Татарбунарское восстание и русско-молдавская война на Днестре: Цена невыученных уроков для Молдовы | Nokta History TEXT

Анастасия Гуйван

29 марта 2026, 14:00

В очередном выпуске Nokta History историк Октавиан Цыку рассказывает, как Советская Россия, а затем СССР пытались дестабилизировать ситуацию в Бессарабии после ее вхождения в состав Румынии. Речь идет не только о Татарбунарском восстании, но и о более широкой стратегии Москвы – от подполья, пропаганды и диверсий до попыток использовать регион как плацдарм для дальнейшей экспансии. Почему эти события важны и какие параллели с ними проводят сегодня – в текстовой выборке выпуска Nokta History.

Татарбунарское восстание: локальный бунт или часть стратегии СССР

Татарбунарское восстание – это вооруженное выступление в сентябре 1924 года на юге Бессарабии (сегодня – территория Одесской области Украины), организованное при участии советских структур и направленное против румынской администрации. В румынской историографии его рассматривают как попытку большевистского вторжения и дестабилизации региона, тогда как советская версия долгое время описывала эти события как «крестьянское восстание».

Разговор о Татарбунарском восстании в выпуске Nokta History начинается с более широкого вопроса: можно ли рассматривать эти события как часть единой исторической логики, которая проявляется и в более поздние периоды – вплоть до конфликта на Днестре в 1992 году и войны в Украине.

Историк Октавиан Цыку подчеркивает, что речь идет не о совпадениях, а о повторяющихся подходах и инструментах, которые использовались в разное время.

— Татарбунары – это точка отсчета, или даже трамплин, к пониманию того, что произошло на Днестре в 1992 году и что происходит сейчас в Украине. Это та же цепочка, тот же способ действий, та же стратегия, — отмечает Цыку.

По его словам, чтобы понять логику Татарбунарского восстания, важно рассматривать эти события в контексте внешней политики Советского Союза и идеи мировой революции, поскольку речь шла не о локальном крестьянском выступлении, а о попытке реализовать более широкую стратегию распространения революции за пределы СССР.

— Большевики оказались очень изобретательными в продвижении этих интересов [прежде всего экспорта революции и расширения влияния за пределы бывшей Российской империи]. Потому что большевистская революция и все, что происходило в России с 1917 года, имело смысл в глазах Ленина и особенно Троцкого только в случае победы мировой революции.

Для воплощения этой мировой революции Советский Союз, если можно так выразиться, создал Коминтерн (Коммунистический интернационал — наднациональная структура, через которую Советская Россия продвигала свои интересы за пределами собственных границ, — прим. nokta), действующий по церковному принципу. Потому что Советский Союз был как вселенская церковь, а вокруг нее существовали другие маленькие церкви – коммунистические партии, которые продвигали интересы Советского Союза, в том числе и против собственных государств.

Лидеры этих партий не были патриотами своих стран – они были проводниками интересов советской пропаганды. По сути, это то же, что сегодня делают многие проводники путинской пропаганды.

Например, тот же Димитров, Коларов и другие лидеры. Среди коминтерновцев были и румынские деятели – Бела Кун, Дик Дическу и другие. Это означало, что экспорт революции должен был состояться во всех странах, связанных с ближним зарубежьем бывшей Российской империи.

Георгий Димитров – болгарский коммунистический лидер, один из руководителей Коминтерна.
Васил Коларов — болгарский политик и деятель Коминтерна.
Бела Кун — венгерский коммунист, лидер Венгерской советской республики 1919 года.
Дик Дическу — румынский коммунистический активист.

И одним из самых действенных инструментов, как мне кажется, стало привлечение левых интеллектуалов из Франции на сторону Коминтерна. Мы это, кстати, увидим и в связи с Татарбунарским процессом, и с самим Татарбунарским восстанием.

Ведущий подкаста Nokta History Михаил Сиркели также обращает внимание на двойственную природу Советского Союза – сочетание идеологии и геополитических целей. По его словам, несмотря на новую коммунистическую риторику, речь шла и о продолжении имперской логики, в том числе о расширении границ.

Он отмечает, что дестабилизация ситуации в Бессарабии, которая тогда входила в состав Королевство Румыния, была направлена не только на продвижение революции, но и на возвращение территории под контроль СССР.

При этом, по словам Октавиана Цыку, цели не ограничивались Бессарабией: участники событий в Татарбунарах — включая комиссаров и военных — говорили о возможности коммунизации не только региона, но и Румынии и Балкан в целом.

Таким образом, подчеркивает Цыку, стратегическая цель оставалась неизменной – расширение влияния и, в более широком смысле, восстановление имперского пространства, тогда как инструменты и идеологическое оформление могли меняться.

— Она [империя] может быть царской, большевистской, может быть в форме Российской Федерации, может быть в форме КГБшной системы, как сейчас, или даже под вывеской СНГ. Меняется форма, но не сущность.

Золото в обмен на территории: имперская стратегия СССР в Бессарабии

Говоря о конкретных инструментах давления на Румынию, историк Октавиан Цыку отмечает, что Советский Союз сочетал силовые методы с дипломатическим торгом. По его словам, Москва одновременно готовила военные сценарии, поддерживала подпольные сети и предлагала политические сделки, в которых территориальный вопрос напрямую увязывался с экономическими уступками.

