19 лет и $63 млн — Молдова выставила счёт Плахотнюку за «кражу миллиарда»

Юлия Михайлова

24 апреля 2026, 11:00

Первый приговор «координатору» Молдовы: как Плахотнюк строил империю — получил 19 лет — Фото: Agora

22 апреля 2026 года суд сектора Буюканы в Кишинёве вынес одно из самых ожидаемых решений последних лет — признал Владимира Плахотнюка виновным в банковских хищениях, известных как «кража миллиарда», и приговорил его к 19 годам лишения свободы.

Опубликованная мотивировочная часть приговора на 672 страницах — это не просто перечень преступлений, а подробная инструкция по тому, как при помощи карманных банков, подставных офшоров и лояльных госинститутов украсть у страны будущее. От гонораров зарубежным артистам до покупки бизнес-джета через бразильскую корпорацию — nokta разобрала финансовый лабиринт, по которому уходили деньги молдавских налогоплательщиков.

672 страницы приговора

Приговор пока не вступил в силу — очевидно, апелляции неизбежны. Но уже сейчас это решение фиксирует главное: впервые суд дал юридическую оценку роли Плахотнюка в одной из крупнейших финансовых афер в истории Молдовы.

Более того — человек, который упивался властью, банкротил банки, поставил под контроль государственные институты и большую часть медиарынка, превратил страну в захваченное государство — получил свой первый судебный вердикт.

23 апреля на портале судебных инстанций опубликовали мотивировочную часть приговора — 672 страницы: показания, финансовые схемы, переводы, офшорные компании и реконструкция того, как из банковской системы страны выводили и отмывали деньги.

Согласно выводам суда, Плахотнюк действовал как главарь организованной преступной группировки, координировал схемы получения и вывода денег вместе с группировкой Илана Шора и контролировал ключевые финансовые потоки через своих людей на всех уровнях власти.

Разберём, как именно работала эта система и какую роль в ней суд отводит бывшему «координатору» молдавской политики.

Преступления и наказание

Суд признал Владимира Плахотнюка виновным в трёх категориях преступлений, совершённых в период 2009–2019 годов.

Создание и руководство преступной организацией (ст. 284 ч. 1 УК РМ).
Мошенничество в особо крупном размере, два эпизода (ст. 30, 42 ч. 3, 190 ч. 5 УК РМ).
Отмывание денег в особо крупном размере, два эпизода (ст. 30, 243 ч. 3 лит. a и b УК РМ).

Итог — 19 лет в тюрьме закрытого типа. Дополнительно суд на 5 лет запретил Плахотнюку занимать должности, связанные с управлением финансами и имуществом.

Прокуратура запрашивала 25 лет — это максимум, допустимый по совокупности преступлений в Молдове. Если сложить все назначенные сроки полностью, получилось бы 65 лет, однако закон ограничивает наказание 25 годами. Суд выбрал частичное сложение — к наиболее тяжкому сроку добавил часть остальных — и остановился на 19 годах.

25 марта 2026 года, на последнем заседании прений, Плахотнюк говорил около шести часов. Он использовал таблицы, диаграммы и рукописные материалы, настаивая на своей невиновности. Требование прокуроров о 25 годах прокомментировал так:

«Надо быть писателем, надо меня не любить или надо быть под кайфом, чтобы писать такое в обвинительном заключении. Я не виновен. Я не участвовал в краже миллиарда».

Плахотнюк в суде, 25 марта 2026. Фото: nokta

22 апреля, во время оглашения приговора, Плахотнюка в зале суда не было.

1. Организованная преступная группа: кто и за что отвечал

По версии обвинения, доказанной в суде, Плахотнюк создал устойчивую организованную преступную сеть для личного обогащения — он установил контроль над банковской системой и государственными институтами Молдовы. Координировал эту сеть Плахотнюк вместе с Иланом Шором. Их целью было — вывести и отмыть сотни миллионов долларов так, чтобы концов не смогли не найти.

