначением «возврат займа» признаны необоснованными, так как средства фактически не использовались в экономических процессах предприятия.

Сделки осуществлялись без реального перемещения товара и отражения в бухгалтерских регистрах. Кроме того, Константинов подписал договор займа на 5 млн леев с SRL «UZINA DE UTILAJ ELECTROTERMIC» (фирма депутата Ивана Караджи, впоследствии также обанкротившаяся), предоставив в качестве залога основные средства предприятия на сумму 5 016 000 леев. Примечательно, что в этом случае фирма Medelean-Agro перевела сумму Uzina Utilaj, чтобы те кредитовали спиртзавод Константинова, распределяя долг Moldiugvin.

Читайте также:

nokta