Речь шла не о разовых инициативах, а о системной стратегии:

с одной стороны – попытки дестабилизировать ситуацию на месте,
с другой – попытки закрепить нужный результат через переговоры.

В этом смысле, по словам историка, Бессарабия рассматривалась не только как спорная территория, но и как инструмент давления на Бухарест, а также элемент более широкой политики по восстановлению влияния в регионе.

— Один из способов, который использовался против Румынии и Бессарабии, – это прямое военное вторжение. Сегодня мы говорим о гибридной или информационной войне, но всё это уже было. Это уже испытывалось на территории Бессарабии.

Приведу короткий пример: в начале 1924 года Советский Союз организовал в Москве, Ленинграде и Харькове съезды бессарабских эмигрантов. Там создавали так называемое «бессарабское правительство», готовили его как <…> альтернативу – на случай, если удастся установить контроль над территорией.

Военный фактор был ключевым, потому что Бессарабия находилась на границе гражданской войны в бывшей Российской империи. Борьба между белыми и красными создавала условия, при которых Румыния могла стать полем боевых действий.

Кроме того, позиция большевиков по Бессарабии была однозначной: они хотели ее вернуть. Из-за этого между СССР и Румынией 16 лет не было дипломатических отношений. Москва очень болезненно воспринимала присоединение Бессарабии к Румынии и вела интенсивную дипломатическую борьбу.

Мало кто знает, но советская Россия даже была готова признать Бессарабию. Они предлагали румынам: «Давайте договоримся». Такие предложения звучали в 1919, 1920 и 1921 годах. Последнее – в Варшаве, когда Карахан (Лев Карахан — советский дипломат того времени, — прим. nokta) предложил румынскому представителю: «Вы отказываетесь от румынского золота – и мы признаем за вами Бессарабию».

Речь о золотом запасе – почти 100 тонн золота и других ценностей, которые Румыния вывезла в Россию в 1916 году, когда ей угрожала оккупация. Россия тогда была союзником и давала гарантии сохранности.

Но большевики не признали никаких прежних обязательств. Позже Ленин и другие советские лидеры отказывались возвращать золото, иногда заявляя, что удерживают его «взамен» за Бессарабию и якобы передадут румынскому народу в будущем.

Но даже после того, как Румыния стала коммунистической страной в 1948 году, этот золотой запас так и не был возвращен. Очевидно, что это было лишь предлогом, чтобы его не отдавать.

То есть тезаур [государственный золотой запас и ценности, переданные на хранение], переданный Российской империи, в итоге был конфискован. И это до сих пор остается одной из нерешенных проблем в отношениях между Румынией и Россией. Более того, Европарламент даже принимал декларацию о необходимости вернуть румынский золотой запас.

От диверсий к открытому конфликту: как Бессарабия стала зоной постоянного давления

Переходя к событиям, которые предшествовали Татарбунарскому восстанию, историк Октавиан Цыку подчеркивает: речь шла не о единичной вспышке насилия, а о длительном процессе дестабилизации региона. По его словам, юг Бессарабии в первые послевоенные годы оказался в эпицентре борьбы различных сил, а давление со стороны Советской России носило системный и непрерывный характер.

— Татарбунары – важная точка в этой истории и, прежде всего нужно объяснить, что это такое.

Это была комунна в уезде Четатя Албэ (сегодня Белгород-Днестровский — прим. nokta), своего рода районный центр – тогда это называлось пласа. Именно там вспыхнуло крупнейшее событие, которое в Румынии называют «atentatul de la Tatarbunar» – то есть нападение на Татарбунар, большевистское нападение на юг Бессарабии.

Но важно понимать: до Татарбунарского восстания уже были и другие вторжения. Они происходили постоянно.

Чтобы было ясно, в период с 1918 по 1924 год это происходило регулярно. Большевистские формирования — организованные советской властью, но без опознавательных знаков — переходили Днестр, грабили, убивали, устраивали диверсии. Все это делалось для того, чтобы подорвать доверие к румынскому правлению и посеять неуверенность среди жителей Бессарабии.

В январе 1919 года, в Хотине, большевистские силы вторглись на территорию Румынии, рассчитывая на восстание крестьян. Часть населения их поддержала. Но ситуация была сложнее: к большевикам присоединились и белые.

И что особенно важно – к ним примкнули также украинские националисты. То есть удар по Румынии шел сразу с трех сторон. Это связано с тем, что в тот момент проходила Парижская мирная конференция, где великие державы обсуждали передел Европы.

Каждая сторона пыталась доказать свои права на Бессарабию. Большевики утверждали, что она принадлежит им. Белая Россия настаивала, что Румыния оторвала её незаконно и без участия России нельзя решать этот вопрос. Украинские националисты тоже стремились доказать, что Бессарабия – часть Украины.

Парижская конференция и борьба за признание Бессарабии

Историк Октавиан Цыку поясняет, что к началу 1920-х годов границы Румынии уже были международно признаны, однако этот процесс проходил поэтапно и оформлялся через серию отдельных договоров. Так, Трансильвания была закреплена за Румынией Трианонским договором 1920 года, Буковина – договором Сен-Жермен 1919 года, а Бессарабия – отдельным соглашением, подписанным 28 октября 1920 года. По его словам, речь шла не об одном решении, а о комплексе договоренностей, и именно это объясняет, почему вопрос Бессарабии был оформлен позже других территорий.