Внутри сети у каждого была своя роль. Илан Шор «работал» с банками — добывал кредиты через фиктивные компании. Соратник Плахотнюка Владимир Андронаки управлял офшорными счетами. Депутаты, чиновники и судьи «решали» проблемы по мере их появления. Номинальные директора подписывали документы — не зная или притворяясь, что не знают, чьи это деньги. Сам Плахотнюк нигде официально не числился — ни в банках, ни в компаниях, ни в офшорах.

Как Плахотнюк подчинил государство

Чтобы схема функционировала, государство не должно было мешать. Суд установил, что Плахотнюк этого добился на всех уровнях.

Илан Шор не мог просто прийти и купить долю в государственном банке — по закону нужно разрешение Национального банка Молдовы (НБМ) и Национальной комиссии по финансовому рынку (НКФР). Оба института обязаны проверять, кто реально стоит за покупкой. Именно здесь подключался Плахотнюк: нужные разрешения появлялись, вопросы исчезали.

Национальный банк при этом видел происходящее: аналитики регулятора зафиксировали, что десятки формально независимых компаний действуют с одних и тех же компьютеров, через одних и тех же людей, по одной схеме. Они прямо назвали это «группой Плахотнюка» — и не вмешались.

В парламенте депутаты лоббировали нужные решения. В правительстве чиновники устраняли возникающие препятствия. В судах и прокуратуре нужные дела не возбуждали или закрывали.

Когда все ветви власти работают в интересах одного человека, формально оставаясь «государственными институтами» — это и есть захват государства. Суд этот термин не употребляет, поскольку рассматривал только экономические преступления и политических оценок не давал. Но термин точен и правомерен — он закреплён в декларации парламента Молдовы 2019 года о захваченном государстве.

2. Мошенничество: зачем Плахотнюку Шор?

Плахотнюк не мог войти в банки напрямую — у него не было официального банковского статуса, а прямое владение немедленно привлекло бы внимание регуляторов. Шор решал эту задачу: он покупал доли в банках через подставных людей, а Плахотнюк убирал регуляторные препятствия, используя влияние на НБМ и Национальную комиссию по финансовому рынку.

Схема строилась на таком разделении ролей:

Плахотнюк — политическая «крыша»: влияние в НБМ, НКФР, правительстве, устранение регуляторных барьеров;
Шор — оперативное исполнение: фактический контроль над банками, организация мошеннических кредитов, распределение «долей».

В 2012–2014 годах при содействии Плахотнюка Шор стал совладельцем трёх банков — через подставных лиц и фиктивные компании. Где требовалось разрешение регуляторов (при покупке свыше 1% акций), его «организовывали». Либо покупали небольшие доли — тогда разрешений не требовалось вовсе.

В 2013 году Шор возглавил совет правления Banca de Economii — главного государственного банка страны. Как сообщил свидетель в суде: «Он выбрал себя сам — ему не нужно было ничьего разрешения». В двух других банках — Unibank и Banca Socială — Шор управлял через подставных акционеров и номинальных директоров, не занимая постов. Схема была та же.

Плахотнюк отрицал любую причастность, однако в своем многочасовом докладе допустил показательную оговорку: «Ситуация с Banca de Economii оставалась той же — и доказательством тому служат Banca Socială и Unibank, где Шор с успехом применил эту схему».

Отрицая свою роль в истории с Banca de Economii, он фактически признал, что Шор действовал по отработанной схеме, а два других банка — её прямое продолжение.

Получив контроль над банками, схема заработала: подставные молдавские компании получали кредиты, которые никогда не планировали возвращать. Компании были пустышками — без активов, без сотрудников, без реального бизнеса. Кредиты оформляли под фиктивные контракты.

Два эпизода, или Деньги исчезают за день

Эпизод первый: июнь 2013 — февраль 2014

Эти деньги Шор передал Плахотнюку как долю за организацию и защиту преступной деятельности.

Шаг 1. Мошеннические кредиты

Компания	Банк	Сумма кредита	Дата
DUFREMOL	Unibank	12,4 млн леев	18.06.2013
INFOTON COM	Unibank	19,2 млн леев	18.06.2013
MOLDCLASSICA INTERNATIONAL	Unibank	92,5 млн леев	18.06.2013
DECFIN GRUP	Banca de Economii	41 млн леев	30.12.2013
ELCOMET PRIM	Banca de Economii	35,5 млн леев	04.02.2014
UNIVET INVEST	Banca de Economii	39,2 млн леев	30.01.2014

Всего — свыше 236 млн леев. По курсу тех лет — около 20 млн долларов.