Такая задержка, подчеркивает историк, была напрямую связана с ситуацией вокруг самой России и неопределенностью ее будущего после революции. Пока великие державы не понимали, с кем вести переговоры и каким будет исход гражданской войны, вопрос Бессарабии оставался подвешенным.

— На Парижской мирной конференции было два этапа:

Первый – когда Россию вообще не допускали к переговорам, потому что власть захватили большевики, и с ними никто не хотел вести диалог. Более того, существовали планы сместить их военным путем.
Второй этап – это 1919 год, когда появились Колчак (лидер Белого движения в Сибири — прим. nokta), Деникин (командующий белыми войсками на юге России — прим. nokta). Это был период наибольших трудностей для большевиков, когда интервенция усилилась — в том числе благодаря Черчиллю и маршалу Фошу (французский военный лидер — прим. nokta). Тогда возникла идея возможного восстановления прежней России.

В этот момент появилась так называемая русская политическая конференция, возглавляемая Львовым, Сазоновым и Маклаковым – бывшим послом России во Франции. Они отстаивали идею «единой и неделимой России».

Если говорить проще: если бы белые победили, было бы крайне сложно представить, что Бессарабия осталась бы у Румынии. И это, кстати, стало их политической ошибкой – они отвернули от себя Польшу и не только ее, но и Финляндию, и балтийские государства. Потому что идея «единой и неделимой России» означала бы для них потерю независимости, в том числе объединение Бессарабии. Это и объясняет, почему они потеряли унитарность внутри России и поддержку со стороны национальных государств.

А Ленин, наоборот, заигрывал с национализмом. Он понимал:

с одной стороны, насколько это важно не дать белому движению черпать своих людей и ресурсы,
а с другой – Ленин хорошо осознавал силу национального вопроса.

Его сильно впечатлил распад Австро-Венгерской империи – никто не ожидал, что такая держава может развалиться. Поэтому он и Сталин выбрали другой путь – формально создавать союз национальных республик, но в рамках новой имперской конструкции.

Тигина, интервенции и роль Румынии как «санитарного кордона»

Говоря о борьбе за Бессарабию, историк Октавиан Цыку подчеркивает, что дипломатические процессы шли параллельно с военными действиями. Пока на международных площадках обсуждали границы и статус территорий, на месте уже происходили вооруженные столкновения, интервенции и попытки изменить ситуацию силой. По его словам, именно этот «двойной ход» — переговоры и давление на земле — определял логику событий в регионе.

— В мае 1919 года, незадолго до подписания Версальского договора, произошло вторжение большевистских войск в Бендерах (Тигина — румынское название города — прим. nokta).

Если в Хотине румынская армия смогла справиться, то здесь ситуация была сложнее. Румыния фактически воевала на два фронта:

на западе – против Венгерской советской республики Белы Куна,
на востоке – против большевиков.

Именно это во многом сформировало образ Румынии как бастиона против коммунизма. Это объясняет, почему великие державы поддержали создание «Великой Румынии» и «Великой Польши» – как своего рода санитарного кордона между Германией и Советской Россией, — подчеркивает историк.

Санитарный кордон – это «пояс» из буферных государств (от Финляндии до Румынии), созданный после Первой мировой войны для изоляции Европы от большевистской России. Его главная цель – физически не допустить «экспорта революции» на Запад. В этой системе Бессарабия была ключевым южным флангом. Татарбунарское восстание 1924 года было попыткой СССР прорвать этот кордон, чтобы дестабилизировать Балканы и расширить сферу своего влияния.

Участники подкаста Nokta History, также отметили, что Румыния и сегодня остается важным союзником Украины. По их словам словам, все чаще звучит мнение, что Румыния и Польша, вместе с балтийскими странами и Финляндией, вновь становятся ключевыми элементами региональной безопасности, а происходящие процессы во многом повторяют исторические модели прошлого.

Историк Октавиан Цыку отмечает, что система «санитарного кордона» между Германией и Советской Россией оказалась недолговечной и в итоге не смогла предотвратить новый передел Европы.

По его словам, идея пояса от Балтийского до Чёрного моря, важная для межвоенного периода, была разрушена после заключения соглашения между Германией и СССР в 1939 году:

— Договор между Сталиным и Гитлером (пакт Молотова — Риббентропа — прим. nokta) фактически покончил с этими дискуссиями. Но сегодня ситуация другая: Европа – это единое пространство, и подобные сделки за счет стран Восточной Европы уже невозможны.

Сегодня повтор этого сценария невозможен, поскольку:

во-первых, существует Европейский Союз,
во-вторых, все понимают, что это подрыв унитарности и к чему это приведет,
в-третьих, это не допустят США – несмотря на все противоречия, трансатлантическое единство сохраняется.

Но если вернуться к нашему периоду, то после Хотина события продолжились в Тигине.

Напомню, Франция активно участвовала в антибольшевистской интервенции. В советской историографии говорили о «14 иностранных держав», но они не были организованы, как одно целое. У каждой страны были свои интересы и своя зона ответственности – японцы на Дальнем Востоке, британцы и американцы на севере и Кавказе, французы на юге Украины.