Шаг 2. Вывод в офшоры — в тот же день

Деньги конвертировали и немедленно отправляли за рубеж — на счета офшорных компаний Шора в ABLV Bank (Латвия). Назначения платежей: «аванс за стройматериалы», «аванс за парфюмерию», «аванс за алкогольные напитки». Компании-получатели: HANLAY SOLUTIONS LP, FRANCES TRADING LP, DIVISION TOP LP, TORPROM UNIVERSAL LP, GROUFORD INDUSTRIES LP и другие.

Шаг 3. Консолидация у Шора

Из офшоров первого уровня деньги стекались в два «сборных кармана» Шора: компании PLUS OPERATION LTD и PANAROOM MANAGEMENT LP.

Шаг 4. Передача Плахотнюку

В тот же банковский день деньги уходили в LONGFORD PARTNERS LTD (Британские Виргинские острова) — компанию, бенефициаром которой был Плахотнюк (07.02.2011–19.06.2015). Назначение платежа: «оплата строительных материалов». Никаких реальных материалов не существовало.

Шаг 5. Финальный маршрут

Дальше деньги проходили через ROWALLAN OVERSEAS SA (Британские Виргинские острова, бенефициар — Плахотнюк, 27.02.2011–05.06.2015) и оседали на TUKUMAAN LIMITED (Маршалловы острова, бенефициар — Плахотнюк, 20.06.2013–24.10.2014).

Параллельно через ALEF BANK (Россия) по той же схеме прошли около 3,5 млн евро — через подставных лиц Шора: Надежду Койман (2,4 млн евро) и Руслана Малаки (1,1 млн евро).

Итог первого эпизода: 18,2 млн долларов + 3,5 млн евро поступили на счета Плахотнюка.

Эпизод второй: 24 ноября — 12 декабря 2014

Это последние кредиты — оформленные в день введения спецуправления в банках, когда их скорый коллапс уже был неизбежен.

Поток А — через Шора:
24 ноября 2014 года компания DRACARD (Шор) получает в Banca de Economii кредит на 34 млн евро. В тот же день деньги уходят тремя траншами через HANSA INVESTMENT LP (AS Privatbank, Латвия) → CONVERSUM LOGISTICS LP → GLOBUS CORPORATION LP → ZENIT MANAGEMENT LP (бенефициар — Шор).

Часть средств конвертируется и через JERDOR BUSINESS CORP (совместно с поступлениями от других компаний) направляется на SCOTWAY MANAGEMENT LP — всего около 7 млн долларов.

Поток Б — через Андронаки:
В тот же день CS UNIVERSAL PROIECT (бенефициар — Андронаки) получает 32,9 млн леев из Banca de Economii. 2 декабря конвертируется около 1 млн долларов и переводится на SIRMASTRA SALES LP (ABLV Bank, Латвия), которая 5 декабря направляет 444 400 долларов на тот же SCOTWAY MANAGEMENT LP.

4–12 декабря 2014 года на SCOTWAY MANAGEMENT LP (бенефициар — Плахотнюк, история с этой фирмой продолжается ниже) поступает в общей сложности около 21 млн долларов от 12 нерезидентных компаний — включая средства из обоих потоков.

Итог двух эпизодов мошенничества: 39 млн долларов + 3,5 млн евро.

3. Самолёт-ландромат: как отмыть 20 млн долларов

21 млн долларов на SCOTWAY нужно было «очистить». Действовали по такой схеме — купили реальный актив через известную международную корпорацию, продали и вернули деньги уже как законную выручку.

Шаг 1. Дробление

11–12 декабря 2014 года SCOTWAY разбивает 21 млн долларов на три потока:

7,2 млн → HERMES INVESTMENTS LTD (Белиз, ABLV Bank) — «оплата электробытовых товаров»;
7,3 млн → VENUS LOGISTICS LP (Великобритания, ABLV Bank) — «оплата стройматериалов»;
6,4 млн → HERMES INVESTMENTS LTD → PARAGON ENERGY SYSTEMS LTD (Белиз) → SEPPOTA SERVICES LIMITED (Кипр, счета в Victoriabank) — под видом «займа».

Все три потока сходятся в одной точке: SEPPOTA SERVICES LIMITED, бенефициар которой — Плахотнюк.

Шаг 2. Покупка самолёта

12 декабря 2014 года SEPPOTA перечисляет 20,6 млн долларов компании EMBRAER SA на счёт в CITIBANK N.A. (США) — аванс по контракту от 29 октября 2014 года на покупку бизнес-джета Embraer ERJ-135BJ Legacy 650.

15 декабря EMBRAER подтверждает получение оплаты. Самолёт с серийным номером 14501192 поступает под управление австрийской компании MJET GmbH — оператора с молдавскими акционерами и сотрудниками — и получает регистрационный номер OE-LPV.

Самолет Embraer ERJ-135BJ Legacy 650. Фото: jetphotos.com

Шаг 3. Продажа

13 мая 2015 года SEPPOTA продаёт самолёт компании INSURED AIRCRAFT TITLE SERVICE LLC (США) за 20 995 000 долларов — с небольшой прибылью.

Шаг 4. «Чистые» деньги возвращаются

475 тыс. евро → MJET GmbH (Австрия) — «управление самолётом» за период между приёмкой и передачей покупателю;
20,5 млн долларов (29.05.2015) → MARLIN HOLDINGS GROUP LTD (ABLV Bank, Латвия) — «погашение долга по договору уступки займов»;
5–29 июня 2015 года — MARLIN пятью траншами возвращает 20,5 млн долларов на SCOTWAY MANAGEMENT LP — «возврат займа».

Деньги прошли через контракт с бразильской авиакорпорацией и американскую компанию по страхованию воздушных судов — и вернулись как выручка от продажи самолёта. Внешне — вполне себе обычная коммерческая сделка. Хронология говорит сама за себя: оплата — 12 декабря 2014 → продажа — 13 мая 2015 → деньги возвращены — 5–29 июня 2015. Пять месяцев, ни одного зафиксированного рейса. Самолёт был для Плахотнюка инструментом отмывания, а не транспортным средством.

Медиаимперия на деньги из «кражи миллиарда»

Из отмытых средств Плахотнюк строил медиаимперию, как для контроля за информационным пространством страны, так и получения прибыли от рекламы.

Prime TV контролировался через цепочку: Prime Management → OTIV Prime Media BV (Нидерланды) → Media Production. 8 ноября 2013 года OTIV Prime Media BV перевела 2,7 млн долларов в Prime TV — деньги конвертировали в 34,7 млн леев и направили на оплату вещательной лицензии через TELEFE M INTERNATIONAL.
Publika TV Плахотнюк приобрёл летом 2013 года у румынского бизнесмена Себастьяна Гицэ — тот продал канал из-за долгов (на момент сделки — 1,7 млн евро).
Павильон медиагруппы — здание Media City на ул. Гиочелор, 1 — строилось на отмытые деньги через FinPar Invest: только на строительные работы ушло свыше 137 млн леев. Основной подрядчик — BASCONSLUX (27,5 млн леев), субподрядчики — RCF-PRIM (3,5 млн леев) и POLIMONTAJ (1,1 млн леев).
К 2015 году под контролем Плахотнюка находились четыре телеканала, две радиостанции и несколько онлайн-ресурсов: Prime TV, Publika TV, Canal 2, Canal 3, Muz FM, Publika FM, publika.md, voxpublika — все под крышей General Media Group Corp (100% долей арестованы).

Съемочный павильон General Media Group, Кишинев, ул. Гиочеилор 1. Фото: Facebook/GMG

Как Плахотнюк заполучил Publika TV

Текст приговора содержит любопытные детали о том, как Плахотнюк приобрёл новостной телеканал Publika TV — судя по всему, за бесценок. В перспективе это обернулось полной потерей доверия к каналу и фактической гибелью самого современного и технологичного на тот момент медиа страны.