В итоге эта интервенция потерпела неудачу. Французы ушли из Одессы, а вслед за этим произошло вторжение большевиков в Бендеры.

Ключевую роль в этих процессах играл Христиан Раковский – один из главных идеологов борьбы против Румынии в советском руководстве. Он организовывал провокации и координировал действия против Бухареста.

Христиан Раковский (1873-1941) — советский политик и дипломат, возглавлявший правительство советской Украины (УССР) в 1919-1923 годах. Был ключевым стратегом Москвы по «бессарабскому вопросу» и главным экспертом Коминтерна по Балканам. Именно Раковский курировал дипломатическое и подрывное давление на Румынию, настаивая на возврате Бессарабии в состав СССР. В 1938 году был осужден как «троцкист» и позже расстрелян, разделив судьбу многих идеологов революции, о которых упоминал Октавиан Цыку.

В итоге румынские войска совместно с французами отбили Бендеры. Это заняло всего несколько часов – никакого массового восстания там не было.

Однако советская пропаганда позже представила эти события как «народное восстание». Это типично: подчеркивать якобы стихийные выступления и игнорировать участие регулярных частей Красной армии.

После этого, уже в 1920 году, началась подготовка новых операций. У большевиков были планы соединиться с Венгерской советской республикой Белы Куна через территорию Румынии.

<…>Таким образом, Румыния и на Западе и на Востоке защищала свои интересы. Именно поэтому Франция и другие страны Запада рассматривали её как важный фактор стабильности в регионе.

СССР против Румынии: от дипломатической изоляции к подготовке реванша

Историк Октавиан Цыку объясняет, что после окончания Первой мировой войны противостояние вокруг Бессарабии не прекратилось, а перешло в новую фазу. По его словам, начиная с начала 1920-х годов Советский Союз не только отказался признавать румынский суверенитет над регионом, но и начал системную подготовку к его возвращению – сочетая международные союзы, подпольную деятельность и долгосрочную политическую работу на месте.

— После 1920 года Россия, а затем уже Советский Союз, особенно после 1921 года, четко заявляет, что не будет признавать Бессарабию частью Румынии.

1922 год становится переломным моментом, потому что именно тогда СССР начинает выходить из международной изоляции. В этом году был подписан Рапалльский договор с Германией – страной, которая тоже была частью этой системы (то есть находилась в международной изоляции после Первой мировой войны, — прим. nokta).

То есть начинается сотрудничество между Германией и СССР, которое продолжалось вплоть до 22 июня 1941 года (день нападения нацистской Германии на СССР, — прим. nokta).

Речь идет о Веймарской республике (официальное название Германии в 1919-1933 годах, — прим. nokta). Германия, фактически за спиной великих держав, использовала советскую территорию для развития своей военной программы. В свою очередь СССР получал доступ к немецким технологиям и ресурсам для собственной модернизации. В итоге мы знаем, чем это закончилось.

После 1922 года СССР становится ярым врагом Румынии. Это было единственное государство, с которым у Советского Союза не было дипломатических отношений. Москва не признавала границы Румынии и вела постоянную работу по подрыву ее государственности – не только в Бессарабии, но и в целом по стране.

Это было частью общей стратегии Коминтерна по экспорту революции. Поскольку в Румынии у СССР не было посольства, многие операции координировались через болгарское посольство. Значительная часть работы также велась через Берлин, а региональный центр ОГПУ (советской спецслужбы, предшественницы НКВД, — прим. nokta) находился в Вене.

Основной канал влияния проходил через Днестр: через него переправлялись пропагандистские материалы, литература, агенты.

Важно понимать: события 1940 года не были внезапными. Всё готовилось заранее. Люди, которые позже стали председателями сельсоветов в Бессарабии, проходили подготовку задолго до этого – их переправляли через Днестр, обучали, формировали из них кадры.

Существовали специальные центры ГПУ, НКВД и других советских структур, которые занимались их политической подготовкой. То есть речь шла о целенаправленной работе по отторжению Бессарабии от Румынии.

Почему именно 1924 год и Татарбунарское восстание? Потому что это был своего рода апогей попыток военными методами оккупировать территории, которые когда-то были частью Российской империей.

И это не был уникальный случай. В том же 1924 году аналогичная попытка произошла в Эстонии. В столице – тогда она называлась Ревель (сегодня Таллин) — была предпринята попытка государственного переворота с участием местных коммунистов, которые должны были подать сигнал для ввода советских войск.

Но эта попытка провалилась – государственные институты, армия и силовые структуры быстро отреагировали и подавили мятеж.

Исторические параллели: от экспорта революции к современной экспансии

Обсуждая исторические параллели, ведущий подкаста Михаил обращает внимание на сходство между политикой Советской России в 1920-е годы и действиями современной России.

Историк Октавиан Цыку соглашается с этим наблюдением и поясняет, что, несмотря на смену форм и идеологий, ключевая логика расширения влияния и попыток вернуть контроль над постимперским пространством во многом сохраняется.