Канал вышел в эфир в апреле 2010 года и сразу стал одним из двух крупнейших новостных телеканалов Молдовы. Его строили по лекалам CNN: около 400 сотрудников, круглосуточное вещание, инвестиции до запуска — около 5 млн евро.

Свидетелем в суде выступал первый директор канала Думитру Цыра (октябрь 2009 — лето 2013).

Хроника:

2009 — первые инвестиции вкладывает румынский бизнесмен Сорин Овидиу Вынту.
Апрель 2010 — Publika TV выходит в эфир.
2010 — Плахотнюк проявляет интерес к каналу уже через полгода после запуска. Цыра в суде: «Первую встречу он инициировал сам. Когда встретились — разговор шёл о покупке».
2011–2012 — у канала финансовые трудности. Налоговая служба арестовывает оборудование — Цыра расценивает это как целенаправленное давление со стороны Плахотнюка и тогдашнего премьера Филата: «Давление было и со стороны Плахотнюка, и со стороны Филата. Когда Publika показывала в прямом эфире, как кортеж Плахотнюка нарушает правила дорожного движения — реакция последовала немедленно».
2012 — после уголовного преследования Вынту в Румынии финансирование берёт на себя Себастьян Гицэ.
Лето 2013 — Гицэ продал канал Плахотнюку. Цыра уволился: «Инициатива продажи исходила от румынских владельцев, не от нас. Гицэ приехал в Кишинёв, они встретились вдвоём — я не присутствовал. Вышли и сообщили, что договорились. Я подал в отставку».
2019 — от прокуроров Цыра впервые узнал, что здание на ул. Гиочелор, 1, которое Publika TV арендовала у политика Виктора Шелина, принадлежало Плахотнюку задолго до сделки по продаже.

На что ещё тратил Плахотнюк

Деньги, осевшие на офшорных счетах, расходовались по нескольким направлениям — недвижимость, мероприятия, личные нужды. Главным распределительным узлом служили молдавская фирма FinPar Invest (одна из первых компаний Плахотнюка, зарегистрированная ещё в 1993 году) и нидерландский холдинг OTIV Prime Real Estate BV.

Через цепочку TUKUMAAN LIMITED → OTIV Prime Real Estate BV → FinPar Invest прошло 7,9 млн долларов:

56,7 млн леев → Victoriabank — погашение кредита;
27,5 млн леев → BASCONSLUX — строительство Media City;
7,1 млн леев → Casa de Comerț Gemeni — возврат займа;
3,5 млн леев → RCF-PRIM — строительные работы;
1,1 млн леев → POLIMONTAJ — монтажные работы;
609 тыс. леев → ARGUS-S — охрана.

Концерты, отдых в Альпах и чартеры для «друзей»

Одновременно TUKUMAAN LIMITED покрывала самые разные расходы Плахотнюка напрямую. Вот что зафиксировано в материалах дела.

Гала-концерт Лаймы Вайкуле (12 апреля 2014, Национальный театр оперы и балета им. Марии Биешу) — благотворительное мероприятие фонда Edelweiss в пользу Центра матери и ребёнка. Оплата через двух российских импресарио: 15 тыс. евро Зауру Майптаеву и 15 тыс. евро Светлане Рекиной — всего 30 тыс. евро.
Отменённый новогодний концерт в отеле Codru — Томас Андерс (Modern Talking), Штефан Бэникэ Jr. и Răzvan & Dani. Организатор получил заказ от Дениса Клипко, представлявшего интересы Плахотнюка. За два месяца до события Клипко отменил концерт, сославшись на состояние здоровья. По условиям контрактов, если концерт отменяет заказчик, гонорары артисты не возвращают. 73 тыс. евро пятью траншами ушли певцам — и правомерно остались у них.
Концерт Loreen (победительница «Евровидения-2012») — вечеринка в Drive Night Club 14 февраля 2014 года. Оплата через UNITED STAGE ARTIST AB — около 17 тыс. евро.
Концерт ко Дню Победы (9 мая 2014) — мероприятие Демократической партии Молдовы с российскими артистами. Оплата: 50 тыс. евро через Ксению Лепёхину.
Аренда шале в Альпах (HIP CHALETS LTD) — 22 тыс. евро, январь 2014 года.
Юридические услуги в Швейцарии (ARIAS AVOCATS) — 26,5 тыс. швейцарских франков + 850 евро.
Чартерные перелёты — отдельная статья расходов. Только через TUKUMAAN LIMITED зафиксировано более 870 тыс. евро + 11 тыс. долларов платежей шести авиакомпаниям (март 2013 — октябрь 2014). В инвойсах SC TIRIAC AIR (Румыния, 143 тыс. евро) среди пассажиров были указаны: Владимир Плахотнюк, Адриан Канду, Дорин Дамир, Джаши Важа и другие.