— Советский Союз пытался вернуть под свой контроль утраченные территории разными способами. Пытался в Финляндии, пытался в других регионах. Где-то это получилось — в Грузии, Армении, Азербайджане, потому что эти государства провозгласили независимость, но не смогли ее удержать. В Украине тоже сначала получилось, но в итоге ситуация изменилась.

Это очень важный урок. Потому что если Европа, Европейский союз, евроатлантическое пространство в целом потеряют влияние в этом регионе, то путинская Россия будет стремиться преобразовать его в свою пользу.

И тогда украинцы, грузины, молдаване, балтийские народы могут быть втянуты в дальнейшую экспансию РФ – уже в сторону Европы.

Окопы уже будут не на востоке Украины, а ближе к границам Польши, на Пруте или в странах Балтии. Об этом нельзя забывать.

Недаром один из пропагандистов путинского режима говорил: «Балтийцам придется заново нас полюбить».

То есть преобразование постсоветского пространства исходит из того, что Россия думает, что какое-то генетическое вот это сосуществование на протяжении времен создало какую-то эмпатию к «русскому миру», которую очень хорошо и быстро можно восстановить.

Но это не так. Украина доказывает нам, насколько одна страна на протяжении 30 лет стала истинно европейским государством – по-другому это нельзя объяснить. Помимо того, что существует украинское государство, люди просто не хотят уже быть с «путинским миром».

Почему Татарбунары не стали «революцией»: провал восстания и уроки для Европы

Обсуждая последствия Татарбунарского восстания, историк Октавиан Цыку подчеркивает, что этот эпизод стал не началом масштабного революционного движения, а, наоборот, показателем его ограниченности. По его словам, ожидания Москвы о широкой поддержке со стороны местного населения не оправдались, а сами события продемонстрировали, что социальные и политические изменения в Румынии сыграли ключевую роль в сдерживании большевистского влияния.

В разговоре с Михаилом Сиркели он также объясняет, как реакция европейских государств на угрозу коммунизма изменила внутреннюю политику и повлияла на устойчивость региона:

— Советская историография утверждает, что борьба трудящихся Бессарабии против «румынского ига» достигла в Татарбунарах своего апогея. Но на самом деле они просто больше ничего не смогли организовать:

Во-первых, подавление было жестким.
Во-вторых, население в целом не поддержало это восстание.

И в этом самый большой парадокс: большевики ожидали, что, как и в Украине, они войдут – и их встретят с красными флагами. Но это не сработало. Более того, молдавские, украинские и немецкие села встали на сторону румынской армии. Около 150 местных добровольцев из бывших немецких колоний выступили против восставших. Среди осужденных ни одного молдаванина или немца – только украинцы, русские, евреи, болгары и гагаузы.

<…> Нужно понимать важную вещь: российская революция и последующий захват Сталиным Восточной Европы преобразили мир. Мир стал лучше, потому что Западу пришлось бороться с коммунизмом. В Европе нужно было дать людям ощущение справедливости, ощущение того, что они живут в лучшей системе. Капитализм XIX века, о котором писал Маркс, был жестким, но большевики просто совершили «рейд» на марксизм, приспособив его к российской реальности.

Мир изменился в хорошую сторону. В Румынии прошли первые всеобщие свободные выборы, была проведена масштабная аграрная реформа. Более 300 тыс. семей разных национальностей получили землю. Получили возможность быть частью Европы и владеть собственностью. Именно благодаря аграрной реформе крестьянин не стал большевиком, — пояснил историк.

Михаил Сиркели отмечает, что даже такие политики, как Черчилль, несмотря на свою приверженность монархии, понимали необходимость социальных уступок и выступали за расширение прав и поддержки рабочих, осознавая, что обществу нужно «что-то дать».

Октавиан Цыку соглашается с этим и поясняет, что подобную логику разделяли и лидеры в Румынии, включая короля Фердинанда I, после чего добавляет:

— Они все это понимали. Даже король Фердинанд I осознавал, что бороться с угрозой можно, только отдавая что-то взамен.

<…> Советская пропаганда твердила, что [Татарбунарское] восстание было крестьянским и вызвано недовольством аграрной реформой. На самом деле все наоборот: реформа создала условия, при которых крестьянину было что терять. Люди не были глупыми, они знали через прессу, что большевики придут и всё отберут – проведут коллективизацию (политику принудительного объединения крестьянских хозяйств в колхозы и изъятия частной собственности на землю, — прим. nokta). Здесь же они получили землю, и им было за что бороться. То есть тут чистая пропаганда.

Татарбунарское восстание как операция: подготовка, цели и реальные масштабы

Говоря о характере событий в Татарбунарах, историк Октавиан Цыку подчеркивает, что речь шла не о стихийном выступлении, а о заранее спланированной операции с участием советских структур. По его словам, восстание вписывалось в более широкую стратегию экспорта революции и имело конкретные политические цели — от дестабилизации региона до попытки создания советской государственности на территории Бессарабии.

— Что на самом деле произошло в Татарбунарах? Это была задолго запрограммированная комбинация Коминтерна, органов НКВД и Минобороны СССР. Операция имела под собой обширное геополитическое видение так называемой «мировой революции».

В этом были замешаны и два очень известных молдаванина – Михаил Фрунзе (советский военачальник, уроженец Бессарабии, — прим. nokta) и Григорий Котовский (советский военный и политический деятель, также связанный с Бессарабией, — прим. nokta). Они даже между собой говорили: «Сделаем наскок на Бессарабию, всё быстро решим за три дня».

Но наскок не получился. Меня удивляет уверенность людей, участвовавших в этом, – ведь они понимали, что обречены. Возможно, местным заплатили. В итоге было арестовано 500 человек, но погибло гораздо больше. По разным подсчетам, в ходе подавления этой войны с обеих сторон — включая румынских военных и жандармерию — погибло около 3 тыс. человек.

Это была реальная, тщательно готовившаяся большевистская агрессия. Подготовка началась еще в январе, что подтверждают отчеты в книге «Татарбунар, 1924 год». Это не интерпретация, а рапорты военных и жандармерии того времени. В документах указано, что даже в Комрате находили тайники с оружием и боеприпасами.

Весь юг Бессарабии был избран потому, что здесь румыны составляли около 32-34%, а в совокупности украинцы и русские были большинством. Также здесь жили немцы, гагаузы и болгары. Разный этнический состав сам по себе не был проблемой – мы помним, что в XIX веке, когда этот регион после Крымской войны (войны 1853-1856 годов, по итогам которой часть юга Бессарабии отошла от Российской империи к Молдавскому княжеству, позже объединенному с Валахией, — прим. nokta) на короткий период отошел к Румынии, здесь не было никаких восстаний. Ни у кого не было интереса что-то «мутить».

Интерес был только у большевиков: создание Молдавской автономной Советской Социалистической Республики. Истинной целью Татарбунар было провозглашение Молдавской Советской Республики.

Об этом свидетельствуют данные о комиссаре Андрее Клюшникове (псевдоним – Нене). Когда его застрелили, румынские спецслужбы нашли при нем фотографию в советской форме. На обороте было написано: «В память о прошлом и о будущем пожаре. Молдавская Советская Республика». Они вторглись, чтобы оторвать Бессарабию от Румынии, присоединить ее к СССР и разжечь пожар революции даже в самой Румынии.

«Плебисцит» как инструмент давления: дипломатия, пропаганда и подготовка восстания

Переходя к событиям, предшествовавшим Татарбунарскому восстанию, историк Октавиан Цыку объясняет, что Советский Союз сначала попытался решить вопрос Бессарабии дипломатическим путем, одновременно разворачивая масштабную пропагандистскую кампанию. По его словам, идея плебисцита использовалась не столько как реальный механизм, сколько как инструмент давления и повод для дальнейшей эскалации.

— Но до этого они организовали большой спектакль в Вене. Это был, скажем так, аншлаг советской дипломатии. В апреле 1924 года на Венской конференции Советский Союз подошел к вопросу Бессарабии через идею плебисцита.

Плебисцит — это один из видов народного голосования, при котором население определенной территории выражает свою волю по принципиально важному вопросу: например, о государственной принадлежности региона или изменении его статуса.

Чтобы запустить пропаганду против румынского государства, они через Коминтерн начали организовывать протесты во всех столицах Западной Европы. На улицах Берлина, Парижа и Вены появились эмигранты с плакатами «Долой румынское иго в Бессарабии!», заявляя о существовании там «белого террора» (так советская пропаганда называла якобы массовые репрессии румынских властей в Бессарабии, — прим. nokta).

Все это происходило непосредственно перед конференцией. Тогда Николай Крестинский — высокопоставленный чиновник, член ЦК еще со времен революции 1917 года — ультимативно поставил вопрос о плебисците.

Румыния, естественно, отказалась. Позиция Бухареста была четкой: во-первых, уже было волеизъявление Сфатул Цэрий, во-вторых, после этого жители Бессарабии шесть раз участвовали в общенациональных выборах в румынский парламент. Все решено, есть договор великих держав, и нужно исходить из признания этой реальности.

Советский Союз же хотел доказать, что Румыния просто боится прямого вопроса о принадлежности Бессарабии. И это им удалось: у многих в мире сложилось впечатление, что Румыния опасается демократического решения проблемы. Но позвольте – сама Россия не спрашивала через плебисцит, хотят ли грузины, азербайджанцы, армяне или украинцы быть частью СССР. Их просто оккупировали, потому что такова была сущность советской империи.

<…>Причем в Москве изначально знали, что Румыния не согласится. Чичерин (Георгий Чичерин — народный комиссар иностранных дел СССР, — прим. nokta) четко писал Крестинскому: мы понимаем, что как только вы скажете «плебисцит», румыны уйдут с переговоров. Так и случилось, но это стало официальным поводом для организации последующего восстания.

От Венской конференции к восстанию: как дипломатия перешла в подготовку операции

Отвечая на вопрос о происхождении Венской конференции, историк Октавиан Цыку поясняет, что она задумывалась как площадка для переговоров, однако была использована Советским Союзом в более широких целях. По его словам, Москва одновременно вела дипломатическую игру и готовила почву для силового сценария – используя международную легитимацию, пропаганду и подпольную организацию на месте.

— Ее [Венской конференции] организации хотели многие: и французы, и поляки. Да и сама Румыния стремилась добиться от Советского Союза признания. 1924 год стал моментом, когда Франция признала СССР как государство и возобновила дипломатические отношения. Это произошло незадолго до конференции, и французская дипломатия подталкивала Бухарест: мол, «вы тоже можете договориться».