Счёт к взысканию: 63 млн долларов

По приговору, Министерство финансов Молдовы получит около 63 млн долларов.

Сумма складывается из двух частей: 39,3 млн долларов + 3,5 млн евро — прямой ущерб, и 18,8 млн долларов + 1,7 млн евро — проценты за всё время, пока деньги не возвращались. Ещё около 97 тыс. леев — судебные издержки, включая расходы на экстрадицию из Греции.

Хватит ли арестованного имущества

Почти, но не совсем. Арестованное имущество в Молдове покрывает лишь 1 млрд 105 млн леев (61 млн долларов) — примерно на 2 млн долларов меньше суммы взыскания. Реальная проблема в другом: самые дорогие активы находятся за рубежом.

Яхта Honor (32 млн евро) — 73-метровое судно, полученное через цепочку гибралтарских офшоров в обмен на здание GBC на бульваре Кантемира, землю на ул. Тудор Владимиреску, 18, и особняк на ул. Сфатул Цэрий в Кишинёве;
Комплекс Magna Capanes, Марбелья, Испания (40 млн евро) — недостроенный отельный комплекс у Средиземного моря;
Счета в ABLV Bank (Латвия) и других иностранных банках — конкретные суммы в приговоре не раскрыты.

Принудительно реализовать зарубежное имущество Молдова может только через отдельные запросы об исполнении приговора — в Испании, Латвии, на Кипре, в Австрии. Это небыстрые механизмы.

Глава Антикоррупционной прокуратуры Марчел Думбраван пояснил, что деньги начнут взыскивать только после того, как приговор вступит в силу — его как минимум должна подтвердить Апелляционная палата. Дальше взысканием займутся судебные исполнители — в том числе через продажу арестованного имущества на торгах.

«Могу заверить, что наложены аресты на большое количество имущества — в том числе Илана Шора, Владимира Плахотнюка и других лиц — с целью исполнения гражданских исков», — сказал Думбраван.

Кишинёвская недвижимость: всё чужое и всё его

Ни один объект не записан напрямую на Плахотнюка — всё спрятано за подставными компаниями и номинальными владельцами. Суд наложил арест именно на эти структуры, доказав реальное владение через банковские записи Национального банка Молдовы, отчёт Kroll II, показания свидетелей и транзакционные цепочки.

Суд констатировал: цель схемы — «разорвать связь между источником денег и конечным активом, скрыть личность реального бенефициара».

Через Constar Invest:

земельный участок под застройку, 3 069 м² — 39,6 млн леев;
строение, 2 614 м² — 66,9 млн леев.

Через другие структуры — бенефициар тот же:

нежилое помещение (Business Agreement), 684,9 м² — 10,1 млн леев;
жилые квартиры на ул. Болгарской, 41 (площадью 139–196 м², стоимостью от 4,7 до 6,6 млн леев каждая) — в 2019 году переоформлены на его фина Адриана Канду;
нежилые помещения — 3,8 и 3,3 млн леев;
нежилое помещение (~200 м²) на ул. Бэнулеску-Бодони, 28 (через Sigmateli Limited) — около 340 тыс. евро.

Объекты, оформленные на бывшую жену Плахотнюка Оксану Килдеску:

Квартира № 22 — самая дорогая, собиралась по частям с 2009 по 2017 год и объединена из нескольких помещений — 24,7 млн леев. Речь идёт об объединённых квартирах в доме на ул. Болгарской, 41 в центре Кишинёва — 1470 кв. м жилой площади.

Другие квартиры и помещения, записанные на Килдеску, заметно дешевле:

кв. 24 — 1,3 млн леев,
кв. 25 — 820 тыс. леев,
кв. 27 — 1,3 млн леев,
кв. 5 — 2,4 млн леев,
три помещения — 1,2 млн / 505 тыс. / 233 тыс. леев
нежилые № 47, № 1, № 6 — 59 тыс. / 221 тыс. / 327 тыс. леев

Таким образом, только в Кишинёве на имя бывшей жены записано больше десяти объектов недвижимости общей стоимостью около 33 млн леев.

В Европе один объект оформлен через офшорную компанию, бенефициаром которой является Килдеску:

вилла во Франции, в городе Сьез по адресу: 44, Avenue du Vion — через Sigmateli Limited (Кипр) — 3,4 млн евро.

Другие объекты в Кишинёве:

Media City, ул. Гиочелор, 1 — здание медиахолдинга, строительство обошлось более чем в 137 млн леев; арестовано вместе со 100% долей в General Media Grup Corp (Prime TV, Publika TV, Muz FM, Publika FM и новостные сайты);
100% доля в Constar Invest.

Обжалование приговора

Прокуратура запрашивала 25 лет — суд дал 19. Глава антикоррупционной прокуратуры Марчел Думбраван назвал приговор «промежуточным» и поспешных выводов делать не стал: «Приговор объёмный — больше 500 страниц. Прокуроры изучат все обстоятельства, установленные судом, и после этого решат, подавать ли апелляцию. У нас есть 15 дней».

Защита Плахотнюка уже объявила об обжаловании — адвокат Лучиан Рогак назвал приговор незаконным и заявил о «многочисленных нарушениях прав подсудимого на протяжении всего процесса».

Другие дела Плахотнюка: следствие нон-стоп

Антикоррупционная прокуратура продолжает работу по нескольким делам, в которых Плахотнюк проходит как фигурант. Некоторые из них могут поступить в суд уже в ближайшие месяцы.

«В этих делах фигурирует не только Плахотнюк — есть и другие обвиняемые. Поэтому дела очень объёмные», — пояснил Думбраван.

Он обозначил два основных направления расследований:

Фальсификация документов — дело опирается на материалы, изъятые греческими следователями при обыске в афинском доме Плахотнюка; направлены запросы о правовой помощи в страны, где могли фальсифицировать документы;
Новые эпизоды банковского мошенничества — следствие анализирует финансовые цепочки для установления конкретной выгоды Плахотнюка; ждут ответов на запросы из Гонконга, Сингапура и ОАЭ — стран, с которыми у Молдовы «есть трудности по исполнению запросов».

«Я очень надеюсь, что в течение нескольких месяцев нам удастся передать в суд ещё некоторые эпизоды и дела в отношении Плахотнюка», — сказал Думбраван.

Цена 10 лет безнаказанности — как это повлияло на Молдову

Три банка уничтожены

Banca de Economii, Unibank и Banca Socială прекратили существование. Общая сумма невозвратных кредитов — около 1 млрд долларов (отсюда название «дело о краже миллиарда»). Государство выдало экстренные гарантии для защиты вкладчиков — и этот долг лёг на плечи молдавских налогоплательщиков.

Госинституты превратились в декорацию

Национальный банк, Национальная комиссия по финансовому рынку, прокуратура, суды, парламент — все они оказались либо под контролем преступной группировки, либо парализованы страхом. Когда надзорные органы и суды работают в интересах одного человека, граждане лишены возможности защитить свои права и имущество через любой государственный механизм.

Это не просто коррупция отдельных чиновников. Суд констатировал системный захват: в преступную организацию были вовлечены представители всех ветвей власти — законодательной, исполнительной и судебной. Медиаимперия доминировала в информационном пространстве страны.

Почти десять лет Молдова формально оставалась парламентской демократией. Реальные решения принимал один человек. 22 апреля 2026 года государство наконец предъявило ему первый счёт и дало юридическую оценку его действиям.