Но у Советского Союза были одни цели в отношениях с Францией и совсем другие – с таким государством, как Румыния. Москва воспользовалась этой конференцией для пропаганды, чтобы утвердить свою роль европейской державы и показать: «мы от своего не отступимся». В итоге это стало поводом для двух важнейших событий:

Татарбунарского вторжения и
создания МАССР (сначала в Балте, затем в Тирасполе).

Татарбунар был тщательно подготовлен. Оружие перевозили через лиман, через Днестр и по морю. Существовало несколько очагов, где создавались склады боеприпасов. Но помимо оружия активно занимались пропагандой: в селах были созданы «революционные комитеты».

Основным центром стал Татарбунар, но подготовка шла и в других селах: Николаевка, Нерушай, Акмангит, Чишми и других. Некоторые из них находятся на территории современной Республики Молдова.

Был назначен военный руководитель операции по фамилии Платов. Сам он был из Вилкова, его семья оставалась на территории Румынии, а он занимался военной организацией.

Были созданы боевые отряды численностью от 20 до 30 вооруженных участников. Первая попытка произошла 11 сентября в Николаевке. Это была своеобразная разведка боем, чтобы проверить реакцию румынских властей. Они оккупировали село, мэр Николаевки был убит. И в то же время еще один крестьянин. Они пошли к нему домой, убили жену. И эта Николаевка была отрезана полностью от реальности. И это сделал человек по имени Колтов.

Восстание, грабежи и подавление: как развивались события в Татарбунарах

Описывая события в Татарбунарах, историк Октавиан Цыку обращает внимание не только на политические цели восстания, но и на то, как оно разворачивалось на практике.

По его словам, действия повстанцев сопровождались насилием и внутренними конфликтами, а ответ румынских властей оказался быстрым и жестким, что во многом предопределило исход событий и их последующее расследование:

— Большевики вроде бы идейные, но первое, что они грабили, – это сейфы с деньгами. Это, кстати, интересный момент: когда лидеры восстания Батищев и Нене остались вдвоем и пытались скрыться, они заснули в одном из укрытий. Батищев украл все деньги — около 200 тыс. — и бросил Нене одного. В итоге Нене застрелили, а Батищева арестовали. Кстати, Батищев был единственным, кому дали пожизненное заключение, потому что остальных лидеров убили во время перестрелок.

Развязав бойню в Татарбунарах 15-16 сентября, они в первую очередь убивали на местах мэров. Схема была такая: захватывали государственные учреждения, вывешивали свои флаги, перерезали телефонные линии и выставляли патрули на въездах в села. Из Татарбунар они уже выдвигались на другие населенные пункты с заранее подготовленными боевыми отрядами.

Реакция румынской армии оказалась неожиданно эффективной. Сказался опыт Первой мировой войны и противодействия большевистским саботажам в прошлом. Армия получила приказ использовать артиллерию, и подавление было очень жестким. Советская историография говорит о 5 тыс. погибших, другие источники – о 3 тыс. В конечном итоге арестовали 489 человек.

Это был знаменитый «процесс 500», в ходе которого румынские военные и гражданские юридические органы детально расследовали, что произошло на самом деле. Все подробности описаны в документах.

«Процесс 500» – это громкое судебное разбирательство в Кишиневе (1925 год) над участниками Татарбунарского восстания 1924 года в Бессарабии. Румынские власти пытались доказать связь восстания с Москвой, однако из-за слабой доказательной базы и международного резонанса большинство были оправданы, а 85 человек получили длительные сроки заключения.

У меня есть и своя книга – «Бессарабский вопрос и советско-румынские отношения 1918-1940». В пятой главе я подробно рассматриваю подрывную деятельность советского государства против Румынии, в том числе и события в Татарбунарах.

Как СССР превратил поражение в победу: пропаганда вокруг Татарбунарского восстания

Говоря о последствиях Татарбунарского восстания, историк Октавиан Цыку подчеркивает, что после военного провала Советский Союз сделал ставку на информационную и идеологическую борьбу. По его словам, Москва сумела изменить восприятие событий в Европе – представив себя не как организатора агрессии, а как сторону, защищающую «угнетенных», и тем самым добилась значительного эффекта в международном общественном мнении.

— Что же сделал Советский Союз и что мы можем извлечь из уроков Татарбунара для сегодняшнего дня? После подавления восстания СССР мастерски превратился из агрессора в жертву. Через отделы Коминтерна по всей Европе начал создаваться образ Румынии-палача.

Через левую прессу, интеллектуалов и коминтерновские структуры они внушали миру, что Румыния жестоко расправилась с людьми, восставшими против гнета. Это привело к тому, что можно назвать «большевизацией» французской интеллигенции. Около 300 интеллектуалов со всей Европы, особенно из Франции, солидаризировались с татарбунарскими повстанцами. Они написали открытое письмо румынскому государству с требованием не проявлять «зверства» к зачинщикам, совершенно не понимая сути произошедшего на самом деле.

И эта пропаганда сработала. В Кишинев на «процесс пятисот» приехал известный французский писатель Анри Барбюс, а также представители апелляционного суда Бельгии и другие деятели социалистического и большевистского интернационалов.

Анри Барбюс(фр. Henri Barbusse; 1873-1935) – выдающийся французский писатель, общественный деятель и журналист, ставший одной из ключевых фигур европейского пацифизма и социализма первой половины XX века.

Сразу скажу: в итоге было осуждено 86 человек на сроки от двух месяцев до пожизненного заключения (пожизненное получил только Батищев). Параллельно шла работа парламентской комиссии под руководством Иона Георге Дуки, будущего премьер-министра Румынии. Он подготовил доклад, где по полочкам разложил все: как ГПУ из Одессы готовило это вторжение, как создавались склады оружия, как велась политическая подготовка. Там было четко доказано, что целью был экспорт революции на юг Бессарабии, создание Молдавской Советской Республики и последующая коммунизация всей Румынии.

Показания участников были очевидными, все было досконально изучено. Но Анри Барбюс сыграл свою роль как видный европейский интеллектуал: он вернулся в Париж и написал серию пропагандистских статей.

Судьбы «своих»: как СССР расправлялся с союзниками и участниками подполья

Разбирая дальнейшую судьбу участников этих событий, Октавиан Цыку показывает, что для советской системы лояльность не гарантировала безопасности. Те, кто выступал на стороне Москвы или помогал ей в подрывной деятельности, нередко сами становились жертвами репрессий – зачастую спустя всего несколько лет. По его словам, это один из ключевых уроков, который позволяет иначе взглянуть и на современные параллели.

— Румынские спецслужбы внимательно следили за Анри Барбюсом – у него даже была встреча в Бухаресте. В итоге он переехал в СССР и умер в Москве в августе 1935 года. Его финал был еще более-менее благополучным.

А вот у Бела Куна, например, судьба сложилась трагически – его расстреляли. Как и многих других, включая тех самых бессарабцев, которые активнее всех выступали за присоединение региона к России. Взять того же Ивана Цыганко – депутата Сфатул Цэрий: он переехал в Одессу, боролся против «румынской оккупации», а в итоге в 1937 году его расстреляли в Ленинграде.

Это нужно знать, чтобы понимать: Советский Союз (как и его правопреемники) просто использует людей в своих целях. Тем, кто сегодня думает, будто приверженность путинской России их спасет, стоит усвоить: не спасет. Ничего не спасет. Придут другие времена, другие люди, и вчерашних «героев» в лучшем случае отодвинут на задворки.

Это, кстати, относится и к лидерам так называемого коммунистического подполья Бессарабии. В СССР их в итоге даже не признали – многих просто отправили в Сибирь.

Уроки Татарбунар: от 1924 года к Приднестровью и войне в Украине

Подводя итоги, Октавиан Цыку рассматривает Татарбунарское восстание не как изолированный эпизод, а как часть более широкой исторической логики, которая повторяется и в последующие десятилетия. По его словам, события 1924 года позволяют лучше понять как конфликт на Днестре в 1992 году, так и происходящее сегодня в Украине – от методов вмешательства до реакции государств на подобные вызовы.

— Если подводить итоги по Татарбунару, то сегодня это событие служит нам важным уроком. Мы снова пережили это в 1992 году в Приднестровье. Сценарий был тот же самый, только на левом берегу Днестра уже находилась 14-я советская армия, которая полностью поддержала сепаратизм. Нужно понимать: у этого движения не было реальной подоплеки в виде какой-то особой «приднестровской государственности».

Как и Татарбунарское восстание, конфликт на Днестре не был изолированной атакой — за ним стоял глобальный план по возвращению Республики Молдова в сферу влияния Российской Федерации.

То же самое происходит сейчас в Украине. Мы видим тот же метод подрыва изнутри через агентов российских спецслужб, которые приехали на Донбасс с целью разрушить целостность страны. Они тоже думали, что их поддержат и все за ними пойдут, но оказалось иначе. Молдаване в 1992 году с оружием в руках встали против российского империализма, хотя у нас тогда еще фактически не было своей армии.

Нужно видеть эти события сквозь время: преемственность интересов Москвы очевидна. Татарбунар доказывает, что жесткая и целостная реакция государства способна на долгое время подавить подобное сопротивление. После 1924 года большевики даже не пытались повторить нечто подобное.

Потому что агрессор понял: с этим шутить невозможно. Татарбунарский провал заставил Сталина пересмотреть взгляды на «мировую революцию» – к 1926 году он фактически свернул этот проект. [Лев] Троцкий, самый ярый сторонник этой идеи, был изгнан из СССР. Но это не значит, что Сталин передумал – он просто отложил планы до лучших времен. И это удалось ему после 1944 года, когда под маской освобождения он коммунизировал всю Восточную Европу.

Татарбунар доказал, что люди не поддерживают «русский мир». Тогдашний бессарабский крестьянин получил землю, у него была вера в Бога, и он понимал: придут большевики – и все отберут. Как и сейчас – Путин все отберет. Все должны осознать: разрыв с естественным ходом жизни и разрушительное влияние «русского мира» изменят жизнь каждого в худшую сторону.

В этом и заключается сущность истории: объяснить реальность, в которой мы живем, и подготовить нас к будущему.

Полный выпуск Nokta History: